Переселенцы в будущее. 1. Хозяйка звёздного медпункта (СИ)

— Именно это я и планировала делать всю жизнь, — ответила, сглотнув вставший вдруг в горле комок.
Вот и всё, что мы сказали друг другу на прощание.
  
Глава 10
 
Синяя пустыня закончилась резко, как будто мы пресекли какой-то невидимый купол, отделяющий космодром от остальной планеты. Я оглянулась — позади плескалась синева, и не было ничего, кроме неё. Удивительное явление. Понятия не имела, природное оно или же рукотворно созданное, чтобы не смущать лишний раз местных жителей достижениями высокоразвитых видов, а спросить не решилась.
Ну а впереди нас ждало двухэтажное длинное здание — наверное, космопорт. Дар Раамн посадил каплю у высоких двухстворчатых стеклянных дверей и вышел из кабины вместе с нами, а потом и внутрь вошёл первым.
— Переселенцы по направлению, — сообщил он дежурившему на турникете инопланетянину неведомой мне расы, но точно не глизелианцу, и подтолкнул нас легонько в спины вперёд себя.
— Да, их уже ждут, дар капитан, — подскочил служивый и приложил зелёный кулак к груди.
По форме, надетой на бочкообразное тело, становилось сразу понятно, что гуманоид из органов.
Тошка на него смотрел полными восхищения глазами, а потом не выдержал, подергал меня за руку, а когда я к нему наклонилась, тихонько спросил:
— Мам, это Халк?
А что, похож! И лицом, и фигурой, только размером меньше — в этом инопланетянин подкачал, оказался среднего роста, даже ниже дар Раамна.
Но ответить я не успела.
— Обознался, юноша. Меня зовут сержант Гхлло, — у таможенника оказался превосходный слух.
— Простите, нас, — повинилась я за двоих, и Тошка тоже неистово закивал, подтверждая, что просит прощения.
— Проходите через турникет, — совсем не обиделся инопланетянин, — на той стороне вас давно ждёт хозяин медпункта.
Настало время прощаться. Я затаила дыхание. А дар Раамн просто взял Платона за плечи, посмотрел в глаза, кивнул — и Тошка кивнул ему в ответ, — потом потрепал сына по кудряшкам и кинул на меня короткий прощальный взгляд. Я успела лишь поднять руку, чтобы ему махнуть. Капитан развернулся и, не оглядываясь, ушёл в свою каплю.
Почему-то стало немного грустно.
А Платон молодец! Он держался стойко! И даже слезинки не проронил.
Я взяла его за руку и повела к турникету.
— Сумочку поставьте на ленту, а сами можете пройти за вертушку вдвоём, — любезно попросил нас зелёный.
Я бы очень удивилась, если бы нас пропустили без всяких проверок. Мы сделали, как велел мини-Халк, без всяких колебаний. Шагнув за вертушку — подобные им у нас стояли когда-то в парке перед входом на карусели, — мы обнаружили, что конструкцию на несколько секунд заклинило. Видимо, заперев нас с Тошкой между двумя рогатинами, таможенник и проводил досмотр.
Но, к счастью, мы ничего не почувствовали и даже испугаться не успели, когда блокировка снялась и открылся доступ в космопорт.
— Всё в порядке. Добро пожаловать на Глизе-581, — напутствовал нас зелёный мужик, — не забывайте свои вещи.
— Спасибо — поблагодарили мы с сыном хором.
Я подхватила приехавшую на ленте сумку и Тошку, вышла и огляделась.
Хотя по обстановке сразу становилось понятно, что мир этот не наш, всё же чем-то Земным отовсюду веяло. Например, в углу стояли привычные взгляду автоматы с едой и напитками. А из подсобного помещения вдруг вышла женщина с ведром и шваброй, чтобы протереть пол…
В небольшом зале ожидания на низких диванах сидели и лежали разные существа, абсолютно не похожие на людей. Некоторые из них совсем страшненькие, а некоторые, наоборот, завораживающе красивые.
На стенах висели экраны, на которых транслировались передачи — я успела заметить, как на одном пара инопланетян исполняла странный танец, перепрыгивая с огромного листа кувшинки на другой. Всё происходило не на сцене, а прямо на водной глади озера. На другом экране шёл, наверное, художественный фильм — там представители разных видов куда-то лезли по жёлтой грязи.
— Таисия! — прервал наше знакомство с местным укладом незнакомый тенор.
 
