Свет мой (СИ)
Вечером того же дня произошло великое переселение Игоря Швеца. Вещей у него было мало, зато книг три сумки.
— В этом библиотечные, учебники, — указал он на большой пакет, а эти с книгами, купил в магазине по специальности, у нас таких нет.
— Располагайся, принимай душ, и за стол, — выслушав, сказала я.
— Спасибо большое, Светлана Владимировна.
— Уже говорил, хватит кланяться.
За ужином Игорь немного рассказал о себе и одноклассниках: после школы он год работал в механизированной мастерской, после призыва в армию служил в ракетных войсках, затем поступил в вуз и сейчас учится на третьем курсе, будущая специальность энергетик. Четыре года работает в городской энергосети с бывшим одноклассником Димой Тарасовым. В отличие от Игоря у друга уже семья, маленький ребенок, а женился он на однокласснице — Оле Непченко. Марат Хазаров тоже недавно сочетался браком с Наташей Гороховой. Все его друзья в родном Городке, кроме Шурика Огонька.
— Вы, наверное, знаете, что он после службы на флоте поступил в Новосибирское военное училище, в этом году уже оканчивает, кажется, тридцатого июня выпуск.
— Я же уехала в Красноярск, ничего о вас не знала, ни с кем не переписывалась, — ответила смущенно.
— Да, кто-то из учителей на выпускном говорил, что вы выходите замуж. А почему уехали так далеко? Муж красноярец?
— Нет, его распределили в Красноярск, он военный, заместитель командира роты.
— Ого, наверное, тоже Новосибирское окончил?
— Да, — нехотя ответила я.
Интересно, почему он сказал «тоже»? А кто ещё? Игорь, вероятно, понял, что мне не хочется обсуждать эту тему и вообще всё, что связано с личной жизнью, поэтому растерянно замолчал. Тут меня выручил звонок в дверь — это Ленка. Сестра удивилась гостю, но вопросы задавать не стала, а протопала в комнату к маме.
— Это ваша сестра? — поинтересовался Игорь. Я кивнула. — Красивая, на вас очень похожа. Она старшая или младшая?
Я засмеялась:
— Вот льстец. Конечно, младшая. Твоя ровесница. Почти.
— Честно сказать, я разницы не заметил.
— Не придумывай. Пойду, заберу дочь, гостит в семье подруги.
По дороге к Ольге Скачковой я вспоминала свое прошлое: Городок, школу, человека, с которым мне было легко, спокойно и светло — Шурика Огонька. Конечно, я и в Красноярске его не забывала, но тогда минувшее было таким далёким, что казалось милой, доброй сказкой, со своими злодеями и благородными рыцарями. И вот каким-то чудесным образом прошлое встретилось с настоящим, наверное, кому-то там, наверху, захотелось снова надо мной покуражиться.
Софья бесконечно галдела, бегая возле гостя: показала все свои игрушки, книги, рассказала о своих подругах, задала кучу вопросов. Видя, с каким воодушевлением парень забавляется с ребенком, я проговорила:
— Из тебя, Игорь, получится хороший отец. Ты такой добрый, внимательный, терпеливый — это чувствуют дети, поэтому быстро начинают доверять.
— Я бы и не против, только не нашел еще ту, единственную. Вы знаете, Светлана Владимировна, я тогда, в десятом, был в вас влюблен. Боялся сказать.
— Удивил, не знала. Я думаю, найдёшь ещё свою Елену Прекрасную, только взвесь сто раз прежде, чем жениться — жизнь не сказка, — и после паузы продолжила, — не буду больше тебя отвлекать, готовься к своему экзамену, отдыхай. В холодильнике суп, бутерброды. И тортик тоже ешь, что принёс. В кувшине компот, можешь вскипятить чай. И, пожалуйста, не стесняйся. Соня, пойдем в свою комнату, дяде Игорю нужно заниматься.
— Дядя Игорь, а тебе будет скучно? — поинтересовалась дочка.
— Конечно, без тебя будет очень скучно, — улыбнулся парень.
— Я тебе на время дам Мишку, это моя игрушка, и ты скучать перестанешь, — Соня побежала в нашу с ней спальню за любимой игрушкой.
