Чадо от профессора (СИ)

Я ощутил щемящее чувство в душе. Я ведь не готов. Не готов ещё нести ответственность за кого-то другого. Куда там, я иногда и за самого себя отвечать не могу! Вот как сейчас…
Не могу взгляд от неё отвести. Как бы ни хмурились брови, какие бы ментальные усилия я не прикладывал, мой взгляд продолжал цепляться за нежные черты лица. Я проглотил слюну, которой наполнился рот, при одном только взгляде на ее пухлые губы.
— Мы уже полчаса едем, — наконец пробормотал я, чтобы как-то разрядить обстановку. — Не знал, что в этом городе вообще можно куда-то так долго ехать. Тут же от края до края минут двадцать.
— Мы проехали, — безэмоционально констатировала она.
— Тогда нам стоило бы выйти?
— Маршрут кольцевой. Мы уже снова подъезжаем к моей остановке.
— Вот как? — я просто не находил вразумительных слов, однако молчание казалось губительным.
— Вам стоит остаться в автобусе. Вернётесь в центр, туда, где оставили машину.
Лера вдруг отстранилась, и принялась натягивать куртку. Только сейчас я осознал, что в автобусе народу значительно поубавилось.
Ну и что мне делать? Послушать ее и вернуться к машине, или сделать это позже? Времени на раздумье совсем не оставалось. Мандаринка подошла к дверям.
— До свидания, Константин Дмитриевич, — бросила она через плечо.
До свидания. Свидание. Хмм…
Помнится, ещё несколько часов назад я обещал себе, что это вовсе никакое не свидание, и что мы будем говорить лишь по делу.
Тогда почему в душе чувство полнейшей незавершенности. Я ведь совершенно точно рассказал ей все, что она могла упустить в работе. А что упустил я?
Лера вышла из автобуса и, не оборачиваясь, направилась к светофору. Двери автобуса закрылись.
Что я упустил?
— Подождите! — крикнул я водителю. — Мне нужно выйти.
Я успел догнать Мандаринку прежде, чем она скрылась во дворах:
— Ты кое-что забыла, — усмехнулся я, поравнявшись с ней.
Лера вздрогнула. Приложив руку к груди, шумно выдохнула:
— Что вы тут…
— Я же не мог отпустить свою студентку одну по темной улице. Особенно после того, как на неё попытались напасть.
— Вы всегда так ответственно относитесь к своим обязанностям?
— Нет. Лишь в исключительных случаях.
Снова воцарилось молчание. Мы оказались у подъездной двери. Лера приложила таблетку к домофону и потянула ручку.
Вот и все. Сейчас она уйдёт, а чувство незавершенности останется.
Однако Красная Шапочка будто и не спешила. Подперев дверь, повернулась ко мне:
— Вы сказали, что я что-то забыла? — она придирчиво оглядела себя.
— Да, — ухмыльнулся я. — Ты украла мой шарф.
— Что? — Лера нахмурилась и забавно свела глаза, стараясь разглядеть опутывающее ее шею полотно. — Вы шутите?
Она вновь подняла на меня глаза и судя по ее встревоженному виду, никак не могла определиться, правда это или нет.
— Не может быть, — пробормотала она. — Вы были на том вокзале, ведь так? Я думала, мне приснилось, что кто-то меня охранял.
Ее губки в удивлении разомкнулись. И я наконец понял, чего мне так сильно не хватало…
Поддавшись своему абсурдному желанию, я втолкнул девушку в темный подъезд и припер ее к стенке своим телом.
Какого черта я делаю?
— Костя, — выдохнула она в мой рот.
Не могу. Не могу, ясно!
Отыскав в кромешной темноте желанный рот, я прихватил зубами пухлую губку.
Ох уж это мандариновое недоразумение! Может, хоть снова поцеловав ее, я перестану мучиться от бесконечных мыслей о ней. Они же ни на секунду не замолкают! Хочу знать, где она. С кем. Что делает.
Прохладные ладони скользнули по моей шее. Тонкие пальчики царапались о мою щетину. Она словно пыталась изучить меня. Будто хотела быть уверенной, что знает, с кем целуется. В отличие от прошлого раза.
Момент затянулся. Сминая хрупкое тело, я удерживал затылок Леры не позволяя отстраниться. Разбитая губа давала о себе знать. Кроме боли, что утопала в удовольствии от поцелуя, я чувствовал вкус крови на языке.
Черт. Не очень хорошо для первого… кхм… второго поцелуя.
Тяжело дыша, я все же остановился:
 
