Моя мама - боевой лекарь (СИ)

— Да, конечно, — согласился Кай. — Только у меня есть одно дело в приюте, буквально на полчаса — и сразу можно возвращаться в город.
— Дело? Хочешь кого-то навестить? — догадалась я.
Конечно же! И как я не подумала, что у Кая тут могут быть друзья? Он всегда говорил о приюте с неприязнью, но это совсем не значит, что он ни с кем тут не подружился.
— Да. И тебя познакомить, наверное… — Кай робко посмотрел на меня, словно сомневался, соглашусь я или нет.
— Конечно же. Я с удовольствием познакомлюсь с твоим другом, — улыбнулась я.
— Это не совсем друг, — неловко улыбнулся Кай, а я едва не подавилась воздухом.
В каком смысле, не совсем друг?!
— Мам? У тебя сейчас очень странное выражение лица. Ты о чем думаешь? — Кай смотрел на меня настороженно.
— Я? Я думаю о том, что мой сын очень быстро повзрослел и даже начал встречаться с девушкой, а я даже ничего не знала, — ответила я, решив, что в этом нет ничего страшного. — Ты уже приглашал ее на свидания? Цветы дарил? Если хочешь, чтобы она в тебя влюбилась, то я всегда могу дать совет.
— Мам! Ты!.. Почему ты вообще о таком подумала, а?! Она просто друг! Даже не друг, она тот человек, который мне помогал, пока я жил здесь! — Кай покраснел до кончиков ушей, а я сдержала смешок — не хватало еще обидеть.
Друг так друг. Сама на этого друга посмотрю, из-за которого Кай так краснеет.
— Ладно, веди и знакомь. А где Итан? — спросила я, с удивлением осматривая пустой коридор.
Он вроде бы должен был быть с Каем? Да и я его, кажется, видела, когда выходила.
— Сказал, что у него есть кое-какое срочное дело, — нахмурился Кай. — Он ушел, как только ты вышла из кабинета. Ладно, пойдем. Только не вздумай ничего такого сказать перед ней, хорошо?
— Какого такого? — улыбнулась я. — Ладно-ладно, шучу, конечно, не скажу.
Кай прекрасно ориентировался в этом приюте, несмотря на немалые размеры, шел уверенно. И скоро мы подошли к комнате с изображением медицинского креста.
— Это кабинет врача или медсестры? — удивилась я, недоумевая, зачем он тут, если в этом мире есть лекари и зелья для восстановления здоровья.
— Это кабинет алхимика, — улыбнулся Кай. — Человека, который делает разные зелья, в том числе и зелья исцеления. Детям, знаешь ли, приют дает не слишком большие карманные деньги, а зелья стоят довольно дорого. Поэтому тут работает алхимик Мина, которая выдает нам эти зелья.
— И часто воспитанникам приюта нужны эти зелья? — спросила я, внутренне напрягаясь.
— На самом деле, очень редко, — сказал Кай, рассматривая дверь кабинета с легкой улыбкой. — Разве что на тренировочных сражениях, когда не получается найти лекаря. Но мне же эти зелья нужны были постоянно. Так что я тут был частым гостем.
— Вот как. Ладно, знакомь меня с этой барышней, которой ты надоедал, — пошутила я.
— А вот и не надоедал, — подхватил мою шутку Кай. — Кроме зелий тут еще и лазарет находится. Мина не только алхимик, она кто-то вроде детского психолога. Если есть какие-то проблемы, то можно приходить и с ней поговорить. Правда, многие ребята считали это зазорным, и тут почти всегда пустовало. По работе Мина не может покидать кабинет, поэтому моему присутствию она радовалась, как и ее фамильяры.
— Ладно, знакомь уж, — улыбнулась я.
Кай громко постучал в дверь, после чего раздался нежный мелодичный голосок:
— Входите-входите!
Мы зашли в кабинет, который и кабинетом-то назвать трудно: непонятные конструкции из трубок, колб и других лабораторных штуковин громоздились прямо на столах. Бумаги в полном беспорядке валялись по всему кабинету, в том числе и на полу. Над всей этой конструкцией летали три попугая, которые умудрялись переругиваться друг с другом. Справа я заметила длинную белую ширму. Наверное, там и есть лазарет?
— А тут ничего не изменилось, — улыбнулся Кай.
— Кай! Ты вернулся! Как дела? Как здоровье? Как твой опекун? Ты рано? Сдал экзамены заранее?
