Боевой маг: Первый курс (СИ)
— Вадик, иди сюда!
В дверь вломился здоровый мордоворот, они всегда ходили вместе. Ростом под два метра, кулаки что моя голова, лицо, не обезображенное интеллектом. Сейчас я его не видел, но прекрасно помнил — такое трудно забыть. Он подошёл к хозяйке и нагнулся, кажется она ему что шепнула на ухо. Здоровяк присел, и полез под кровать что-то там ища.
— Эй, нет!
Я попытался встать, но тут внезапно меня будто придавило ещё сильнее к кровати. Дышать стало тяжело, и я на автомате начал заниматься этой «дыхательной гимнастикой от бабушки Ани». Немного полегчало, но руки поднять и что-то сказать я всё ещё не мог. Да от меня похоже этого и не требовалось.
— Молодец, у тебя хорошо получается. — похвалила она моё «дыхание». — А вот обманывать бабушку Аню нельзя, очень нехорошо, я же сказала — ВСЕ ДЕНЬГИ, мне нужны ВСЕ ТВОИ ДЕНЬГИ.
— Обезболивающее… — попытался сказать я и меня снова придавило к кровати.
— Никаких обезболивающих. — она потопала к выходу, а за ней, тяжело шагая, шла эта ручная горилла, таща за собой мою сумку с деньгами и документами. — Ты уже ступил на Вечный Путь, так пройди по нему с поднятой головой.
Я понял, что происходит, понял, что меня просто вышвырнут из клиники в чужой стране, без документов и денег в таком состоянии. Меня ждёт мучительная смерть, никто не введёт обезболивающие, никто не будет за мной ухаживать. Захрипел в ужасе:
— Ты обещала, обещала новую жизнь! Здоровую! Старая сука! Ты обещала!
Я смог повернуться на бок, посмотреть почти невидящим взоров в проём двери, где стоял силуэт Анны.
— Чтобы начать новую жизнь, сначала нужно закончить старую. — она помолчала, и закончила прежде, чем закрыть дверь. — Не забывай про гимнастику и то, что обещал. В новой жизни ты всё вспомнишь, но не сразу, придёт время, и память пробудится.
Дверь захлопнулась, оставив меня наедине с собой.
— СТАРАЯ СУКА! — я, кажется, зарыдал, срываясь на визг и крик. — СТАРАЯ СУКА! СТОЙ! ВЕРНИСЬ ТВАРЬ! ВЕРНИ МОЁ! ТЫ ОБЕЩАЛА!
Интерлюдия 1
— Кх-х-х-а…Кха…
Женщина на четвереньках выбиралась на берег из ледяной воды. Пронизывающий ветер и снег, казалось, проникали даже под кожу, сковывали, забирали те капли сил что ещё оставались.
— Кха… — последняя вода вышла из желудка и лёгких.
Рядом прибило несколько досок, вещи, одежду, полуразвалившиеся ящики и бочки. Девушка смогла рассмотреть среди всего этого добра чью-то кисть. Она снова закашлялась, к горлу подступил ком и желудок попытался вновь изрыгнуть из себя всё содержимое. У него ничего не получилось, всё давно и так было наруже. Ещё немного осмотрев вещи, нашлось то, что нужно — сумка с лямками и застёжкой, это пакет первой помощи, ей он может очень пригодится. С трудом, но получилось накинуть его на шею.
Холод пробирал, и Ланка попыталась подняться. Получалось очень плохо, левая нога почти не слушалась. Боли девушка не чувствовала, но всё-таки решила осмотреть конечность. Всё было как во сне, очень болела и кружилась голова, хотелось прямо тут лечь и закрыть глаза. Тогда придёт спасительное забытьё, она заснёт и потом, отдохнувшая начнёт во всём разбираться.
— Вставай, тварь, вставай, не смей спать! — хрипло зашипела Ланка, ударила себя по щеке.
Это мало помогало, поэтому она всё же посмотрела на ногу. Увидела в ней кусок доски, который острым краем прошёл насквозь конечность. Она дёрнула за деревяшку, и вот тут-то боль пробилась сквозь все барьеры. Девушка взвыла, упала на бок и тяжело задышала.
В таком холоде нельзя было оставаться на берегу, ветер всё усиливался, а одежда промокла. Она снова встала на четвереньки и поползла подальше от берега, туда, где вдали виднелся подъём и высились деревья. Каждый «шаг» на четвереньках превращался в целое достижение, но она ползла вперёд, стиснув зубы и дрожа от холода. Казалось, что поднялась температура, но это ничего пока не значило — нужно было идти.