— Прости, Мандаринка, — уткнулся своим лбом в ее макушку.
— Вы ведь сказали, что ни за что не поцеловали бы свою студентку? — задыхаясь, спросила она.
Пытливый ум везде желает искать ответы. Возможно, именно это меня в ней и зацепило.
— Но ведь сейчас, в темноте, поди разбери кто здесь прячется. Может я просто Костя, а ты моя Красная Шапочка…
  
Глава 9
 
ЛЕРА
Черт знает, что он имел в виду. Но прошло уже две недели, а Константин Дмитриевич пропал.
Исходя из этого, я сделала свои выводы. Серый волк — Костя, нападает на Красную Шапочку — Леру только в темноте. А затем сбегает! Поджав хвост, как кабель, который вечно суётся не туда! Вот же ж…
Я в раздражении опустилась за парту рядом с Дашкой. Сегодня первой парой очень кстати математика. Но, как и две недели до этого, Константина Дмитриевича скорее всего кто-нибудь заменит. Не я — и на том спасибо.
— Что с тобой? — выдернула меня из размышлений Даша. — Последние дни ты сама не своя.
Конечно. Все потому, что не могу мысли в кучу собрать. А что если он и вовсе укатил обратно в свою Москву? Бред какой.
Да и было бы мне до этого дело. Самое логичное объяснение, что он решил залечить побои, вот и не показывается в универе. Негоже ведь профессору с разбитым лицом на парах показываться.
Однако… я уже пыхтела от негодования… можно же было хоть сообщение написать! Я ни на что не рассчитываю! Но он меня снова поцеловал! И?
— Нормально все, — буркнула я.
— Ага, я вижу. У тебя аж ноздри раздуваются, как все нормально. Че, опять ба что-то выкинула?
— Нет. Просто задачка итоговая не получается. Вот и бешусь.
— Тю, нашла из-за чего париться. Ее половина группы даже и пытаться решать не будет. Забошляют и все.
— Если мне придётся платить за математику, то это будет верхом унижения для дочери профессора.
— Кто бы сомневался, — Дашка закатила глаза. — Но у тебя впереди ещё целый семестр. Успеешь разобраться.
— Боюсь, желание отпадёт, — пробормотала я, словно заворожённая наблюдая, как в аудиторию вошёл Костя.
— Доброе утро, студенты, — холодно произнёс он. — Начнём пару.
Взгляд был отстранённым. И он словно нарочно смотрел в другую сторону кабинета, чтобы не встречаться глазами со мной.
Ах вот как! Ну…
— Гляди, походу этот понтливый москвич нашёл-таки приключений на свою голову, — послышался шёпот одногруппника за моей спиной.
Только сейчас я заметила, что под бровью у Кости все ещё красовался пожелтевший фингал.
— Ага. Вот и не было его поэтому. Стопудово зализывал раны, и плакался, чтобы домой вернули, — язвительно вторил второй одногруппник — Паша.
— А ну-ка заткнулись, придурки! — прошипела я ещё прежде, чем успела оценить ситуацию.
— Сорокина, ты рамсы попутала? — отозвался один из парней, для пущей важности приподнимаясь со стула.
— Что у вас там происходит? — строго сказал Костя, устало опираясь на стол.
Теперь-то смотрит на меня. Значит нужно насильно привлекать его внимание к себе?
— Ты чёт сильно дерзкая, для сиротки, — бросил мне в спину Паша.
Что ж. Все желают представления? Получите!
Я повернулась и что есть мочи врезала кулаком по морде грубияну.
— Ты вообще больная! — взвыл Паша, едва не падая со стула.
— Это тебе от сиротки! — выплюнула я.
— Лера…? Сорокина! — прогремел голос Кости на всю аудиторию.
Теперь-то привлекла достаточно твоего внимания, козел?!
Все присутствующие в страхе обернулись к строгому профессору. Все. Кроме меня.
Схватив свою сумку, я бросилась прочь из аудитории.
— Это что сейчас было?! — грубо поймав мой локоть, Костя развернул меня к себе.
Мы стояли посреди безлюдного коридора и таранили друг друга яростными взглядами:
— На кой черт ты его ударила? Ты сбрендила?