Переселенцы в будущее. 1. Хозяйка звёздного медпункта (СИ)

Признаться, я не имела представления о том, что происходит, и, кроме как подумать, что планетарий подвергся бактериологической атаке террористов, а всех находившихся внутри эвакуировали — бред какой-то, — придумать ничего не могла. Потом мне вдруг резко пришла в голову мысль о трансплантации органов, но у меня ничего не болело, значит, операций никаких не проводилось…
Но что это всё значит? Почему мы здесь?
Я сидела на кровати Платона и строила предположения до тех пор, пока сын не заворочался. А когда он открыл глаза, легла побыстрее к нему и прижала к себе, чтобы не успел запаниковать.
— Ничего, ничего, малыш. Всё хорошо. Мы вместе, а это самое главное, — зашептала, целуя его в макушку.
— Мам, а где мы? — спросил мой любопытный ребёнок.
И пока я определялась между ответами «в больнице» и «понятия не имею», дверь в палату отъехала, и к нам вошёл очень странный мужчина в военной форме, а за ним не менее странная женщина в белом халате.
Радовало, что эти двое пришли к нам с открытыми лицами. Опасность миновала? Нас отпустят?
Да нет, это вряд ли… тут что-то не так. Интуиция вопила, что вошедшие в палату никакие не друзья. Они слишком от нас отличаются…
Чем именно? Я не могла даже себе точно объяснить. Просто у меня было чувство, что они вроде бы люди, но не люди. Пара выглядела примерно так, как выглядят голливудские звёзды на красной дорожке — слишком картинно и подготовлено к этому простому визиту. Или нет — ещё хлеще они выглядели! У людей с красной дорожки ещё можно было встретить какие-то косяки во внешности, а у этих… Эти были словно картинки из глянцевых журналов — словно отфотошопленные, без единого изъяна.
Доктор и вояка, красивые, похожие на две куклы, вызывали у меня множество вопросов. Например: а может, мы попали в реалити-шоу?
Это бы всё объяснило... Я бы могла ломать голову ещё долго, но тут гости изволили заговорить:
— Таисия Звягинцева, тридцать лет, пол женский…
Доктор раскрыла планшет и принялась зачитывать военному мои данные. Особенно мне понравилось про женский пол. А сам он этого не видит? Или они из тех, кто выступает за отмену гендера?
— …Врач-педиатр, стаж два года. Платон Звягинцев, пять лет, пол мужской, кровным родственником Звягинцевой не приходится, но по документам сын…
Я нахмурилась и собралась возмутиться. Тошка, конечно, помнил, что не всегда жил со мной, но нельзя же так говорить при ребенке!
Но тут дама в белом халате сказала такое, что у меня глаза на лоб полезли, и про возмущение я забыла.
— …Оба доставлены из десятого ноября две тысячи двадцать первого года с Земли. Эвакуация прошла за сорок три минуты десять секунд до предполагаемой гибели. Эффекта Бабочки не обнаружено. Их перемещение на развитие Земли не повлияло...
Охренеть же! Что за шоу они снимают и какую дурь курит сценарист?
В тот момент я уже почти не сомневалась, что нас снимает скрытая камера.
Но меня очень быстро в этом разубедили.
— …Полная вакцинация пройдена успешно, объекты готовы для заселения на любую из выбранных коалицией точек.
— Вижу, — скупо отреагировал на всё военный и сделал шаг к нам. Я прижала к себе Тошку ещё крепче. — Поднимайтесь и следуйте за мной на инструктаж, — сказал он и пошёл на выход, а доктор за ним.
Спорить с сотрудниками неизвестной организации я пока не решилась.
  
Глава 2
 
Длинный светлый коридор, опять без окон, но для разнообразия застеленный серым покрытием — в палате была белоснежная плитка — тоже обстановку особо не прояснил. Съёмочный павильон это или же НИИ — оставалось загадкой. Разве что было совершенно понятно, почему эти двое спокойно идут впереди и даже на нас не оглядываются. Они просто ни грамма не беспокоятся, что мы сбежим, потому что бежать из этой странной кишки совершенно некуда — ни поворотов, ни лестниц, ни дверей.
— Мам, а мы где? — шёпотом спросил Тоша спустя три минуты нашего похода на неведомый инструктаж.
Что характерно, в шёпоте сына не слышалось ни страха, ни слёз, только любопытство. Ну и прекрасно! Решила такое его настроение и дальше поддерживать.
 
