Принцесса Теней (ЛП)

— Ты просто гик, — сказала я, мне понравилось это в нем, и он засмеялся, прижавшись к моей шее. Он мягко поцеловал меня в это место, что вызвало глубокую дрожь в моей душе.
Я повернула голову, заметив блеск в глазах, и отстранилась от Ориона, направившись к ряду полок, на которых не было книг. Трофеи по питболу заполняли все свободное пространство, и мое сердце забилось сильнее, когда я провела пальцами по ним, на всех было написано имя Ориона. Он выигрывал Фейри оф Матч бесчисленное количество раз, а в пыльном углу лежало несколько турнирных трофеев, которые выглядели так, будто их не трогали годами. Я нашла среди них фотографию в рамке и, подняв ее, оглянулась через плечо: Орион наблюдал за мной из дверного проема с нервным выражением лица.
Я взглянула на фотографию его команды. Орион стоял в центре фотографии, одетый в нетронутый питбольный комплект военно-морских и серебряных цветов Академии Зодиак. На груди у него был приколот значок капитана, а под мышкой зажат питбол. Он был старше меня на год или около того и улыбался самой беззаботной улыбкой в мире. Я провела пальцами по фотографии, гадая, что же такого произошло, что он потерял тот обнадеживающий блеск в глазах, который говорил, что весь мир лежит у его ног.
— Я был Нападающим Воздуха, — наконец заговорил Орион. — Лучшим, черт возьми, в Солярии на какое-то время.
— Ты выглядишь счастливым, — сказала я, мой голос стал неожиданно грустным, потому что в глубине души я знала, что Орион больше не был по-настоящему счастлив. Что-то сломалось в нем с тех пор, как была сделана эта фотография, и мне было больно это осознавать, это связало мою грудь в узел, как спутанная проволока.
— Я был, — сказал он низким тоном, затем прочистил горло. — Может быть, нам стоит вернуться к уроку?
Я положила картину, изобразив яркую улыбку, когда повернулась к нему и взяла его протянутую руку. Судя по его глазам, он не хотел говорить об этом прямо сейчас, и я это уважала. Но я надеялась, что однажды он расскажет мне. Потому что тогда, возможно, я смогу попытаться найти способ вновь разжечь огонь, который больше не горит в его сердце.
  
Тори
 
Я спустилась в Воздушную Бухту с Дарси и с неприятным чувством в животе. В последний раз, когда мы спускались сюда ночью и приблизились к темной магии, я в итоге наполовину истекла кровью и Дариус чуть не задушил меня.
Так что возвращаться на то же место, чтобы встретиться с тем же засранцем в темноте, меня нисколько не привлекало.
Если бы не тот факт, что тени внутри меня определенно нуждались в контроле, я бы вообще не пошла.
Но дело в том, что сны становились все хуже. Я просыпалась с колотящимся сердцем и покрытой капельками пота на коже по несколько раз за ночь, и каждый раз, когда тени поднимались во мне, мне становилось все труднее бороться с их влечением.
Было что-то такое в их темноте, что притягивало меня ближе, несмотря на опасность, которую, как я знала, они таили в себе.
Я не могла понять, что это было, но, хотя они внушали мне ужас, они также шептали сладкие обещания. Они предлагали мне власть и эйфорию, избавление от боли. И я знала, что их зов будет становиться все сильнее, пока они не заманят меня к себе, если я не научусь более эффективно от них отбиваться.
Когда мы шли по песку, впереди показались две темные фигуры, и я пожевала нижнюю губу, узнав огромную фигуру Дариуса.
Орион стоял рядом с ним, и я смотрела между ними в слабом серебристом свете луны, пробивавшемся сквозь облака.
— Вы опоздали, — пробормотал Орион, заметив нас, и я слегка насмешливо улыбнулась.
— Ты прекрасно говоришь об опоздании. Кроме того, сэр, поскольку этот урок не входит в официальную программу, я не наплевала на него, — сказала я.
Дарси фыркнула от смеха и подтолкнула меня локтем, чтобы отчитать. К моему удивлению, Орион тоже ухмыльнулся.
— Тебе понадобится такое отношение, если ты хочешь бороться с тенями, Тори. Но я с удовольствием дам тебе замечание, если ты будешь продолжать скалиться на меня, — ответил он.
 
