Опасный выбор, или Жена для золотого дракона (СИ)

— Что ж, остаётся только ждать завтрашнего дня… — я почувствовала себя шариком, из которого выпустили воздух.
— Всё будет хорошо, Машуля! Вот увидишь! — успокоил меня пушистик.
  
Глава 5. Два кота
 
* * *
Адриан
* * *
Где-то в полночь я как обычно закончил свою тренировку и отправился спать.
— О, мау! О, мама-мау! — заорали из соседней комнаты коты, грохнув что-то об пол.
«Опрокинули на себя полку и убились к хвостам собачьим», — с тоской подумал я и пошёл на разборки.
В месте, которое когда-то было комнатой, сидели две наглые пушистые рожи. В зелёных глазах — ни тени раскаяния.
Как я и думал — полка вдребезги, стоявший под ней стол тоже. Табуретка со сломанными ножками распласталась в позе дохлой морской звезды, дверца покосившегося шкафа изящно свисала с петель. На полу — куча осколков битой посуды и рваные книги.
Кажется, проще всё сжечь и заровнять накладным газоном, чем попытаться восстановить.
Да, моё жилище было скромным и непритязательным. Всего-то две комнатушки: одна — спальня, и вторая — гостиная, она же кухня и столовая. Но я гордился тем, что смог сам построить этот дом из глины, палок и камней. И даже сложил печку. С пятого раза, но всё же. И вся мебель, что тут была — изготовлена моими руками. Для того, кто привык жить в роскошном дворце на всём готовом, это равносильно подвигу.
— Серый! Одуван! Совесть есть? — строго наехал я на котов.
Но совести не было. В ответ на меня посмотрели так, словно делали мне большое одолжение, позволяя дышать на их территории. Хотя именно я спас эти два шерстяных комка из озера. Их хотели утопить, а я пожалел, вытащил и забрал к себе. На свою голову.
Теперь в этом озере рыбу для них ловлю.
«Чего стоишь? Давай, прибирайся!» — читалось на невозмутимых мордах.
— Да чтоб вас! — схватился я за голову, не зная, куда метнуться — с чего начать ликвидацию последствий.
Наверное, первым делом надо спасать книги — их мне было жальчее всего.
Где теперь посуду брать — тоже было непонятно. Те деньги, что мне заплатили за последнюю работу, когда я замещал библиотекаря, — уже заканчивались. Осталось совсем немного монет. Пора искать новую подработку.
Правда, это было не так просто, как хотелось бы. Самым оптимальным для меня было бы устроиться телохранителем или охранником. Либо вообще податься в королевскую гвардию. Не сомневаюсь, что я там быстро сделал бы карьеру. С моим-то опытом.
Вот только никто не станет нанимать такого, как я.
Подработка библиотекарем была, можно сказать, подарком свыше. Второй раз мне уже вряд ли так повезёт.
Разве что податься в няньки к отпрыску зажиточного помещика. Стать гувернёром, тренером или типа того.
Мне довелось помотаться по разным мирам. Где-то я едва не угодил в рабство, где-то почти собрал армию. Но, куда бы меня ни заносило, я как губка впитывал новые знания. Мои наставники мною бы гордились.
Так что я мог бы многому научить вверенного мне ребёнка.
Но для работы с детьми потребуют рекомендации, а у меня их нет. Да и вообще могут попытаться раскопать всю мою подноготную, а этого я допустить не могу.
Может, попробовать стать за прилавок? Напроситься продавцом к какому-нибудь местному фермеру. Надо будет обдумать этот вариант.
Можно было бы наловить побольше рыбы и пойти продавать её на рынок, или поймать в лесу дичь — предложить на продажу мясо. Или на худой конец ягоды да грибы насобирать. Но на всё это нужна торговая лицензия, которой у меня нет.
Ни документов, ни лицензий, ни денег. Только коты, здоровье и сдержанный оптимизм.
К счастью, большое зеркало эти меховые монстры не тронули, и на том спасибо.
Кинув беглый взгляд на своё отражение, остался доволен увиденным. Морок был качественным, перстень работал как надо. На меня смотрел высокий седовласый старик с морщинами на заветренном лице. Никто и никогда не узнает в нём молодого принца Альгардии, его высочество Адриана.
 