«Ничего дороже жизни у тебя быть не может.» — давно сказал ей отец, который один воспитывал дочку в тяжелые времена, когда мать сгинула где-то в горне очередной войны.
И она ползла. Ползла, согревая себя ненавистью к тем, кто это сделал, и надеждой что большая часть из них уже гниёт на океанском дне.
В голове всплыли воспоминания — обычное патрулирование превратилось в сущую мясорубку. Корабль, которым она командовала наткнулся сразу на два флота Империи, и оба враждовали друг с другом, будь проклята эта гражданская война. Они пытались уйти, пытались отвести судно в сторону, но всё зря. Сами того не ожидая оказались в самом центре сражения, не успев отойти на достаточное расстояние.
О да, потомки эльфов и первых людей умели воевать. Магия, огонь, выстрелы из корабельных орудий. Казалось, боги вернулись в мир и решили покарать глупых разумных за то, что те забыли кому обязаны жизнью. По три десятка кораблей с каждой стороны, и древнее, слабое судёнышко Ланки.
Их разнесли в щепки в самом начале, и она не понимала почему. Они почти выбрались из-под линии огня, подняли флаг своего государства, она его подсветила магией. И всё равно полетели ядра, выродки ни с чем не считались, просто смели несчастных людей, над которыми давно издевались. Многие в королевстве понимали, что вся власть держится на подачках от нелюдей, они давно управляли всем и сталкивали три королевства лбами.
Она не помнила, как оказалась в лесу, сколько раз падала и вставала, сколько проползла. Просто в какой-то момент пришло осознание что вокруг почти нет ветра, темно, а снизу не снег, а земля.
После быстрого осмотра стало ясно что это огромная нора какого-то зверя. Ланка облокотилась на спину, зашарила в сумке. Тут же прильнула к фляге с водой, та была ледяная и обжигала горло. Трясущимися руками поставила рядом с собой осторожно закрыв горлышко. Покопалась, нашла бинты, заживляющую мазь, обеззараживающую воду.
Через десять минут доска была извлечена из ноги, девушка как могла пошарила в ране и вытащила щепки. Промыла всё водой, осмотрела ещё раз и обеззаразила, намазала заживляющей мазью и замотала тканью. Больше сил не осталось. Закинула в рот пару прессованных в прямоугольники смеси сухих трав, и они тут же начали растворятся на языке. На первое время должно хватить, собьют температуру и уберут боль, а там она что-то придумает. Глаза закрылись, наконец то пришёл сон.
Заснуть нормально не получилось. Всё время снился огонь, бой, взрывы, сносит мачту, люди вокруг кричат. А потом опять огонь, он со всех сторон, корабли врага продолжают поливать их ядрами, а они даже не сделали ни единого выстрела.
— А-а-а! — проснулась с криком.
Она дёрнулась, чуть не угодила в костёр, он был почти перед самым носом. Согревал, ласкал теплом её лицо, поэтому девушка и видела столько огня в своих снах. Ланка напряглась, осторожно осмотрелась, недалеко от неё нашлась незнакомка. На ней была форма Империи, синий камзол, сейчас изорванный в нескольких местах. Лицо обожжённое, волосы тоже частично выгорели, и уши, проклятые острые уши. Девушка про себя злорадствовала — тоже досталось, твари тоже получили своё. На неё незнакомка не обращала внимания, сидела и смотрела на огонь, пила что-то из фляги. Она лениво взглянула на девушку, сунула ей флягу.
Хлебнула, и первой мыслью было выплюнуть обжигающую жидкость. Удержалась, не стала торопиться, проглотила и тут же получила вознаграждение — тепло разливалось внутри.
— Ты с той лоханки что мы перед боем раздолбали? — эльфийка снова не смотрела на неё.
Ланка не ответила, просто отдала ей пойло и уселась ещё ближе к костру. Казалось, пламя сейчас лизнёт её и оставит ожог, но было уже плевать, хотелось обычного тепла.
«Лоханка» — как просто она назвала их корабль. Девушка понимала, что в общем то так оно и есть, судёнышко годилось только для разведывательных, не боевых походов. Но всё равно было больно слышать, а ещё внутри всё скребло от осознания что это одна из тех, кто убил их всех.