— Если вы сделаете мне замечание за что-то, что я сделаю или скажу, пока мы работаем над этим, то я больше не приду. Мне никогда раньше не требовалось, чтобы кто-то решал за меня мои проблемы, и я с удовольствием разберусь с этим без вас двоих, если понадобится, — сказала я в ответ. Потому что к черту, было сто мест, где я предпочла бы провести свой вечер, чем в компании этих двоих, и если это станет еще более мучительным, чем я могла вытерпеть, то я была полностью готовая уйти. Если понадобится, я сама разберусь с тенями.
— Не будь идиоткой, Рокси. Ты должна научиться контролировать тени, иначе они уничтожат тебя, — прорычал Дариус.
— Ну, по крайней мере, тогда я хоть раз сделаю тебя счастливым, — бросила я в ответ.
Его взгляд потемнел, когда он посмотрел на меня.
— Ты же не можешь всерьез так думать?
Я пожала плечами и отвернулась от него, потому что я больше не знала. Все, что я знала, это то, что каждый раз, когда я позволяла ему приблизиться ко мне, мне было больно, так что это больше не повторится.
— Может, начнем? — предложила Дарси.
— Хорошая идея, — согласился Орион, повернулся и сделал отметку на стене скалы рядом с нами, используя свой истощающий кинжал, чтобы открыть вход в пещеру. Он начал вести его по знакомой схеме, и я вспомнила, как открывала это место раньше.
Он вошел внутрь рядом с Дариусом, а Дарси поймала мою руку, прежде чем мы последовали за ними.
— Я знаю, что он полный придурок, Тори, но Дариус — часть этого беспорядка. У нас нет никого другого, кого мы могли бы попросить о помощи в этом деле, так что, как ты думаешь, ты можешь хотя бы попытаться быть вежливой? Твой характер только усложнит все это дело. — Она строго посмотрела на меня, и этого было достаточно, чтобы я отступила. Дарси почти никогда не обзывала меня, так что если она сделала это сейчас, значит, я действительно вел себя как идиотка.
Я тяжело вздохнула.
— Да, хорошо, — согласилась я.
— Нам просто нужно разобраться с этим. Тени помогают видеть худшее в вещах. Когда мы узнаем, как лучше от них отбиваться, надеюсь, ты не будешь чувствовать себя такой злой…
Я прикусила язык, чтобы ответить, потому что, хотя я и показывала миру гнев, это было не совсем то, что я чувствовала. Когда Дариус оказывался рядом со мной, я чувствовала предательство. И я до конца не могла понять, почему. Но по какой-то причине я чувствовала это так сильно, что не могла находиться рядом с ним и вообще сталкиваться с этими чувствами.
— Хорошо. Я примирюсь, — пообещала я, протягивая руку, чтобы сжать ее пальцы. Потому что если что-то и было достаточно сильным, чтобы заставить меня проглотить свою гордость, так это моя любовь к сестре. И ей тоже нужно было научиться защищаться от теней.
Мы вошли в пещеру, и Дариус наблюдал за нами, заняв позицию, прислонившись к задней стене.
Я глубоко вздохнула, пытаясь придумать, как сделать то, что я сказала, и прекратить спорить с ним. Сказать «прости» было, вероятно, лучшим вариантом, но слова застревали в горле с такой силой, что я задыхалась.
Дарси ободряюще посмотрела на меня, и я на мгновение стиснула зубы, прежде чем заставить себя заговорить.
— Послушайте, — медленно начала я. — Я знаю, что вы двое пытаетесь нам помочь, и мое поведение, как у кошки с вязальной спицей в заднице, не поможет.
Орион и Дариус смотрели на меня так, словно не могли поверить в слова, вылетающие из моего рта, но я продолжала, ради поддержания мира и, что более важно, чтобы я не мешала Дарси бороться с тенями.
— Так что мне… жаль. За то, что была сукой, — уточнила я, потому что мне не было жаль ни одной из вещей, которые я чувствовала. — И я не собираюсь продолжать вызывать споры.
Орион поднял на меня бровь и на мгновение перевел взгляд на Дарси, прежде чем улыбнуться.
— Хорошо, — сказал он наконец, а затем выжидающе посмотрел на Дариуса.