За время, что Игорь прожил у нас, ему удалось влюбить в себя всех членов моей небольшой семьи: маме нравилось его внимание к ней, воспитанность, веселый нрав, Соньке — доброе отношение, умение спокойно и обстоятельно отвечать на все её бесконечные «почему». Ленке — она и сама не могла сформулировать, что ее подкупило в парне, — нравился и всё. Я же относилась к Игорю, как к старому, проверенному другу. Завершив через неделю сессию, он пригласил нас к себе в Городок.
— А что, Светлана Владимировна, приезжайте все, что делать сейчас в шумном, пыльном городе? А у нас с родителями огромный дом, сад, огород. Софья побегает — раздолье кругом, ягоды поест, овощей, по грибы съездим.
— Спасибо, Игрёк, добрая твоя душа, мне маму оставить нельзя, ты же понимаешь, ей не выдержать дороги, да и нужных специалистов в твоем городе нет.
— Ну, может, Лена тогда бы поехала, тем более, она в отпуске, — опустив глаза, сказал парень.
— Не знаю, может быть, поговори с ней сам, — неуверенно ответила я, понимая, что сестра с ее чрезмерным благоразумием вряд ли согласится поехать к парню, которого знает всего лишь неделю. Так и случилось, Ленка ответила отказом:
— Нет, нет и нет.
Но тут вмешалась мама:
— По — ез — жай, дддоча. Ус — тала.
— И правда, Лена, соглашайся, — упрашивал парень, — отпуск будет незабываемым. Обещаю. И родители будут рады. Они у меня вообще очень гостеприимные.
Сестра перевела взгляд с мамы на меня, будто прося совета.
— Поезжай, — сказала я, — и в правду отдохнешь, ты очень вымоталась за последнее время. С мамой буду сама, всё равно до пятнадцатого августа свободна.
И Елена сдалась, поставив условие: чтобы с ней поехала Софья.
— Ура! Я не против! Я не против! Я поеду! — заплясала вокруг нас дочь. — Мамочка, отпусти меня с Еленой Прекрасной, пожалуйста!
— Кто я? — переспросила сестра.
— Елена Прекрасная! Мы вчера с дядей Игорем сказку такую читали. Она про тебя!
Засмеявшись, сдалась и я. Пусть едут обе.
— Мамочка, ты настоящая добрая принцесса, — запрыгала возле меня счастливая таким решением дочь. — Спасибо! Спасибо! Спасибо!
И ребята начали собираться в поездку.
Вечером мне вдруг вспомнилось, как назвала меня Соня? Принцессой? — и сразу в голову вторглись услышанные где-то строки:
Твой друг назвал меня «принцессой»,
А ты сказал, скрывая страх:
«Таких «принцесс» в старинных пьесах
В конце сжигали на кострах!»
Нет, не про меня эта история…Не роковая я женщина.
Глава 15
Всю неделю я провела возле мамы, почти не отлучаясь. Медленно, ох, медленно возвращались утерянные навыки, утраченные речь и память. Мне пришлось переворошить кучу литературы, чтобы грамотно помогать маме восстанавливаться. Эта забота о родном человеке не давала возможности думать о своей жизни, отношениях с мужем, который по-прежнему лелеял надежду жить семьёй. Все его телефонные звонки начинались со слов: «Прости, я виноват, больше такого не повторится, я не могу жить без вас». Широков сообщал, что, вероятно, в сентябре у него будет возможность дня на два приехать в Барнаул, хотя он надеется, что мы вскоре вернемся домой. Самонадеянный парень. Не то что бы я ненавидела мужа, скорее я стала к нему, его судьбе более равнодушной. Ну не сможет он быть другим: со своим характером, мы, как говорится, рождаемся. Так зачем его ломать? Пусть Широков строит свою жизнь, как ему нравится. Не получилось у нас жить в соответствии с моим видением семьи, пусть живет по-своему — и будет счастлив. Во всяком случае, я ему этого желаю. И я буду счастлива, обязательно буду.
Невольно сдерживала мое желание немедленно бежать в суд и подавать на развод Софья. Я очень боялась нанести дочке психологическую травму. Сама помнила, как тяжело было, когда уходил отец. Ну, что ж, нужно думать, как максимально облегчить момент, когда Софья узнает, что мама и папа больше никогда не будут жить вместе.
Погостив неделю, вернулись мои девочки, довольные отдыхом. Понравилось всё: и дом, и сад — огород, и речка прямо за домом, и собаки, и кошки. Соня, захлебываясь от счастья, перепрыгивала с одной темы на другую: