Принцесса Теней (ЛП)

Изображение за изображением заполняли экран: она в нижнем белье, дерущаяся подушками с мужчинами-моделями на огромной кровати и лежащая посреди всех них, когда они проводили пальцами по ее идеальной коже.
Это не выглядело пошло или развратно, это выглядело чертовски сексуально, и мне захотелось быть одним из парней на этой кровати. На одном из снимков она была наедине с очень привлекательным парнем, когда он прижал ее спиной к стене, ее халат соскользнул с плеча, ее глаза кричали «поцелуй меня», когда он проводил рукой по ее челюсти.
От этого у меня неприятно сжалось нутро, ревность пробиралась под кожу, и я в тысячный раз подумал о том, чтобы позвонить ей или написать сообщение и попытаться понять, как я так эффектно все испортил между нами.
Ее часть истории была посвящена жизни с сексуальной зависимостью. Они даже превратили это в душещипательную историю о ее воспитании в мире смертных, где она всегда жаждала любви и защиты, сказав, что на самом деле она охотилась за своей истинной половинкой, просто надеясь влюбиться. Она жертвовала деньги в различные благотворительные организации, занимающиеся проблемами психического здоровья и наркомании, и искренне надеялась, что никто не осудит ее слишком строго. В конце статьи приводилась ее цитата: «Я просто хочу быть любимой».
Я прикусил губу, нажимая на комментарии, точно зная, что увижу, но мне нужно было знать наверняка.
Лора Фрост: Я люблю близнецов Вега!!!
Вики Вилсон: Я бы хотела иметь ворона в качестве лучшего друга!
Джемма Винсент: Один взгляд на Тори Вега и я уверена, что я тоже сексоголик…
Кэсси Фэрроу: Я не могу дождаться, когда вы двое вернете себе трон! Вы такие настоящие и правдоподобные!!!
Стефани Гомес: Я собираюсь покрасить волосы в синий цвет, как Дарси!!!
Я застонал, ударившись головой о диван, и позволил своему атласу упасть на руки.
— Что случилось? — спросил Сет, оторвав взгляд от телевизора, чтобы посмотреть на меня.
Я прикусил язык, скользя взглядом между ним и Дариусом, который тоже смотрел в мою сторону.
— Вега… — сказал я медленно, зная, что это снова вызовет бурю дерьма.
— Что насчет них? — прорычал Дариус.
— Ну… они вроде как переврали истории, которые мы о них рассказывали. И я уверен, что их репутация сильнее, чем когда-либо…
— Что? — потребовал Сет, наконец-то оторвав все свое внимание от телевизора, когда он выхватил у меня атлас и пролистал статью. — Нет, — ахнул он, выглядя так, будто кто-то только что насрал в его Фэзерати. — Кто, блядь, у них в команде пиарщиков?
— Что это? — спросил Дариус, потянувшись за моим атласом, но Сет не отдал его.
Дариус раздраженно рыкнул и поднялся на ноги, обойдя спинку дивана и заглянув через плечо Сета.
— Какого черта она надела! — заорал он, выхватывая атлас из рук Сета и листая фотографии с такой силой, что рисковал сломать эту чертову штуковину. — Каждый фейри в Солярии увидит это! У каждого из них будут ее фотографии в гребаном нижнем белье, если захотят!
— Ну, на фотографиях, которые мы слили, она тоже была в нижнем белье, — сказал я, неопределенно пожав плечами, тот факт, что Тори выставила свое тело на всеобщее обозрение, не казался мне самой насущной проблемой.
— Они не были такими же, — прорычал Дариус. — Они были зернистыми и темными, сделанными с расстояния. И я пытался помешать Сету отправить их в прессе.
— Правда? — удивленно спросил я. Когда я попытался протестовать против этого плана, он казался полностью за него. Мысль о том, что он решил отказаться в последнюю минуту, немного разозлила меня. Все, что у меня было с Тори, развалилось после той ночи. Если бы он открыл рот раньше, этого могло бы и не случиться.
— И кто это, блядь, такой? — рычал Дариус, игнорируя меня, указывая на модель, с которым Тори находилась примерно в тридцати секундах от того, чтобы поцеловать… или трахнуть… и если я должен был поверить в дерьмо в той статье, то, возможно, именно это она и сделала.
