Путешествия Алисы Селезневой

– Ах, вы такие забывчивые, друзья мои! – вздохнул корабль. – Я же видел там цистерны с горючим. А если я их видел, значит, они были видны.
– Я помню, – сказал Аркаша, – ты говорил, что вход был разрушен землетрясением.
– Значит, – сказал Гай-до, – предохранительный механизм, который уничтожает базу, если туда попадает посторонний, вышел из строя.
– Повтори, – сказал Пашка торжественно.
– Вышел из строя.
– Чего же ты молчал! – закричал Пашка. – Мы немедленно летим на планету Пять-четыре, забираем горючее странников… и, может быть, сокровища!
– Нет, – сказал Аркаша, – я категорически возражаю. Мы должны сообщить об этом в Верховный совет Земли. Туда снарядят экспедицию. Этим должны заниматься взрослые.
– Очень разумно, – сказал кораблик. – Я преклоняюсь перед вашей разумностью, Аркаша.
– Я тоже преклоняюсь, – сказал Пашка. – Я думаю, Аркаше пора возвращаться к ботаническим опытам. Квадратный арбуз – вот цель жизни!
– Это почему? – обиделся Аркаша. – Нельзя сказать правду, чтобы ты сразу не накинулся.
– И никаких гонок, разумеется, не будет, – сказал Пашка.
– Почему же?
– А очень просто, – ответила за Пашку Алиса. – Потому что мы должны будем в первую очередь отдать в Верховный совет нашего Гай-до. Его будут там расспрашивать и проверять. Может, он больной. Может, его так повредило ракетой, что он начал придумывать разные фантазии.
– Правильно! – подхватил Пашка. – И потом, конечно, Гай-до разберут на части.
– Не надо! – закричал кораблик.
– И уж конечно, ему никогда не подняться в космос.
– Не надо!
– А потом на планету Пять-четыре полетит экспедиция, в которую ни за что не возьмут ни одного легкомысленного ребенка. Туда полетят профессора и академики, а потом напишут миллион статей о возможном применении отдельных предметов… А мы прочтем об этом в газетах.
– Что же ты предлагаешь? – спросил Аркаша.
– Совершенно ясно, – сказала Алиса, – Пашка предлагает полететь туда самим.
– Полететь туда самим, поглядеть хоть одним глазком на сокровища странников. Я живу на свете только один раз! – Тут Пашка встал в гордую позу, чтобы все поняли, что живет он не зря. – Я не знаю, сколько подвигов и великих открытий я успею совершить. Но когда мне говорят: «Гераскин, ты можешь!» – я бросаю все дела и иду!
– Мне нравится, как говорит Павел, – сказал кораблик. – Я его понимаю. Но, к сожалению, я должен возразить: это путешествие может оказаться очень опасным.
– И мы вообще не долетим, – добавил Аркаша. – Это же настоящее космическое путешествие с большим прыжком. Его категорически запрещено делать человеку, не имеющему диплома космонавта. И вы подумали, что скажут наши родители?
– Отвечаю по пунктам, – сказал Пашка. – Во-первых, мы долетим, потому что полетим туда не на обыкновенном глупом корабле, а на нашем друге Гай-до. Он сделает все, что нужно. Ты сделаешь, Гай-до?
– Сделаю, – сказал кораблик.
– Второе. Никому мы ничего не скажем. Потому что нам, конечно, запретят лететь. А родители наши сойдут с ума от страха за своих малышей. При всех положительных качествах они совершенно отсталые, как и положено родителям.
– Я с вами не играю, – сказал Аркаша.
– Я и не ждал, что ты согласишься, – сказал Пашка. – Для этого требуется смелость, а смелость дана не каждому. Но ты должен дать слово, что будешь держать язык за зубами.
– Я не могу дать такого слова.
– Тогда мне придется тебя обезвредить, – сказал Пашка.
– Попробуй.
– Я найду подходящее подземелье и заточу тебя на то время, пока нас не будет.
– Ладно, мальчики, – сказала Алиса. – Хватит ссориться. А то вы наговорите глупостей, а потом будете целый месяц дуться друг на друга.
– Скажи, Алиса, – вступил в разговор кораблик, – а наш друг Паша в самом деле намерен провести в жизнь свой страшный план и посадить Аркадия в подземелье?
– Нет, – ответил за Алису Аркаша. – У него нет под рукой подходящего подземелья.
Аркаша повернулся и ушел.
Пашка бросился было за ним, но потом махнул рукой.
– Беги, предатель, – сказал он.
 
– Он никому не скажет, – сказала Алиса.
– Я знаю, – ответил Пашка. – Все равно обидно. Пошли, Алиска, нам надо придумать, что сказать предкам.
 
Глава 11
 
Фестиваль на Гавайях
 
Они попрощались с Гай-до и выскочили из него.
День был радостный, солнечный. На площадке перед кораблем стоял молодой мужчина и задумчиво рассматривал его.
Мужчина был Алисе знаком, но она никак не ожидала его тут увидеть и сразу не узнала.
– Тадеуш! – воскликнула она. – Вы что здесь делаете? А где Ирия?
– Здравствуй, Алиса, – сказал Тадеуш Сокол. – Ирия во Вроцлаве с ребенком. А я вот приехал в Москву по делам. У нас конференция. И думаю: разыщу тебя, узнаю…
– А это Паша, мой друг, – сказала Алиса. – Мы хотим с ним вместе полететь на Гай-до.
– Очень хорошо, – сказал Тадеуш. – Я рад.
– Значит, это вы – муж Ирии? – спросил Пашка строго.
– Ты угадал.
– Понятно, – сказал Пашка. Тадеуш ему не понравился.
Они замолчали, глядя на кораблик. Он стоял совсем рядом, но неизвестно было, слышал их или нет. А может, он и не узнал Тадеуша. А если и узнал, то не подал вида. Наверное, потому, что считал Тадеуша виновником всех бед.
– Я себя чувствую неловко, – сказал Тадеуш. – Но жизнь очень сложная штука. Вы это еще поймете. Потом.
– Я уже сейчас понимаю, – сказал Пашка.
Тадеуш только улыбнулся.
Алиса подумала: «Он не так уж и виноват. Это все Ирия решила». Чтобы не молчать, она спросила:
– А вы на планете Пять-четыре не видели базы странников?
Пашка толкнул Алису в бок: замолчи!
– Базу странников? – удивился Тадеуш. – А разве она там есть?
– Нет, – сказал быстро Пашка. – Наукой установлено, что там нет базы странников.
– Впрочем, – сказал Тадеуш, – если бы я выбирал самое дикое место, чтобы спрятать базу, лучше, чем Пять-четыре, не найдешь.
– Вы так и не помните, кто на вас напал? – спросила Алиса.
– Нет. Это случилось очень неожиданно. Хотя, если задуматься, у меня в тот день было странное ощущение, словно за мной кто-то следит. Неприятное ощущение. Там водятся серые шары, большие, как… футбольный мяч. Один такой шар от меня буквально не отставал.
Тадеуш замолк. Алиса вдруг вспомнила мяч на свалке.
– Вот такой? – Она показала руками.
– Да, примерно такой… Простите, мне пора идти. До свидания, ребята. Напишите мне, как прошли гонки. До свидания, Гай-до.
Гай-до ничего не ответил.
Они попрощались с Тадеушем у школьных ворот. Его ждал флаер.
Тадеуш помахал сверху рукой. Алиса помахала в ответ. Пашка махать не стал.
– Где бы добыть оружие? – сказал Пашка. – В такую экспедицию безумие лететь невооруженным.
Алиса только отмахнулась. Она оставила Пашку на перекрестке и пошла домой.
Нельзя сказать, что она была довольна собой. Она отлично понимала, что Аркаша прав: детское легкомыслие – лететь на неизвестную планету, искать базу странников. Надо обо всем рассказать отцу. Тогда прощай, Гай-до, прощайте, гонки, прощай, Большое Приключение. Но как трудно от этого отказаться! А что, если Аркаша обо всем расскажет? Тогда она ни в чем не будет виновата. Все получится само собой. Нет, лучше, если Аркаша промолчит. В конце концов, что тут особенного? И она и Пашка бывали в космосе, они уже не дети, им по двенадцать лет. Гай-до не обыкновенный корабль. А если открыть сокровища странников – это редчайшая удача!
Алиса почувствовала, что сзади кто-то есть.
Она быстро обернулась и увидела, что по дорожке следом за ней катится серый мяч.
Поняв, что его увидели, мяч резко изменил направление и покатился к кустам.
– Стой! – крикнула Алиса. – Еще чего не хватало!
Кусты зашуршали. Алиса раздвинула их, но ничего не увидела.
Может, показалось? Тадеуш говорил про серый шар, вот и чудится всякая чепуха.