Хозяйка заповедника Драко (СИ)

— Значит ли это, что они стали красными, потому что я кого-то ранила? А у ракхов на границе они черные, потому что им приходилось убивать?
Имбис накрыл мою руку ладонью и провел мочалкой по своей груди, намыливая кожу.
— Кажется, так. — И Райян вдруг обхватил меня за талию и затянул в ванну.
Я вынырнула, жадно хватая не только воздух, но и имбиса за плечи.
— Райян! — Я открыла рот, но невыносимый дракон тут же закрыл его поцелуем.
Я надавила на плечи — он прижал меня к себе еще сильнее. Я не билась в полную силу — боялась ранить его, а он, похоже, воспринял это как сигнал к более решительным действиям, схватился за застежки платья на спине.
— Кажется, на тебе слишком много лишнего, — прервав поцелуй, задыхаясь, сказал Райян.
И снова поймал мои губы.
Я увернулась:
— Мне не жарко!
Но он притиснул меня к краю ванны и снова поймал губы.
— А мокро?
Я попыталась высказаться, но получилось лишь одно мычание. Я могла бы укусить его за губы, но не стала. Вдруг еще откинет лапки? Пока не узнаю о себе все — не могу действовать как хочу. 
— Сейчас цапну! — выдохнула ему в губы на остатках дыхания, когда Райян на секунду прервал поцелуй.
— Нет. Тебе нравится.
— Я боюсь, что ты умрешь, а меня посадят!
— Какой удобный предлог. — Райан потянул одно плечо платья вниз, и я сообразила, что он уже справился со всеми застежками.
Какой шустрый, вы только посмотрите. Забыл, как смотрел на меня недавно? А вот я не забыла!
— Не противно быть так близко с тварью?
— Ты мне долго это будешь припоминать?
— Всю жизнь!
— Звучит перспективно.
И снова поцеловал.
Второе плечо сдало оборону, платье держалось только на груди. Хорошо, что оно было мокрое и липло ко мне как вторая кожа. Дало мне время немного собрать мозги в кучку и прогнать розовую дымку. Услышать, что откуда-то доносится странная мелодия, которая уж больно располагает к…
Да куда он полез? 
Ой! Эй!
Ай.
Проклятые древние, почему он такой быстрый? Почему юбки не защищают от приставаний, а словно наоборот — способствуют этому? Платье точно придумали мужчины. С завтрашнего дня ношу штаны!
И вообще, почему так приятно? 
Еще чуть-чуть — и я прекращу это безобразие. Капельку еще, чтобы узнать, что это за приятное чувство разрастается из-за ласк этого лорда Рендольфа. А то разведусь и вспомнить нечего, верно? Ведь все тело трясет от предчувствия чего-то особенного…
— Мэд! — донеслось до меня из окна. — Мэд!
Это Шэн! Но… Как он вошел, если выпил антидот? И выпил ли?
Я дернулась, но хватка у имбиса была воистину драконьей.
— Мое! — проснулось собственническое в Райяне.
Он об этом даже вслух и очень громко сказал. Кажется, чтобы половина округи слышала. И ветер поднялся, засвистел за окном, и небо накрыли тучи — темно стало, хоть глаз выколи. Тени деревьев за окном слились в одну сплошную стену черноты. И только голос Шэна не переставал доноситься до меня, хотя ветер очень старался отнести звуки в другую сторону.
— Мое! — еще раз рыкнул Райян, на что я возмущенно посмотрела на мужчину и подчеркнула:
— Пока. И только юридически.
И тут он пошевелил пальцами, продолжив ласку.
— Юридически? — спросил хрипло.
Нажал явно куда надо и полностью очистил мой мозг, тот стал девственно чист от возмущений. Лишь волна удовольствия захлестнула, и я очнулась, только когда сама уже терзала рот Райяна. Поскольку поцелуем назвать то, что я с ним делала, язык не повернется. 
Это из-за моей натуры? Или так все могут? Или…
Додумать мне не дали: Раян на деле показал, что он тоже так умеет.
— Мэ-э-э-эд! — донесся до меня слабый по силе зов. 
— Подожди. — Я попыталась отстраниться от Райяна. — С голосом Шэна что-то не так.
— Пошел он к древним!
— Он сюда и пришел!
Дом захлопнул ставни.
— Так что ты там говорила? Ты моя только юридически? — Райян, драконище копченый, пользовался моей слабостью по полной. — Сейчас сделаем фактически. И да, ты уверена, что хочешь, чтобы Шэн держал свечку?
— Мэд! — Стук в ставни уже никто не мог заглушить. Голос Шэна звучал настолько болезненно, что растворил все розовое марево вокруг.
 
— Шэн? — Я дернулась, но Райян не пустил. Тогда я крикнула так: — Ты что, не выпил антидот?
— Ты там с Рендольфом? — спросил он с болью в голосе.
— С кем же еще? — вместо меня громко спросил Райян.
— Мэд, не ругайся. Я не выпил противоядие. Хотел тебя предупредить, что был отравлен не только растительным ядом. Я сделал тест.
Казалось, молоко в ванне мгновенно охладело. Райян напрягся и посмотрел на меня, покачал головой, будто умолял не верить другу детства.
— Что там, Шэн?
Шэн молчал.
Я дернулась из рук Райяна, и он весь скривился, нахмурился, но отпустил.
— Шэн? — Я открыла ставни, в которые он стучал, и выглянула.
Друг лежал на земле, а под рубашкой с закатанными рукавами виднелись почерневшие руки.
Я выпрыгнула прямо в окно как была. С платья стекала жидкость, но я не обращала на это внимания. Подняла голову Шэна и положила к себе на колени.
— Шэн? Почему ты такой дурак! Надо было пить антидот!
Шэн едва приоткрыл глаза, слабо улыбнулся, глядя на меня, и еле прошептал:
— Драконий яд.
И отключился.
  
ГЛАВА 21
 
Глава 21
— Что он бормочет про яд? — рядом присел Райян с завязанным на бедрах полотенцем.
Осмотрел руки Шэна и присвистнул, словно для него это была неожиданность.
— А ты не знаешь? — Я взвинченно повернулась к имбису. — Спаси его, раз сам отравил!
— Я? — Дракон посмотрел на меня с таким праведным удивлением, что я замешкалась. — Если бы отравил я, то так, чтобы он не имел возможности бегать по заповеднику и звать тебя. С врагами я сражаюсь на совесть, уж поверь. А он мне не враг, так, помеха.
Я с сомнением посмотрела на дракона. Мне хотелось ему верить, очень, но я не торопилась с выводами. Шэн при мне выпил антидот, должен был пойти на поправку, а имбис был очень зол в момент, когда застал нас вместе. Но если выпил — то не смог бы зайти, верно? Или заповедник обманул?
Так где правда? Вдруг это все подстроено?
То, как Райян сейчас осматривал Шэна, заставляло сомневаться: словно лекарь — хладнокровно, тщательно, быстро. А потом поднял его с земли и понес в дом.
— От драконьего яда есть противоядие? — Я подобрала мокрые юбки, которые липли к ногам, и поспешила следом.
— Ты знаешь, что с ним случилось? — вопросом на вопрос ответил имбис.
— А ты нет? Мне казалось, ты видел. 
— Видел бы — не спрашивал бы.
Райян занес Шэна в дом, хотел положить на софу, но та в последний момент ускакала.
— Назад! — приказным тоном рыкнул имбис, я вздрогнула, а софа быстро вернулась на место.
Шэн при свете выглядел жутко: желтоватый цвет лица, синие губы, черная кожа рук.
— Заповедник не пускал на свою территорию. Лианы на заборе укололи шипами. Через некоторое время Шэн прислал письмо, что отравлен, и заповедник дал мне антидот.
— Он его выпил?
— Не знаю. Ты тогда как раз смерчем вытащил меня из комнаты.
Я не стала рассказывать про условие антидота, о том, что после применения Шэн не сможет ступить на территорию заповедника.
— Он будет в порядке? — не выдержала я и схватила друга за ладонь.
Райян тут же разъединил наши руки.
— Небезопасно.
Я послушалась — больше не стала трогать, но повторила вопрос:
— Шэн будет в порядке? Ты знаешь, как ему помочь?
— Я не знаю, яд дракона попал в него до, после или во время.
— Это имеет значения для лечения? И как это — «во время»?
— Во время укола шипами. Это земля древних драконов, магии здесь под завязку.
— Но яд вряд ли сохранился. Это не магия.
— Соглашусь, но есть еще один вариант, почему яд был заповеднику по силам.
— Почему?