Волшебница Вихря (СИ)

На закате Влас всё-таки поднялся с кровати:
— Спущусь к ужину, гляну, как там все.
— Я с тобой, — вскочила я.
— Может, тебе всё-таки полежать? — подозрительно уточнил мужчина.
— Нет, я хочу пойти! Всех увидеть, ещё раз обнять, поговорить! Особенно беспокоюсь за Эльту и Слава.
— Хорошо. Идём. Может, наконец-то поешь нормально.
Внизу собралось полным-полно народу, в том числе Элик с Ромашкой и малышом Браном. Всем было интересно узнать о львах и плавучем острове, и говорить пришлось много, но всё равно большую часть вечера мой рот был занят не словами, а вкусностями.
До того, как отправиться в главный зал, мы заглянули в большой светлый сарай, где жила избранница Храна. Это была молодая и красивая белая кависа с тёмным подшёрстком, отчего казалось, будто чёрная собака искупалась в морской пене. Щенки у них с Храном получились великолепные: и пятнистые в отца, и «пенистые» в маму, а один был с белым корпусом и хвостом, но почти чёрной из-за крупных пятен мордой, к тому же с разными глазами — голубым и карим. Именно этот храбрый пацан первым выбежал нас встречать, и принялся маленькими острыми зубками драть подол моего платья.
— Влас, а мы можем взять себе одного? — прошептала я.
— Конечно, и я надеялся, что ты сама выберешь.
— А какого бы взял ты?
Мы переглянулись: всё было ясно с первого раза. Удивительно, что черномордый хулиган и сам готов был уйти с нами, но мы решили пока что оставить его с остальными.
— Трёх уже забрали, — сказал Влас. — Одного — Элик и Ромашка, двух других — воины.
И вот теперь я думала о прелестном лохматом существе, которое совсем скоро разгромит часть комнаты, непременно будет жевать ботинки, и сильно линять. Стоило решить заранее, где поселить пса, чтобы он не уничтожил наши комнаты. Я помнила, что отец строго воспитывал кависов, зная, какие они проказники.
Впрочем, мы с Эликом в детстве тоже хулиганили помногу. Мама рассказывала, что совсем маленький Элик мог рассыпать по кухне мешок муки или сесть купаться в ведро с грязной водой. Зато он хорошо спал в одиночестве, а я много плакала, не желая ни минуты быть вдали от мамы. Я отправила в рот очередной кусок пирога, и ощутила тепло, разливающееся по телу. В памяти всплыло, как мама говорила о своём обжорстве во время беременности, и о том, как дико ей хотелось пирогов со сливой…
В один миг я поняла, что происходит, и от неожиданной догадки едва не подавилась. Поспешно запила кусок виноградным соком и тихонько огляделась: не заметил ли кто моего озарения? Но все вели себя как обычно, да и кто бы мог подумать, что мы с Власом привезли из трудного путешествия на одного человека больше?
Улыбка намертво приклеилась к моим губам. Я знала, что не ошиблась. Вот откуда взялись все эти странности — заплетающиеся ноги, головокружение, слабость, жор вперемешку с отвращением к еде, вспышки ярости и, одновременно, постоянное желание плакать. А я-то думала, что месячные не идут из-за постоянных волнений и потрясений! Ох и глупая же! Уже как три месяца, получается, ношу в себе частицу любимого…
Я посмотрела на Власа, едва сдерживаясь, чтобы не утянуть мужчину из-за стола тотчас, чтобы сообщить радостную весть. Или, может, сначала навестить повитуху Эрси, которая слыла лучшей в округе и жила на Яблочной улице?
Я посмотрела на Власа, и он, перехватив мой сияющий взгляд, поднял брови.
— Что, маленькая?
— Ничего. Просто счастлива и сыта. Кстати, помнишь, мы хотели съездить на Грозовой остров?
— Угу, но теперь только в конце лета. Ты не торопишься?
Я покачала головой.
— Но порой думаю о том, что сказала ведьма о моих родителях. Я не верю ей, конечно, однако то, что пожар был странным — это истина.
— У меня есть одно невероятное объяснение всего произошедшего. Вполне возможно, твои родители были здесь лишь гостями, и не погибли в огне, а ушли через искажение пространства и времени вроде того, в которое попала ты.
— Вроде портала?
— Да.
— Но откуда они прибыли?
— Издалека. Ты ведь сама рассказывала мне легенды, которые так любили твои родители. У нас подобного не складывают, всё больше о драконах и людях, что стали их друзьями и узнали магию.
 
— И всё-таки я не понимаю, Влас. Неужели они пришли с той далёкой земли, где нет ни драконов, ни людей чтущих те же обычаи, что мы?
— Возможно.
— Но почему не вернулись за нами?
— Не знаю. Докопаться до правды будет сложно.
Я вздохнула. Да, многое нам ещё предстояло решить. А если действительно будет дитя, никаких поездок Влас мне не разрешит… Я поняла, что всё-таки должна найти повитуху, но как сделать это, не испортив сюрприза?
Нужно было попросить помочь кого-то, кто не выдаст моей тайны раньше времени, но так, чтобы Влас первым узнал прекрасную новость. Удивительно, что мне повезло: на пир по случаю нашего возвращения собралось так много народу, что вскоре мне выпал шанс пообщаться и с Эрси.
— Здравствуй! — подошла я к ней, стараясь изображать из себя просто вежливую хозяйку. — Ты не могла бы уделить мне пять минут? Наедине, если можно, и чтобы мы покинули зал как можно незаметней…
Женщина лукаво улыбнулась.
— Через минуту приходи на балкон, что выходит к саду. И не беспокойся, мне будет достаточно взять тебя за руку.
Я сказала Власу, что пойду подышать воздухом, и мужчина охотно отпустил меня.
— Только ненадолго.
— Десять минут — и идём отдыхать, — пообещала я.
Эрси уже ждала в тени большого дуба, и рядом с ней мне сразу стало как-то спокойно.
— Итак, о чём ты хотела поговорить, Веда?
— У меня задержка уже три месяца, — сразу призналась я. — И странное самочувствие: слабость в ногах, головокружение, иногда в животе как будто что-то покалывает слегка…
— Понятно, — улыбнулась женщина. — Позволишь?
Едва коснувшись моих пальцев, она кивнула.
— Поздравляю госпожу Вихрей! Можешь смело говорить мужу, что первое трёхмесячье миновало.
Я облегчённо выдохнула и прижала ладони к животу.
— Я слышала, что благодаря магии ты сразу чувствуешь любую проблему… Наш малыш здоров?
— Да, — подтвердила женщина. — Всё идёт хорошо. А вот кто это, я смогу сказать только к шести месяцам.
— Думаю, мы предпочтём сюрприз в день родов.
— Хорошо. Тогда я попрошу тебя прийти ко мне домой через пару дней, чтобы я могла получше осмотреть тебя — на всякий случай, и дать некоторые советы. А ещё мы высчитаем дату родов.
— Замечательно! Спасибо тебе большое!
Я не сдержалась и обняла женщину, и она в ответ погладила меня по голове.
— Будь благословенен этот младенец. Пусть вам с Власом он принесёт много радости.
Мы попрощались, я пожала ей руку, и вскоре уже сидела на постели, расчёсывая волосы. Влас умывался как нарочно долго, и мне хотелось позвать его, но я молчала, растягивая удовольствие предвкушения. Наконец-то я могла сделать ему настоящий подарок! Нет, он, конечно, любил все вышитые мной вещи, но малыш — это другое. Я знала, как Влас хочет ребёнка, чувствовала это. И даже знала примерно, когда мы создали его — в один из тех счастливых дней на корабле, средь бури, в уютной каюте…
— У тебя всё хорошо, маленькая?
Оказывается, Вихрь уже вернулся в комнату и смотрел на меня внимательно, стоя у подножия кровати.
— Подойди, пожалуйста. Сядь рядом. — Я положила его ладонь себе на живот и улыбнулась. — Скоро в Вихреградье появится другая маленькая. Ну, или маленький. Признавайся, кого больше хочешь: мальчика или девочку?
Влас так и подскочил.
— Веда! Неужели ты?.. Родная моя!
Поцелуев было так много, что я не успевала на них отвечать. Заливалась счастливым смехом, гладила его волосы, и повторяла, как сильно люблю. Мне была до дрожи приятна его реакция, и что-то внутри тонко звенело от огромности нашего счастья. А потом, когда первые эмоции улеглись, мы просто легли, обнявшись, и Влас долго шептал мне на ухо красивые легенды Прибрежных. Он баюкал меня, как малыша, трепетно касался губами моих щёк, тихонько гладил по плечам и животу. И одно за другим предлагал смешные имена для ребёнка, заставляя заливисто смеяться на всю комнату…