Индиана, только ты! (СИ)

Чем я жила-была? Оххх, и не упомнить всего, начала с продажи слитка. Семёныч был отличной кандидатурой, оплатил честно, не вникая в суть моих предложений, но живо интересуясь координатами находки. За них мне было оплачено столько долларов, что я легко смогла купить нам с Киром приличную двушку в Новосибе, ещё и осталось нехило. К слову, к четвёртому курсу, стала я (на пару с Кобрёнышем) голью перекатной. Деньги от Семёныча, — честно отработанные, он неплохо поднялся — закончились. Моя плохая привычка тратиться на всё, что понравилось, и не важно, мне или брату, привела к печальному факту — мы остались на бобах… экономика и экономия — точно не моё.
Работу нашла легко; наверное, так же как и деньги потратила, хех!
— Тебе ж деньги быстрые и лёгкие нужны? — тётка в латексном костюме прям лобзает меня взглядом.
— Так я для того и пришла к вам, — скромно туплю очи в пол.
— Так может, приваты тоже возьмёшь?
Приваты… последний кавалер, случайно подцепленный в ночном клубе, еле ноги унёс… рысь ему чуть ухо не оторвала и пипиську не порезала.
— Нет. Танцевать — да, а вот всё остальное точно нет.
— Принципы?
— Именно, — думай, что хочешь, распорядительница ночных досугов, убийцей я быть не хочу!
— Хорошо, из-за чего мы рядимся? Ну-ка, покажи, на что способна у пилона.
Под экспозицию Animal от AG MOONZz, я ловлю такой кайф, что непроизвольно начинаю двигать телом в направлении звуков… вокруг меня бескрайнее зелёное море… на мне то ли шкураПятнашки, то ли моя собственная, тактильность скольжения безупречна… отдаюсь музыке, звучащей, по-видимому, на всей поверхности моих рецепторов!
Когда музыка заканчивается, чуть прижимаюсь к пилону и оглядываюсь на даму в латексе. Смотрит на меня ошеломлённо, чтоооо не так?
— Ты принята! — Видимо, прониклась тётя моими ядрёными скачками на пилоне.
— Смогу выступать только в ночное время, строго с двадцати трёх до часа ночи, — деловито сообщаю, подбирая пятнистые тряпки, я ж подготовилась, органзу соответствующей расцветки нашла, подвязочки всякие.
Страшно ли мне? Нет! Если найдётся мужик или мужики, позарившиеся на меня и не побоявшиеся быть убитыми — чо нет?! Пластика тайги поможет заработать денег и не ударить грязью в лицо. Тариф — безлимит, сколько набросают, одна треть — моё. Нормально!
— Про приваты подумай, спрашивать точно будут, — тётя в латексе смотрит на меня, как на чудо, наверное, барыши подсчитывает в уме, в том числе — недополученные.
— Нет, — не нравится мне её взгляд, с такими глазами в рабство продают, не оплакивая. — Кстати, вздумаете сделать по-своему, найдутся люди, которые заступятся за меня, понятно?
Угроза сама стекает с языка, а что делать? У меня один защитник нынче, но ему всего четыре года.
— Понятно, мне главное — тупо танцуй и приноси денег, регулярных. Сама-то поняла? — злобно переспросила латексная королева.
— Когда смена? — я поинтересовалась об этом чтобы защититься от наглого вторжения в своё пространство. Уххх как не понравилось желание тётки пустить меня по приватам, может, другой стриптиз-бар посмотреть?
— Завтра и выходи, — чуть пожевав губищами, явно надутыми силиконом, администратор решилась-таки на то, что развеяло мои последние сомнения по работе в её заведении. — Ты… это… не волнуйся! У нас хорошая охрана, если нет желания приватить, никто не посмеет настаивать.
Примитивное выражение очевидного желания получить мои дикие танцы, понимаю! Эксклюзивчик ценнее всего. Помню, вышла из клуба" Блеск" и почти сразу наткнулась на могучего представителя завсегдатаев заведения.
— Уххх, цыпа какая! давай подвезу? — Покатые плечи, шевелюра до плеч, жопка упакована в кожаные штаны, тоже выглядела орешком, одним словом — мечта!
— Спасибо, сама дойду, — привычно отшиваю самца.
Идиот хватает меня за руку, тянет к себе, уфффф… правая рука моментально лупит его по подбородку, а согнутая коленка летит в напрягшуюся промежность. Бууум! Свалился ухажёр мой, за яйки обиженные держится и воет. Зачем кожаные штанишки надел?! Они ж обтягивают и не спасают.
