Танец на Глубине (СИ)
Вопиющий баланс непривычной асимметрии выглядел настолько грандиозным и устрашающим, что она даже не стала гадать, что это за стиль.
По лестнице они поднялись к массивным двойным дверям.
Холл поражал размахом, однако вопреки виденному в гражданских кварталах, не имел ни малейшего элемента вычурности: строгая отделка морёным деревом сочеталась с аскезой необработанного пористого камня. Мимо сновали навты в шинелях разных цветов.
Чёрные стояли у входов. Бирюзовые спешили по лестницам. Васко был в тёмно-синем пальто, как и другие моряки, что прибывали из Гаканской акватории. Стоял тихий стук подкованных сапог по песчаного цвета коврам.
Селин вцепилась в блокнот с чернильницей и пером и изо всех сил старалась не таращиться, едва поспевая за размашистым шагом капитана.
Их позвали.
— Какими судьбами к нам, салага? — окликнул их низкий хрипловатый бас.
— Мне показалось, или я услышал какое-то блеяние, Дора? — нарочито громко обратился Васко к Селин.
Де Сарде покраснела до корней волос, не найдясь, что и ответить, и только неуверенно кивнула.
Они обернулись на развалившегося рядом на диване навту.
В глаза сразу бросилась тяжёлая механическая перчатка, по локоть надетая на его правую руку. Чешуйчатые пластины из красноватой чернёной меди перемежались с начищенной латунью, и можно было подумать, будто моряк то ли не до конца снял рыцарские латы, то ли не успел надеть остальной доспех. Селин в очередной раз подумалось что-то о странной моде, и как должно быть потеет рука в таком облачении. Однако пальцы в перчатке, чуть звякая, выстукивали по низкой каменной столешнице незатейливый ритм, что ускорялся по мере их приближения к незнакомцу.
Его тяжёлая шинель была подбита плотным серым мехом, отливающим инеем, роскошный небрежно откинутый косматый ворот был то ли из соболя, то ли из какого другого неведомого животного драгоценных пород. Из-под неё выглядывал зелёный мундир с золотыми аксельбантами, под которыми угадывались планки наград.
Вся его поза и внушительная широкоплечая фигура излучали уверенность в себе и решительность. Каштановые с проседью вьющиеся волосы были подвязаны в небрежный пучок. В одной ноздре красовалось кольцо из белого золота. На мужественном лице, так же, как и у Васко, виднелась вязь воинственных татуировок, но чуть на другой манер. Узоры на скулах частично утопали в густой короткой бороде, усах и бакенбардах.
Колоритный образ морского волка завершал цепкий взгляд глаз цвета штормовых морских волн из-под сдвинутых тёмных бровей.
Селин молча разглядывала сие явление, смутно осознавая, что переходит все рамки приличий, но была не в силах оторваться. Впрочем, незнакомец также беззастенчиво её разглядывал. Они так и стояли, изучая друг друга.
Наконец он неожиданно легко подскочил, улыбнулся и, приобняв Васко, похлопал его по плечу механической рукой. Звякнули эфесы сабель о ножны.
— Видел твоё корыто у врагов, — снисходительно проговорил Васко, — снова котяру изувечил на блудодействах?
— Да уж поди сам уродов похоронил, да новых забежал набрать?
Диалог капитанов совершенно не имел смысла.
Отдельные слова были ясны, но в сумме складывались в кошмарную белиберду, и Селин только и оставалось, что читать по мимике встречу старинных друзей да отстранённо-любезно улыбаться, как было привычно во время светских раутов.
— А где Флавия? — вдруг спросил незнакомец, внимательно глядя на Селин и на её щеку с меткой.
— Где же мои манеры! Дора, знакомься, Марсий, капитан «Кота». Ты видела его в доках. Вспомни, то самое… странное судно, что ты могла видеть.
— Самое надёжное, умник. Подкрутил бы борзометр…
— Дора, адъютант капитана Васко, — отчеканила Селин и щёлкнула каблуками на военный манер, стараясь не вспоминать гигантское чудовище из стали, что напугало её в порту. — А Флавия сказалась больной, поэтому я здесь.
— Значит Дора… Из грамотных что ли? Или из института благородных, охрани меня альбатрос, девиц?
В другое время и в другом месте она с удовольствием отвесила бы хаму пощёчину, но здесь и сейчас ей оставалось только дежурно улыбаться, пропуская грубые слова мимо ушей.
— Сделай-ка нам пока… чаю. С жасмином! — Васко хитро посмотрел на неё и кивнул в сторону стойки приёмной.
— Вам с сахаром или как обычно?
— С сахаром! — ответил за него Марсий ей вслед. — И мне, чтобы побольше! Кусков пять!
Он повернулся к Васко.
— И откуда это чудо?
— С «Зелёной Девы».
— Ласковой глубины ему.
— Ласковой глубины.
— Ничего так улов, миленькая… Впрочем ещё никто не жаловался на твои экипажи. Умеешь комплектовать, умеешь, салага… Так какими судьбами?
— Еле дотащил «Конька» и всю бригаду, чуть не остались кверху брюхом. Случилось такое месиво, что до сих пор удивляюсь, почему весь рангоут целый. Шли на Тир-Фради. Иду на реквизицию сейчас. А сам?
Марсий поднял брови.
— Даже так? Кого реквизировал-то?
— Крысиную бригаду. Венсана.
Они замолчали, не произнося вслух пожеланий ласковой глубины погибшим.
— Вот ты псина солёная, Васко. Венсан же поди до зубов вооружённый шёл. Он таких, как «Морской Конёк», на завтрак кушает и не морщится. Как же ты его одолел?
— Огневой силой, как ещё-то. Да и уроды не пальцем деланные…
Капитан хохотнул.
— Твоё счастье, что тебе не попались мы с «Котом». Нам твоя огневая сила, что слону дробина.
— Да неуже-ели…? В крысиную бригаду собрался? Так давай проверим, дай только из доков выйду…
Васко с удовольствием наблюдал за разозлившимся Марсием, и казалось, сам воздух трещал от смеси дружеских подначиваний и прямых оскорблений с вкраплениями угроз.
— А вот скажи-ка, ты и спать ложишься со своими витражами? — Васко кивнул на награды, плохо прикрытыми аксельбантами.
— Иди на хер?
— Ты совсем не изменился. — Улыбнулся он. — Впрочем стабильность — признак мастерства. Что с «Котом”-то?
Упоминание любимого судна вернуло Марсия на благодушный лад. Но не без досады.
— Поршня полетели. Полгода якоря вымачиваем. Механы всё никак не могут выточить нормальные. И кузня вроде не бухает!.. Им чертежи, видите ли, не те!.. Спустил туеву хучу на новые, да этим рукожопам всё без толку, движок ломает их, как спички ещё на прогреве, только успевай топить!
— Н-да, на то и враги…
— …вражины, разрази их Бездна! Иду квоту выбивать на покрытие простоя и штраф этим мразям…
Васко откровенно возмутился.
— У тебя же средовой износ! Надо было сразу вписать в страховую ведомость все расходники и ходить с запасом. Дай гляну, если с собой.
Марсий извлёк из кармана хрустящие листы, прозрачные от машинного масла.
— Нормально всё с чертежами. Из чего, говоришь, кузня делает?
— Бронза.
Наскоро пробежав по проекциям, Васко потёр лоб.
— Вели заменить на хромтитановый сплав. Хром и титан в пропорции.
— Впервые слышу.
— Их только пару лет назад нашли, и испытывают до сих пор по причине тугоплавкости. Отменные металлы. Подай пробирную заявку, дескать испытывать будешь на «Коте». Кабрал велела испытателям отдавать за полцены. Я так всю артиллерию «Лентяю» переобул в том году за бесценок.
— Ну хитёр!.. — восхищённо пробормотал Марсий.
Тем временем к ним вернулась Селин. Она наскоро сервировала чай и чинно встала, подсмотрев позу у гвардейцев.
— Ваш чай. Вам, капитан Марсий, с сахаром, вам — с жасмином. Как и просили.
— А вот и солнце наше ясное, — улыбнулся Марсий.
— Закатай губу, — бросил Васко, отхлебнул из полупрозрачной агатовой чашки и тотчас же, поперхнувшись, выплюнул, ошарашенно глядя на адъютанта.
Селин лучезарно улыбалась.
— Слишком горячо?
— Да нет… Видимо, отвык… от чая…
— Э, брат, давненько ты суши не топтал! А скажи-ка, Дора, и тебя донимала Луизина мерзкая тварь?
— Вы про боцмана?
Марсий заржал и хлопнул себя по коленке.
— А прошаренная девка-то! Нет, я про её обезьяну. Постоянно таскала всё, что не приколочено…