Танец на Глубине (СИ)

— Какой вы оказывается, злопамятный.
— Предусмотрительный.
— Злой.
— …Ладно. Злой.
Селин тихонько сжала его плечо.
— Вы не волнуйтесь так. Всё будет как надо. Вот увидите.
Он молча накрыл ладонью её руку, кивая кому-то в сторону.
Обилие сногсшибательных нарядов кружило голову.
Тонкая эклектика сочетала несочетаемое: крестьянская простота белёного хлопка соседствовала с узорчатой кожей и — неизменными ремнями и пряжками.
Скромная парча, шелковая тафта и атлас продуманно и ненавязчиво сообщали о почтении сливок общества к рабочему классу и промышленности. То ли по назначению, то ли как дань моде, на дамских шляпках виднелись затемнённые очки на ремешках. Открытые плечи дам, обнаженные ноги в полупрозрачных чулках то и дело подчёркивали шлеи с приспособлениями неизвестного назначения. Декольте с изящными полосами татуировок искрили полупрозрачными блестками. Оттеняли наряды как традиционные украшения из перьев и кружев, так и уже знакомые де Сарде механизмы, шестеренки, циферблаты и даже пружины. Но они были выполнены гораздо искуснее по сравнению с теми, что она наблюдала ранее на горожанах, и судя по цвету, отлиты они были из более дорогих металлов. Оставалось только догадываться, несут ли они рабочие свойства или же сугубо декоративные.
Впрочем, как и светские события Серены, бал в Адмиралтействе вполне мог оказаться ничем иным, как ярмаркой тщеславия.
Высокие двери парадного подъезда были распахнуты.
Гостей провожали навты в ливреях, отдалённо напоминающих корабельные бушлаты.
Торжественное освещение, не работающее в их прошлый визит, было включено, и чинный в рабочее время холл расцвёл пышностью стен и потолка. Игра теней вырисовывала на некогда пустых серых стенах барельефы, по которым читалась история Гильдии и её ключевые события, судя по частоте плафонов, идущие чуть ли не с сотворения мира.
Вдоль стен стояли ледяные скульптуры в окружении столиков с лёгкими закусками.
Звон колокола открыл бал.
Спустившись до середины лестницы, залу оглядела фигура с прямой спиной.
Выступал Адмирал Флота.
«Не зная языка, слушай интонацию» — твердил де Курсийон.
Зазвучала приветственная речь на архаичном навтском.
Сбоку от Селин образовался Фаусто, неизменно в чёрном, без эполет, однако в погонах капитана-лейтенанта и в расшитом Хикметской вязью поясе, и полушёпотом начал переводить.
Суть речи почти не отличалась от обычных в таких случаях поздравлений и ожиданий от нового союза: звучали заверения в надёжности Гильдии Навтов, приглашение разделить существующие технологические ресурсы и тому прочее. Фаусто всё время отвлекался, вполголоса переругиваясь с капитаном в бордовом мундире, а протоколы подобных мероприятий Селин и так знала назубок.
На тридцатой минуте она порадовалась, что каблук достаточно широкий, и стопа не устала стоять.
Перехватив у официанта резные агатовые бокалы с игристым, она подала один Васко. Он кивнул, представляя своего адъютанта каким-то высокопоставленным сероглазым заместителям совершенно незнакомого подразделения чужой акватории в причудливых латах поверх коралловых мундиров. Де Сарде элегантно присела в неполном реверансе, благо читать чины и статус она умела по манерам визави.
Праздник почтил своим присутствием и мэр города.
Он перечислил все самые значимые события для навтов Малого Орфея за последний год. Примечательно, что среди них прозвучало открытие университета по изучению новых видов топлива, — что вызвало овации, — повышение стандартов раскрытия способностей юных навтов, — здесь по залу прошла сдержанная волна неодобрения, — и окончание работ по совершенствованию защитных сооружений вокруг острова.
Де Сарде очень хотелось схватиться за голову: одно дело — наблюдение за неизвестными объектами, назначение которых могло быть каким угодно, и совсем другое — слышать своими ушами ту информацию, которая уж точно не предназначалась для чужаков.