Главное — не забывать сутулиться, стараться не смотреть никому в глаза и говорить очень тихо.
Сам морок был отличным. Только радужка глаз так и оставалась ярко-васильковой, не желая выглядеть выцветшей, как это должно быть у стариков. Плюс королевская осанка и выправка воина сбивали старческий образ. Голос тоже был проблемой — слишком молодой для такого пожилого облика.
Поэтому каждый раз, выходя в люди, я мысленно твердил как заклинание: «глаза-спина-голос». Так как это было единственным, что могло меня выдать.
Я совершенно один, в чужом мире, и на меня открыта охота. Заводить друзей или семью — не мог. Это слишком большая роскошь для того, кто скрывается годами. Ведь когда меня обнаружат, то убьют всех до единого, кто мне дорог.
Лишь Серый и Одуван скрашивали моё одиночество. И даже если эти меховушки разгромят в моей хибаре несущие стены, я не могу на них сильно сердиться.
Можно сказать, они теперь моя семья. Два кота для дракона в бегах. Тёплая компания…
  
Глава 6. Воспоминания
 
* * *
Адриан
* * *
Ночь провёл без сна. Всю первую половину ликвидировал последствия котовской разрухи, всю вторую — пялился в потолок, вспоминая прошлое.
Коты ненадолго включили совесть и улеглись мне под бок, усыпляя дружным тарахтением. Только сон не шёл. Разум прокручивал прошедшие события снова и снова.
Мне было пятнадцать, когда некросы напали на мою планету. Сильные, беспощадные, с отличной регенерацией — эти бледные, высокого роста жилистые завоеватели пришли из тёмного портала. Они не ведали ни боли, ни страха, ни жалости. Лишь методично и целеустремлённо шли к своей цели — порабощение очередного мира.
Но основная угроза исходила даже не от них, а от их многочисленных рабов — мёртвых воинов и полуразумных зверей. Эти разлагающиеся, но при этом поразительно живучие трупы сильно деморализовали наши полки, да и всё население в целом.
Было ясно, что они тщательно подготовились к этому нападению. Они несколько лет подряд тайно проникали на нашу планету и прятались под землёй, чтобы в нужный день и час вырваться наружу и начать убивать всё, что движется.
Когда первый шок прошёл — началось сопротивление. Нам даже удалось отбросить некросов и их трупные войска на задворки страны, в серые топи Гиблых болот и к бездне Чёрного разлома.
Но среди придворных оказался предатель, отравивший короля и королеву Альгардии. Он же открыл нашим врагам врата в столицу.
Последнее моё воспоминание — это как замертво падает мать, а отец посиневшими губами шепчет заклинание межмирового портала. Он впихнул меня в серебристую дымку портального перехода, сунув перед этим горсть артефактов — перстни, снятые со своей руки, с торопливым:
— Береги себя, сынок! Найди оружие, способное победить этих тварей, и только тогда возвращайся сюда! Пока ты жив, у них не будет доступа в наше главное Хранилище. Они не получат полную власть в нашем мире, и наша магия им будет недоступна. Помни, что мы с матерью гордимся тобой и будем любить даже за Гранью!
В памяти огненным отголоском промелькнул мой отчаянный крик:
— Нет!
Но сверкающее полотно портала уже сомкнулось передо мной, отсекая от падающего навзничь отца и бездыханного тела матери.
Мир, в котором я оказался, был суровым. В нём процветал рабовладельческий строй. И я, растерянный пацан пятнадцати лет, чуть не угодил в рабство.
Попав на центральный рынок, едва сбежал от резвого орка, который схватил меня за шкирку и прилюдно заявил, что я — его сбежавший раб, который его обокрал.
Долгое время скрывался в лесу, построил из веток небольшой шалаш. Пришлось научиться охоте и рыбалке, изучить местную флору и фауну. Если бы я не мог оборачиваться драконом, выжить было бы гораздо сложнее.
У меня ушёл год, чтобы научиться пользоваться портальным артефактом. И я сбежал из того мира очень вовремя: некросы вышли на мой след.