 
— Кого это, блядь, волнует! — заорал Сет. — Он просто какой-то низшей магией, поэтому делает деньги на том, что он горяч. Это наименьшая проблема, которая у нас есть! Разве ты не видишь, что они сделали? Они раскрутили историю, теперь никому не будет дела до того дерьма, которое мы о них распространили. Вместо того, чтобы разрушить их репутацию, это заставило Дарси выглядеть гребаной святой, спасающей животных, а Тори…
— Я позвоню своим адвокатам и заставлю их убрать все ее гребаные фотографии в этой одежде из интернета, — прорычал Дариус.
— Она явно участвовала в той съемке и должна была подписать разрешение на использование этих фотографий, — ответил я, нахмурившись. — Они ни за что не уберут их, если только она не отзовет свое разрешение.
— Ну, тогда я найду ее и заставлю отозвать разрешение, — прорычал Дариус, срывая с себя рубашку и направляясь к окну.
— Подожди! — Сет позвал его, тоже вставая. — Мы все должны идти. Я хочу выяснить, кто, черт возьми, помогает им в этом. Эти истории должны были разрушить их раз и навсегда, но они каким-то образом умудрились вывернуть все так, будто ничего страшного в этом нет, благодаря одному гребаному интервью.
— Отлично, — прорычал Дариус. — Она была в общей комнате Дома Игнис раньше, возможно, она все еще там. — Он скинул штаны и выпрыгнул из окна, не сказав больше ничего.
— Пошли, — сказал я Сету, направляясь к выходу.
Мы трусцой спустились по лестнице и оказались на улице как раз в тот момент, когда Дариус взлетел в своей драконьей форме над головой. Мы наблюдали за его полетом над сводом деревьев, а Сет прорычал. Я должен был подумать о том, чтобы запретить Дарси заниматься этим дерьмом, — с горечью сказал он.
— Ты собираешься рассказать нам, что у тебя на нее есть? — спросил я в сотый раз, но единственным ответом ему была самодовольная ухмылка.
— Со временем. Но мне слишком весело хранить ее тайну, чтобы выдать ее.
Я закатил на него глаза, прежде чем схватить его за руку и водрузить на плечо. Я пронёсся через лес и всю Территорию Огня, оказавшись возле дома Игнис раньше Дариуса и заметив его, летящего к своей комнате. Я опустил Сета на ноги, и он улыбнулся мне, проведя рукой по своим длинным волосам, чтобы привести их в порядок после нашего бега.
Я выстрелил огненным шаром в сторону входа в Дом, и мы вошли внутрь, бегом поднимаясь по центральной лестнице в общую комнату.
Тори сидела одна у камина в углу, и мы мгновенно направились к ней.
Мы остановились, стоя над ней, но она даже не подняла на нас глаз, неторопливо перелистывая страницу в тяжелой книге, которая лежала у нее на коленях.
— Почему ты совсем одна, Тори? — насмехался Сет. — Вы с Дарси все еще не разговариваете?
Она по-прежнему не поднимала глаз, но подняла на нас палец, чтобы мы ждали ее внимания.
Сет зарычал, а уголок моего рта дернулся от удовольствия. Я не знал, как ей удается так чертовски хорошо выглядеть, но, похоже, она делала это без труда.
— Мы хотим поговорить с тобой, милая, — сказал я, протягивая руку, чтобы взять книгу с ее колен.
Она раздраженно вздохнула, захлопнула книгу на моих пальцах, заставив меня отдернуть руку.
— Я занята, — сказала она, подняв глаза и посмотрев на меня так чертовски медленно, что у меня сложилось впечатление, что она едва ли удосужилась вообще признать нас.
— Мы хотим поговорить с тобой об интервью, которое ты и твоя сестра дали для Дейли Солярия, — сказал Сет.
— Вам нужен автограф? — спросила она небрежно.
— Мы хотим знать, кто занимается для вас пиаром, — огрызнулся Сет.
Тори широко зевнула, вытянула руки и ничего не ответила.
Прежде чем кто-то из нас успел что-то добавить, в комнату вошел Дариус в одних трениках и двинулся к нам.
— О, смотрите, начался дождь из мудаков, — сказала Тори скучающим голосом.