Одержимость мастера (СИ)

А вот мне хотелось выпалить вслух, что передача знаний не его ума дело!
Вовремя сдержалась.
— Я бы не назвал тщедушного Распрыкина единомышленником. Так, пешка. Без моей поруки и шагу не сделает. Но не скрою, он много помогал: занимался выгодной для меня агитаторской деятельностью, давал нужные результаты биомагических экспертиз. В общем, такие люди всегда нужны, главное, чтобы из-под контроля не вышел. Возомнит о себе невесть что. А я, знаешь ли, не люблю ударов в спину.
Про нечестные дела Сержи Распрыкина я была наслышана. И ужаснулась не его грязным делишкам, а догадке, которая осенила меня после слов промышленника.
— Неужели этого нарушителя, настоящего преступника, государь поставил на должность главного биомага после вашего ходатайства?
Господин Темников расхохотался.
— Деточка, тебя послушаешь, так из меня вырисовывается идеальный злодей детективного романа. Вспомни про ангельские чины, я рассказывал тебе о них. Меня ведет великая цель. Некогда рядиться и задерживаться на мелких препятствиях.
«Не великая цель вас ведет, а душевный доктор по вам рыдает, господин Темников».
— И все-таки, почему вам нужно было сместить с высокой должности отца ваших внучатых племянников? — спросила я. — Чем вам помешал господин Макильских?
Верхняя губа промышленника дрогнула.
— Он мне должен.
— Должен? — автоматически повторила я. — Но что он вам должен?
Больше ничего не успела произнести, как события приняли совершенно неожиданный поворот.
Господин Темников спрыгнул со стола, его пальцы вмиг впились в мое левое плечо. Затем безумец меня развернул и прижал к своей груди, теперь уже удерживая обеими руками.
Я издала сдавленный звук и попыталась вырваться.
— Как думаешь, почему я осел в этом слащавом спальном районе? — прохрипел Темников над ухом, со свистом втягивая воздух и сильнее сдавливая пальцы на моих предплечьях.
— Вам нравится тишина и свежий воздух? — предположила я.
— Нет, — ответил он угрюмо. — Отсюда короткий прямой путь к анклаву. Пока сообщества алхимиков и биомагов мерились силами перед императором, я по крупицам собирал свою армию.
Я перестала сопротивляться, чтобы лучше расслышать его слова.
— Скоро в Симберской империи будет новый хозяин и новая жизнь.
Политические тонкости и бред одержимого промышленника меня не интересовали, и я нетерпеливо его перебила:
— Господин Темников, вы меня пугаете! Отпустите меня и скажите, наконец, как вы собираетесь напасть на анклав!
Вместо ответа он подтолкнул меня вперед.
Мы прошли к его столу, где промышленник меня отпустил. Сделал шаг к стене, задрапированной портьерной шторой, и рывком дернул шнур. Штора из тяжелого, плотного габардина собралась в левом углу. Передо мной оказалась стеклянная стена с дверью, а за ней — другая камера. Что находилось за стеклом, из-за темноты разглядеть не удалось.
Большим пальцем господин Темников нажал на красную кнопку в углу стены.
По потолку камеры одна за другой стали загораться лампочки синего света.
Я не могла оторвать глаз.
Лаборатория размером с футбольное поле была заполнена автоматонами в рост взрослого человека. В металлических корпусах, вооруженные ружьями, по калибру больше похожими на небольшие пушки, они стояли неподвижно. Как мне показалось, готовые приступить к разрушительному действию в любой момент.
Сколько их — тысяча, две, десять?!
Это все равно что звезды на небе считать!
От грандиозности масштаба по спине пробежал холодок.
Глава 50
С одной стороны, опыт, который я приобрела благодаря господину Темникову, здорово выбил меня из колеи. Как ни крути, промышленник научил прислушиваться к чужому мнению. Особенно если оно исходит от человека, желающего добра.
Еще вчера вечером я собиралась запереться в своей комнате и не спеша разобраться со всеми уликами и домыслами. Ведь от того, насколько мы с господином Макильских продвинулись бы в нашем расследовании, зависело благополучие всех проживающих в замке. И это не просто слова! Кто убил его жену, биомаг до сих пор не знал. А жить с оглядкой на каждого, с кем общаешься и кому улыбаешься, так ужасно!
