Принцесса и её зверь (СИ)
— Брат Тэррана!
— Именно. Я тоже был ранен, но силы остались на то, чтобы принять предложение Гаура и спасти другу жизнь. С того самого дня во мне поселилась его душа, которая порой берёт верх над моей. Ну и волк тоже грызёт изнутри, отчего я могу быть несдержан, жёсток и чрезмерно упрям.
— В тебе две души? — прошептала я. — Значит, ты одновременно лучший воин и член королевской семьи?
— Именно. Когда я нахожусь в замке — я, чаще всего, Элиот, потому что это его территория. Мне удаётся воздействовать на его поступки и решения, но это непросто. Но на корабле и в бою я — это я.
— А в лесу волк? — спросила я, трудно переваривая правду.
— Мы с волком очень часто действуем сообща, но именно ему первому понравилась ты.
Я поперхнулась куском, и мужчина тотчас подал мне стакан воды.
— Почему вы не можете объединиться? — взволнованно спросила я, когда протолкнула пирог.
— Это означало бы нарушение структуры душ. При слиянии каждая может потерять важную часть себя. Но проблема не только в этом. Мой внутренний магический щит ослаб после этого опыта, и порой некоторые неспокойные энергии проникают слишком близко к сердцу. Возможно, когда-нибудь я просто перестану существовать, потому что тело займёт совершенно чужая блуждающая душа. Эти-то три с горем пополам усмиряю… — Он посмотрел мне в глаза. — Теоретически можно убить одну из них, однако это чревато смертью тела. Да и выбор уже сделан. Я спас друга, и не жалею об этом. То есть не жалел прежде. Теперь я понимаю, что иногда не следует вмешиваться в судьбу столь жестоко, ведь мы оба от этого страдаем.
— Потому что Элиоту я не нравлюсь?
— Скорее, он к тебе равнодушен. Мне сложно говорить о его истинных чувствах. Когда он главенствует, я как будто сплю и вижу сон о собственной жизни. — Он посмотрел на меня хмуро. — Но целовал тебя всегда только я.
Улыбка получилась дрожащей. К такому нельзя было подготовиться.
— Не знаю, что делать с этой правдой, Вэйл. Я даже не представляла, что подобное возможно в магии!
— Чего точно не стоит делать — это меня жалеть, Тэа. Я сделал свой выбор в тот день, спас друга. Вот только не знал, насколько сложно это будет, тем более ему, очнувшемуся в чужом теле. Но тогда у меня не было иной цели, кроме как оправдать ожидания Тэррана, заслужить его уважение. Я о любви не думал вовсе, и женитьба казалась мне чем-то само собой разумеющимся — в далёком будущем. А потом было сложное задание, поражение, плен… И ты. Я помню тот миг, когда впервые попал в твои дрожащие, но нежные руки.
— И прихватил меня за палец.
— Да, прости. Я ведь не сразу понял, кто ты. Думал, бессердечная помощница. Но потом ощутил твой запах, тихую и добрую магию, и как будто оказался под куполом из звёзд. Знаешь, у каждого есть хотя бы одно счастливое воспоминание из детства, и для меня это густые травы на холме, запах реки — и россыпи звёзд над головой. Так я лежал, держась за руку мамы, когда был совсем маленьким.
Я прикусила губы. В глазах по-прежнему дрожали слёзы.
— Значит, ты не жалеешь о прошлом.
— Нет. Если бы тогда я поступил иначе — скорее всего, умер бы ещё в клетке. Единение трёх душ сделало меня устойчивым к тёмной магии, а Элиот был умелым колдуном! Зверь был живуч, ну а сам я не обделён упрямством и воинской сноровкой. И Жэрх, когда начал свои эксперименты, сразу почувствовал мои сплетённые энергии.
— Он сказал, что вовсе не волка в тебе стоит опасаться.
— Неужели?
— Да! В тебе есть некая куда более опасная сущность, которая способа поспорить с самими королевскими магами.
— Хм, а что ещё он говорил?
— О тебе не так много, хотя утверждал, что грешил ты часто. А ещё пытался вытащить из меня глубинную магию, которая якобы должна была достаться от мамы.
Вэйл взял в ладони моё лицо и пытливо заглянул в глаза:
— У него получилось?
— Не знаю. Я чувствую себя обессилившей, сломленной… Кажется, он и правда исчерпал досуха все мои энергии.
Лицо Вэйла дрогнуло.