— А на что похоже? — тоже шёпотом поинтересовалась я.
— На космический корабль, — объявил торжественно Платон.
— Разве? — притворно удивилась я. — А мне кажется, это подводная лодка. В космосе же невесомость!
— Нет, мам! Ты что?! Бывают же корабли, как настоящие города. Я в кино видел!
— А, ну разве что в кино… тогда да, — усмехнулась я, и тут мы как раз дошли до конечного пункта.
Доктор с военным остановились, дожидаясь нас, а как только мы их нагнали, мужик подставил к считывающему устройству свой глаз, и дверное полотно отъехало в сторону.
Доктор вошла первой, а военный подал нам знак рукой следовать за ней. Сам же отрезал путь к отступлению, замкнув процессию. Ну или приготовился ловить моё падающее в обморок тело... Потому что нет, это была совсем не киностудия...
В этой комнате окна были... Вернее, не окна, а огромные, во всю стену, иллюминаторы, а в них...
— Мама, мама, мы в космосе! Я же говорил, что это космический корабль, а ты не верила! — счастливо завопил Платон, а я обернулась и ошарашенно посмотрела на военного.
Пусть мне скорее объяснят, что здесь происходит?! У меня мозг сейчас взорвётся от попыток осознать увиденное!
— Присаживайтесь на диван перед экраном, Таисия… — вдруг включила гостеприимную хозяйку доктор, сверившись с экраном планшета, — …Викторовна, и ты, Платон, тоже, располагайся удобнее. Я доктор Джулс Мирон, а это полковник Вацлав Гаруш, сейчас он введёт вас в курс дела, а если вы вдруг в процессе почувствуете волнение, панику или тахикардию, прошу — не стесняйтесь об этом сообщить мне. Я помогу вам пережить адаптационный курс с минимальными проблемами для организма.
Ох-ох-ох! Сердце моё чувствовало, что адаптационный курс станет для меня той ещё сенсацией, но, к счастью, психика у меня устойчивая, нервы как канаты, а ещё я просто не имею права показывать слабость и страх, ведь сын пока ничего не боится и даже рад приключению. Вон как в иллюминатор восхищённо смотрит!
— Я справлюсь, — твёрдо сообщила я доктору и перевела взгляд на военного, — можете начинать, полковник.
Вацлав Гаруш — имена ещё у них с доктором такие необычные, может, всё же артисты, а всё вокруг — спецэффекты? — нажал на кнопку, и на разделённом надвое экране появились картинки. Сначала обе половины показывали одно и то же: мы с Платоном сидим в тёмном зале планетария и смотрим программу. Затем на левой половине экрана видно, как нас накрывает искрящейся воронкой и спустя несколько секунд кресла стоят уже пустыми — у меня волосы зашевелились от этих кадров. Мистика какая-то! А вот на правой половине экрана мы по-прежнему сидим в планетарии — от этого ещё страшнее.
— Здесь показано ваше вероятное будущее, — полковник ткнул лазерной указкой в ту часть, где мы остались сидеть на месте, удосужившись дать пояснения, — а здесь, — луч переместился влево, — то, что уже с вами произошло и что произойдёт без вашего участия.
На душе было муторно до чёртиков — плохое предчувствие вопило дурниной, но я не отрывала взгляда от экрана. В отличие от Платона — тому происходящее было мало интересно. Куда интереснее смотреть в иллюминатор.
Пока полковник объяснял предназначение транслируемых картинок, сеанс в планетарии закончился, мы поднялись с кресел и, оживленно что-то обсуждая — звука не было, но я и так могла представить, как мы делились с Тошей восторгами, — вышли из зала. Сходили в туалет, оделись и отправились на остановку.
В это же время, на другой части экрана, картинка тоже перемещалась по нашему маршруту, но без нас. Внезапно начался дождь и мы, натянув капюшоны, побежали скорее под защиту остановки. Левая же картинка демонстрировала пустую улицу и падающие в лужи крупные капли. Тем временем мы добежали и уселись на лавку, которая защищена стеклянной крышей и продолжили что-то увлечённо обсуждать — на остановке никого, кроме нас, не наблюдалось, поэтому мы вели себя очень эмоционально. Дождь усилился, и по стеклянным стенам бежали потоки воды, видимость была плохая, но я-то со стороны отчётливо видела, как с дороги прямо на нас летела «Газель». И в правой части, и в левой...