 
Господин Темников предвосхитил все мои ожидания.
Мне нужна была правда?
Пожалуйста — получила по полной программе!
И даже сверх того.
Теперь во мне бушевали такие разные чувства, что я затруднялась определить, на что и как реагировать в первую очередь. Теперь мне совершенно точно известно, кто виновен в казни моих родителей и в гибели супруги господина Макильских. Вдобавок к страшным преступлениям, безумный промышленник затевает действие еще чудовищнее. К выводам, к которым меня подвели, я бы ни за что самостоятельно не приблизилась. Даже господин Макильских считал, что промышленнику, кроме денег, ничего не нужно.
Оказалось, нужно…
Поэтому в каком-то смысле даже хорошо, что утром мой эмоциональный порыв опередил свойственную мне осторожность. Интуиция не дала сбоя. И вместо того чтобы поехать за тетушкой и вернуться, я выбрала визит в логово к Темникову. Теперь, когда у нас в руках информация, разоблачающая страшные преступления промышленника, мне даже сложно предположить, как отреагирует биомаг. Лично мне хотелось злодея пристрелить, чтобы больше он никогда и никому не смог причинить горя.
Содрогнулась от этой мысли.
Тогда и я окажусь не лучше промышленника. Запишусь в разряд настоящих убийц.
Нет уж, хватит с меня роли сыщицы. Мысленно улыбнулась и похвалила себя. Ведь расследователь из меня вышел не только отчаянный, но и удачливый. Грустно, что Темников не поможет снять вину с Августа, если мальчик и вправду имеет отношение к гибели члена Комитета безопасности. Но с другой стороны, я добилась признания от самого господина Темникова — богатого дельца, акулы бизнеса! К которому, я уверена, просто так не подобраться. Он-то уж знает толк в том, как заметать следы.
В напряженной ситуации, запутанной, как клубок размотавшейся пряжи, удалось зацепиться за прочную нить.
Как папа говорил, слона нужно есть маленькими кусочками, плавно и методично подготавливая почву для великих свершений!
Осталось только понять, как выбраться из омерзительной передряги.
Темников с нескрываемым удовольствием наблюдал за моей реакцией. По правде сказать, удивляться было чему. Армия автоматонов из стали и шестерен, с горящим паровым ядром вместо бьющегося сердца, вершина человеческой инженерии, могла бы стать огромным благом для промышленного Северного Москинска, если бы одного человека не накрыла волна безумия.
Промышленник наклонился к стене и нажал еще на одну кнопку, рядом с красной. Спустя несколько секунд с шипением воздуха отъехала и скрылась в стенном проеме платформа, удерживающая стеклянную дверь.
— Бронированная, — радостно констатировал он и, крепко ухватив меня за локоть, потянул из кабинета в свою лабораторию.
Дверь за нами закрылась.
В глаза ударил яркий свет благотурина, а за ним раздался такой дикий крик боли, что я закрыла уши ладонями. Вместо того чтобы сделаться тише и глуше, звук будто молотом забил по наковальне, но уже у меня в голове. В затылке неприятно кольнуло. В висках застучала кровь. Словно сотни детских голосов разом проникли в мое сознание. Что за ерунда? Какая-то специальная защита от нежданных гостей? О чем голоса наперебой взывали, я не разобрала. Внезапно меня охватило такое чувство жалости, что из горла непроизвольно вырвался сдавленный всхлип.
— Что тут происходит? — смотрела я на промышленника вытаращенными глазами. — Меня сейчас стошнит. Выпустите меня на свежий воздух.
— Что происходит? — Словно не замечая моего состояния, промышленник сунул руку за пазуху пиджака, вынул золотые механические часы на цепочке, раскрыл их створки и пояснил: — Ровно через час сорок мы отправляемся с моей бессмертной армией к анклаву!
— Что?! — Вот бы стукнуть этого негодяя, да так, чтоб вся дурь выветрилась!