 
— Сказала же! Сама! — ухожу, словно героиня боевика. Ещё бы спичку в зубы и зажигалку позади себя бросить, типа, всё воспламеняется, взрывается! Рядом выросла привычная тень моей подружки. Пятнаха провожает меня вечерами, волнуется, что ли? Так и притащилась за нами с Киром из тайги. Имеет наглость жить, спать, жрать в квартире днём и сваливать вечерами в не всегда известном направлении. Кстати, питается сырым мясом, которое тоже дорого стоит!
И вот почти год ходим мы с животным на работу. Вернее, хожу я, а рыська сопровождает, по-тихому крадётся рядом. Новосибирск — город большой, красивый, зелёный, ночи здесь тёмные, деревьев много, то что доктор прописал для нас с подружкой.
Сегодня, после спора с Мартой Чёрной, нашей небольшой размолвкой и быстрым примирением, я должна успеть сделать несколько дел. Закупить на всю братию продуктов, забрать Кира из детского сада, пробежаться в ближайшем бору лёгкой поступью, ну и на работу.
— Инди, а давай, ты сегодня метнёшься немного по другому маршруту, — братюня не спрашивает, не предлагает, он констатирует факт — нынче мне придётся бегать и отдаваться инстинктам по другим закоулкам бескрайнего бора.
— С чего бы это?
— Значит, надо, — как всегда, блин, безапелляционно, вот должна и всё тут. Но я доверяю инстинктам и желаниям Кира, все его советы и пожелания оказывались в тему текущих событий. Мы с Пятнашкой были для него вроде исполнителей! Неее, не так. Я — исполнитель, а Пятнашка — нечто вроде коня и собаки в одной, порой, мяукающей морде. Уууу, любимый наш змеёныш!
Мы живём в микрорайоне Стрижи, ооочень комфортно, учитывая близкое расположение Заельцовского бора и замечательного озера "Жемчужина Сибири". Аккуратненькое озерцо, активисты чистят его регулярно и строго следят за порядком, но я пару раз умудрилась искупаться там голой, эххх и хорошо ж мне было! Правда, в последний раз улепётывать пришлось с вещичками под мышкой, пьяненькие подростки освистали мою дёргающуюся от бега попу.
Наспех накормив братюню, я подмигиваю Пятнашке и прыгаю в любимые кроссовки.
— Ну, что, пора подвигаться?
— Пора, пора, я покажу, куда тебе бежать, — Кирюха натягивает свою обувь, чуть откидывая длинную чёлку. Глаза у брата раскосые по Саенской бурятской породе, но светлые, с жёлтыми ободками, окаймляющих зрачки. Красивый такой парень вырастит!
Он ведёт меня к озеру, по привычке начинаю на ходу разминаться, тяну ноги, веду плечами, предвкушаю скорость и драйв. Около озера местные активисты устроили очень приличные скамейки, их немного, и нужно ещё постараться, чтобы успеть занять одну. В вечернее время особенно много молодняка, тусующегося подальше от взглядов взрослых. Однако сегодня небольшой парчок как будто пуст, ну может быть только эти две одинокие фигурки на вон той дальней скамейке…
— Индиана!
Я столбом застыла посреди освещённой дорожки, щуря глаза, не доверяя тому, что вижу.
— К…кто там, Кир? — ответ мне уже известен, голос знаком с детства!
— Твоя бабушка и барс, — индифферентно отвечает братюня.
— Что?!
— Просто подойди к ним, ну и меня с Кисулей (бедная Пятнашка! Однако, у господина свои причуды) не забудь, когда тискать их будешь.
Смотрю на двоих дорогих мне людей, не двигаясь. У меня ступор, истерика, неверие! Первой реагирует белокурая девчонка, лёгкой молнией проносится мысль, что теперь она уже подросток. Несётся ко мне, раскинув руки и повторяя настоящее имя.
— Индииии!
Чуть в стороне стоит мой несгибаемый, непобедимый солдат — бабуля! В руках мундштук, заправленный пахитоской, как всегда собрана и чуть холодна, но и она ведётся на эмоциональный фон, кидает к собакам свой мундштук и, подобрав юбку, несётся ко мне.
Мы обнимаемся, хнычем, попискиваем от восторга встречи. Бабуля предлагает глотнуть коньячку за встречу, за что получает возмущённый взгляд от нас с барсиком. Ни о какой прогулке по веткам и деревьям сегодня не может быть и речи. Я тащу их в нашу с Киром берлогу, рядом семенит Пятнашка, которую, похоже, никто не боится и не опасается.