Официальную часть завершил навтский гимн, и публика заметно расслабилась.
Или то подействовало игристое?
 
Оркестр грянул мазурку. Танцевать Селин была морально не готова, и поэтому сейчас же отпрянула к стене. Васко увлекли за собой в курительную комнату сослуживцы, и он только и успел, что махнуть Селин.
Де Сарде прислушивалась к звучавшей музыке.
В ней было много нот органа и множества инструментов, которые она никогда раньше не слышала. У оркестра она заметила большую установку, которая объединила в себе сразу с дюжину различных струнных, духовых и клавишных инструментов. Музыканты исполняли свои партии на диковинных устройствах, напоминающих отдаленно виолончели с множеством пружин. Всё это великолепие сияло в лучах многоуровневых светильников под сводчатым потолком.
Селин представила, как мог бы прозвучать сейчас её голос в этой обстановке, и прикрыла глаза.
Но как раз в этот момент зазвучала простенькая, но затейливая, мелодия в перерыве между танцами. Дамы обмахивались веерами, распространяя ароматы сирени и лилий с примесью нот машинного масла. Оркестр отдыхал.
Официанты разносили подносы с канапе и напитки в высоких бокалах из резного камня.
У входа гомон стал громче.
Стоя в круге дам в очках поверх шляпок, Селин отвлеклась от светской беседы о спектре синего для утренних туалетов и оглянулась.
В бальную залу вошла группа рослых военных моряков в зелёных мундирах и треуголках с меховыми кокардами, украшенными выточенными из хрусталя шестернями. По вальяжной походке их можно было бы счесть полноправными хозяевами на балу, если бы не объявление гвардейцев о прибытии членов Североморской Гильдии Навтов. И возглавлял её Марсий. К удивлению Селин, в его свите были высокие белокурые дамы в полосатых брюках и высоких сапогах.
Моряки поклонились Адмиралу Флота и растворились в зале.
Выпутавшись из объятий знакомых офицеров, Васко через весь зал поймал взгляд Селин и протянул ладонь. Де Сарде кивнула и улыбнулась. Начинался вальс.
Однако перед ней возник Марсий и с лёгким поклоном подал руку в устрашающей на вид механической перчатке. Без шинели он не казался таким огромным, как при первой встрече.
От неожиданности Селин вложила свою ладонь в его, и они вышли на середину зала. Запоздало сообразив, что танец был обещан другому капитану, она беспомощно оглянулась на Васко, но того не было на месте.
— Дора, какая приятная встреча.
То ли на нем сказалась обстановка торжества, то ли протокольный официоз, но от развязного мужлана не осталось и следа. Его ладонь едва касалась её талии, и сам он держался весьма галантно.
— Моё почтение, капитан.
Вальсируя с неизменной полуулыбкой, она то и дело украдкой поглядывала на механическую перчатку.
— Потерял при инциденте. Не беспокойтесь, я хорошо владею обеими руками, и не наврежу вам.
Холодные металлические пальцы чуть коснулись её ладони, и она ужаснулась ощущению безжизненного механизма сквозь кружево своей перчатки.
— Я… Я не видела прежде подобных… приспособлений. Прошу прощения.
Марсий широко улыбнулся.
— Дора, милая, что же вы хотите от Гаканской акватории! Это же прошлый век!.. Вы поди дальше и не выбирались?
— Не доводилось, увы.
— Это ничего, какие ваши годы. Лет в тридцать пять, как мне сейчас, вы уже успеете повидать мир.
В голове Селин понемногу начинала складываться полная картина тайного мира навтов. Всё оказалось просто до безумия. Она попала в будущее, и «Морской Конёк» оказался её машиной времени, совсем как у Жюля Верна, которым они с Константином упоённо зачитывались в детстве.
Вальс тем временем пошёл на последний круг. Среди офицеров в белых кителях Васко по-прежнему не было.
— Капитан…
— Зовите меня Марсий, и можно на «ты».
— Марсий, как продвигается ремонт вашего «Кота»?
Такую улыбку она видела только однажды у Васко, когда он вдруг извинился перед ней тогда у себя в каюте. Смесь восхищения и теплоты, граничащих с хулиганством.