— Если хочешь, ты можешь рассказать мне, — тихо сказал он. — Обо всём. Выпустить всю боль и гнев, которые накопила.
— Меня только на один раз хватит, — отозвалась я, и словно хлынули из груди накопленные страдания.
Я плакала и говорила, говорила до бесконечности. То громко, с надрывом, то шёпотом и бессвязно. Я ведь помнила всё в подробностях, и этих воспоминаний боялась.
— Он приходил каждый день… Он знал, что мне страшно… И говорил, что непременно отправит тебе моё тело, когда… отправит по частям, Вэйл! А потом я себя потеряла, и не хотела обретать снова. Даже имя забыла…
— Знаю, горностайчик. Я тоже чувствовал подобное. Но теперь ты в безопасности рядом со мной. Клянусь, пока я — это я, твоя боль больше не повторится.
— Я не хочу возвращаться во дворец. Кто-то из там живущих заказал меня магам! И так случится снова, если ты уедешь. Ведь покупатель был не один…
Мне столь многое нужно было ему поведать, что через полтора часа я уже не говорила, а хрипела. И, несмотря на то, что Вэйл уговаривал пойти мыться, не успокоилась, пока не рассказал обо всём. На последнем слова силы меня покинули, и я уронила голову мужчине на грудь, а через минуту уже уснула. В душе воцарилась приятная пустота со вкусом мяты.
Я приподнялась на локтях, чувствуя, как подрагивают отвыкшие мышцы, и огляделась: простые обои в мелкий листочек, добротная деревянная мебель, но интерьер без излишеств, уютный. Дом напоминал постоялый двор у Уорда — атмосфера уж точно была такой же тёплой.
Мне понадобилось несколько минут, чтобы справиться с телом и подняться на ноги. И первым делом я подошла к окну, чтобы хоть примерно понять, где нахожусь. Однако, увидела всё тот же старый лес в лучах заходящего солнца и космато-лазурное небо. Ни других домов поблизости, ни реки, разве что маленький розарий под окном. Судя по его ухоженному виду, присматривала за цветами женщина, хотя, порой и мужчины тяготели к нежным розам. Я пошире открыла окно, и тут в комнату вошёл Вэйл.
— Ой!
Я прыгнула в обратно в постель, пытаясь ещё и укрыться, но, услышав почти весёлый мужской смех, передумала прятать ноги.
— Тебе лучше, — с улыбкой сказал Вэйл, садясь на край кровати.
— Да. Немного шатает, и против солнца смотреть больно, но в целом хорошо. А как ты?
— Я нормально, — отозвался Вэйл, разглядывая меня. — Раны, конечно, болят, но на то они и магические.
Я коснулась его плеча.
— Здесь повязка?
— Да, и на бедре.
— Но ты не хромаешь…
— Просто не хочу, чтобы ты переживала. По сравнению с твоими травмами это пустяки.
— Как я так быстро выздоровела?
— Лучшие королевские зелья, — ответил он. — Я только ими тебя и поил.
— Не помню этого…
— Часть мгновений наверняка стёрлась из твоей памяти, но не переживай. Главное, что теперь ты полностью здорова.
Вэйл подвинулся ближе, и я не выдержала:
— Кто меня раздевал?
— Я, конечно, — слегка нахмурился он. — Супруга хозяина порывалась помочь, но я её выгнал.
— А где мы?
— В доме старейшины поселения. Он сам нас пригласил, когда узнал, что Жэрх мёртв. Дело в том, что колдун повадился взимать с них что-то вроде подати, и они ничего не могли его силе противопоставить. Ну а теперь свободны и благодарны нам.
— А что служанка?
— Вернулась к семье. Не думаю, что они были рады её принять, ведь Жэрх девушке платил. Но это уже не наше дело.
Я неосознанно поправила кривой ворот сорочки, и Вэйл подвинулся ещё ближе.
— Как я выгляжу?
— Как человек, обманувший смерть, — сказал он. — Но зеркала здесь нет, извини.
— Может, оно и к лучшему, — ответила я с робкой улыбкой. — Вэйл ты… Когда меня раздевал…
Он коснулся моей руки, тихонько провёл пальцами от запястья до локтя.
— М?
— Всё видел, да?
— Прости, но тогда я не думал о том, чтобы пощадить твоё будущее смущение. Я слишком испугался за тебя, и действовал быстро. К тому же ты ведь тоже всё видела, когда я купался.