Повернувшись, я увидела, как к нам спешит худощавый мужчина лет сорока с острой бородкой и пышными усами. Прямо настоящий земной интеллигент начала двадцатого века, как я их себе их представляла.
Я ему дружелюбно улыбнулась — скорее всего, это мой коллега, которого я должна заменить. Нужно сразу наладить добрые отношения, потому что ни один учебник и познавательный фильм не расскажут мне о тонкостях жизни и работы землянина, оказавшегося в будущем и на чужой планете.
— Уф-ф-ф! На пять минут отлучился, а вы тут как тут, — беззлобно пожурил он нас, подбежав. — Я Антон Сергеевич Власов, буду вас стажировать.
— А мы Таисия и Платон Звягинцевы.
Он знал моё имя, но я ещё раз представилась и протянула руку для приветствия.
Но Антон Сергеевич жать её не стал — подхватив галантно, поцеловал пальчики, а Тошу потрепал по щеке.
— Очень приятно, но где же ваш багаж? Неужели это всё? — изумился коллега, оглядев нас с ног до головы.
— К сожалению, мы не успели пройтись по магазинам на Кеплер Лире, нас переселили в последний момент перед отправкой в распределительный центр, а в нём мы потратили слишком много времени на чаепитие, объяснения и продажу вещей, — пожаловалась я Антону Сергеевичу.
— Ну что ж, пойдёмте в машину. Придётся вам всё необходимое покупать тут. А на Глизе, сами понимаете, товары совсем не того качества.
— Ничего, переживём, — не стала расстраиваться я и потянула Платона за руку, стараясь не отставать от доктора.
А вот настоящая Глизе-581 встретила нас хмурым небом и неприятным колким ветром. А ещё совсем не Земным пейзажем.
— Поторопимся к машине. Вот-вот польёт дождь. Космодром построен не в самой приятной части планеты, — подбодрил нас Антон Сергеевич, и мы прибавили шагу.
Платон заметно ёжился — куртки на нас совсем тонкие, дома было тепло — и совсем притих. Я прижала его к себе, обняв за плечи. Ох, чуяло моё сердце, сыну тут уже не нравится. Да и у меня неприятно ныло на душе тревожным предчувствием. Если бы не «гнёзда», я бы сейчас наверняка слёзы лила, но пока держалась.
Автомобиль наставника очень походил на Земной времён Отечественной войны, правда, я не уверена, что кузов он имел металлический — материал больше напоминал пластик. Но самым удивительным в нём был цвет. Вернее, раскраска: разбросанные по тёмно-синему фону крупные оранжевые цветы вызывали определённые мысли. Например, что доктор употребляет психоделики.
— Ничего себе машина! — выдохнул сын. — Это праздничная, да?
— Не удивляйтесь и скорее забирайтесь внутрь, — скомандовал Антон Сергеевич, — по дороге всё расскажу.
Хоть и страшно было к нему садиться, мы всё же разместились в автомобиле.
И только оказались внутри вполне комфортабельного салона, как по крыше забарабанили капли, а доктор включил дворники.
— Это, между прочим, служебная машина медпункта, — сообщил он нам вполне серьёзно, но мы с Тошкой синхронно хмыкнули, подвергая сомнению его заявление. — Глизы не терпят скучных расцветок. У них всё пестрое, — принялся нам доказывать свою честность доктор. — Вы привыкнете. А ещё местные очень любят синий цвет. Чем синее глиз, тем он знатнее. А этот рыжий цветок на кузове у них панацея от всех болячек — шаарам называется. Они лечат им всё! Именно потому медицинские машины имеют столь фривольную расцветку.
— Не обижайтесь, Антон Сергеевич, нам нравится, правда. Непривычная просто и весёлая, — поспешила я оправдаться.
— Это ещё что! Пожарным тоже повезло, — продолжил удивлять нас доктор, — у них машины нежно-голубые, как вода, с жёлтыми звёздочками, типа с огненными искрами. А авто обычных жителей планеты строго розовые в фиолетовую травинку. Правда, их немного. Пока на Глизе-581 авто — это роскошь. Так что смело можете брать на вооружение: если машина не розово-фиолетовая — точно какая-то служебная. Со временем запомните, какая именно.