Хорошенькая блондинка в синем лабораторном халате возникла буквально из ниоткуда и засыпала Кая вопросами.
 
— Кай вер-р-рнулся!
— Негодник!
— Пар-р-ршивец!
— Кр-р-расавчик!
Три попугая окружили Кая, выкрикивая ругательства вперемешку с комплиментами.
— И я рад вас видеть.
Я не удержалась и улыбнулась — теперь я знала, что в этом приюте хотя бы один человек относился к Каю очень хорошо. И, судя по всему, три его фамильяра тоже весьма любили моего сына.
— О! Кр-р-расавчик пришел с кр-р-расоткой! — возвестил зеленый попугай, кружа над моей головой.
— Это моя мама, — радостно сказал Кай. — А это Мина, о которой я рассказывал.
Я глянула на очаровательную девушку, которая выглядела как ангел с картин: светлые волосы, голубые глаза, милое личико и красивая фигурка. И один вопрос бился в моей голове. Почему Кай назвал феей не эту прекрасную девушку, а Итана?!
— Очень приятно! Давайте я вас чем-нибудь угощу, — Мина тут же взяла инициативу в свои руки.
— Да, было бы здорово. Составим тебе компанию. Тут все так же тихо, как и раньше, да? — спросил Кай, без капли стеснения проходя в глубь комнаты, откуда вытащил парочку складных стульев из угла.
— Да если бы. У нас тут сейчас весело в кавычках, — вздохнула Мина. — За чаем расскажу.
Однако чай мы выпить так и не успели, потому что без стука в кабинет сразу за нами ввалились три рослых подростка. Двое за руки держали что-то бормочущего себе под нос подростка, который казался болезненно бледным.
— Госпожа Мина, он снова несет этот бред про то, что ему от света больно! Мы его сразу привели, как вы и сказали…
— Да что же это такое! Посидите, пока я разберусь, — ругнулась Мина, подбегая к подростку. — А вы сделайте запрос на лекаря, попробуем лечить не зельями, а заклинаниями. Только бы лекарь быстрее приехал.
— Госпожа Мина, моя мама лекарь, может, она попробует? — спросил Кай, робко поглядывая на меня.
— Да! Спасибо! — обрадовалась Мина. — И как я сразу по одежде не сообразила, что вы лекарь. Меня эти случаи совсем выбили из колеи.
— Тогда… что мне сделать? — тут же спросила я. — Использовать на нем заклинание исцеления или еще какое-то?
— Да, лучше всего будет использовать самое сильное исцеляющее заклинание, на которое вы способны. Все серьезные болезни, которые получены в этом мире, в том числе и душевные, лечатся избытком исцеляющей энергии. Иногда для этого собирают целые группы лекарей, если кто-то не может восстановиться одними зельями, — пояснила Мина, а потом сказала тем, кто притащил с собой подростка: — Посадите его на кровать и подержите на всякий случай!
Кай подошел к ребятам, намереваясь помочь, после чего удивленно воскликнул:
— Дрен?
— Свет, убери свет!
Общими усилиями подростка усадили на кушетку, а я достала свой посох. Покопавшись в памяти, я выбрала наиболее сильное из всех своих заклинаний. Читалось оно две минуты, а до следующего использования должно было пройти не менее суток. Итан шутил, что оно способно и мертвого поднять.
Глубоко вздохнув, я прочла заклинание и направила всю силу в этого бедолагу Дрена. Он громко закричал, а потом словно бы вырубился. Так, спокойно, Кьяра, спокойно. Ты же не могла его убить? Атакующих заклинаний у меня нет от слова совсем.
— Он?..
— В порядке, — улыбнулась Мина, подходя к подростку поближе. — Отключился. Такое бывает, если исцеляющая магия слишком сильна.
— Он точно не умер? — подозрительно спросила я, а Кай подошел к пострадавшему (надеюсь, не от моей исцеляющей магии) и помахал перед его лицом руками.
Веки мальчишки Дрена дрогнули, он поднял голову и в упор посмотрел на меня, отчего я едва не заорала — почему-то зрачок был аномально большим. Неожиданно он вскочил, сбросив двух удерживающих его друзей на пол, а потом закричал:
— Что вы со мной сделали?! Мне больно!
— Эй, успокойся, — тут же заговорила Мина. — Мы всего лишь хотели тебя вылечить, использовали заклинание и… ай!