В поисках равновесия (СИ)
Читала я не из праздного любопытства, а всё в тех же безуспешных попытках понять, как можно обойти впадение в крайности и стать сильным разносторонним магом? Ведь по всему выходило, что если не выбрать путь, то и силы не получишь.
Я выросла атеисткой, поэтому подобное положение вещей меня убивало. Я даже не знала, существует ли Бог. Но все знания, собранные здешними магами, работали.
Впрочем, классическая механика тоже не сразу сменилась квантовой физикой. Так почему бы и не попробовать возразить местным магам?
— Госпожа, вы испортите себе зрение, если будете продолжать читать ночами. — Аммайф навис надо мной. — К тому же завтра вы хотели встать пораньше и прогуляться по парку. Не знаю, зачем вам понадобилось гулять именно в это время, но я разбужу вас, как вы и приказали.
— Зануда, — буркнула я, закрывая книгу.
— Я распорядился приготовить вам ванну.
Ужины и приемы ванны. Самые значимые события дня. Невыносимая скука.
Ничего не оставалось, как пойти купаться. Аммайф точно не отстанет, а служанку тоже надо пожалеть — всё-таки таскать воду из колодца, затем греть её, наливать из чайника в ванну — довольно утомительное занятие. Да, слуги в поместье работали как проклятые, и я не могла поверить, что человек может считать такую жизнь хорошей. Но почему-то работа в герцогском поместье считалась одной из лучших. Может, платили хорошо?
Я поплескалась в ванне, вернулась в спальню и принялась сушить волосы перед зеркалом. С такой длиной и густотой мытьё волос было делом непростым, и справиться с ними в одиночку я не могла. Но мне и не давали такой возможности.
Аммайф, зашедший удостовериться, всё ли в порядке, принялся расчёсывать меня. Подозреваю, что без магии не обошлось. Я смотрела в зеркало за тем, как мелькают его руки в белых перчатках.
— Вот и всё, госпожа. — Дворецкий отошёл на шаг.
— Но ты не заплёл их в косу, — возразила я. Аммайф послушно принялся за работу.
— Что-нибудь ещё? — спросил дворецкий, закончив с косой.
— Мне кажется, я простудилась, и у меня воспалились лимфоузлы. Но я не уверена. Буду признательна, если ты пощупаешь их. — Я указала пальцем на область шеи. — Ведь лучше лечить болезнь заранее, пока она ещё не успела отнять силы.
Пальцы дворецкого блуждали по коже. Я прикрыла глаза и смотрела на Аммайфа сквозь ресницы. На его лице появилась мечтательная улыбка.
— Нет, ни малейших признаков воспаления, — тихо сказал дворецкий. — Может, стоит проверить другие точки?
Он опустил руки ниже. Тонкий шёлк сорочки совершенно не мешал мне ощущать прикосновения к телу. Такие незнакомые и в то же время такие привычные…
— Я плохо разбираюсь в медицине, поэтому не уверен, что лимфоузлы должны быть там… но у вас такой жар, может, вы, в самом деле, больны?
— Надеюсь, это заразно. — Я прижалась к дворецкому.
— Несомненно, — шепнул Аммайф мне на ухо. Его дыхание обжигало шею.
— Мне стоит лечь… — отстраняться я и не думала, напротив, коснулась губами щеки дворецкого. Он подхватил меня на руки и бережно уложил на кровать, чтобы нависнуть надо мной, упираясь в матрас руками. Синие глаза в полумраке казались черными, пугающе злыми и в то же время до краев заполненными едва сдерживаемым желанием.
— И чего же хочет моя госпожа теперь? — спросил Аммайф, даже не пытаясь сделать вид, что его интересует ответ. Тьма клубилась в нем. Тьма клубилась во мне.
— Тебя.
Тьма. Глава 5
Аммайф разбудил меня утром. Когда он успел переодеться и как умудрился не проспать, можно только догадываться.
Вставать не хотелось, голова казалась свинцовой — мне удалось поспать от силы два часа. Но я хотела прогуляться в утренних сумерках, застать последний вздох темноты, и причин откладывать не было.
Горничная помогла мне одеться и заплести волосы.
Парк встретил утренней прохладой, росой на траве. С яблонь падали первые жёлтые листья, почти все растения отцвели, только розы по-прежнему радовали глаз. Небо затянули серые облака без малейшего просвета. Ощущалось приближение осени.
Я сорвала белую розу и задумчиво крутила её в руках, пока шла от одной скульптуры к другой. В центре парка стоял красивый фонтан, в котором сейчас плескались какие-то птицы, похожие на уток.
Пробродив немного, я так и не почувствовала того, на что надеялась. С неба закрапал мелкий моросящий дождик. В такую погоду лучше сидеть в библиотеке. Тренировка только через час после завтрака, а до него ещё долго. Ежедневная зарядка — двадцать минут. Можно было бы ещё поспать, но лень переодеваться.
Расположилась на мягком диванчике, я листала географический атлас. Рассматривание карт без цели запоминания — занятие не столь утомительное. Что ж, Солнечная Империя по праву носила такое название, расположившись на обеих сторонах планеты. Остальные страны мало что могли противопоставить отлично развитым как технически, так и магически войскам, и одна за другой они соглашались на подчинение. Две трети мира уже были под белым флагом с большим жёлтым кругом, и дальнейший захват оставался вопросом времени.
Правительству хватило ума не сильно притеснять колонии, поэтому активно пока ещё никто не бунтовал. А значит, ещё пара столетий — и весь мир будет под одним началом. Разве не прекрасно?
Я заулыбалась, оценив проделанную правительством работу. Власть Её Величества здесь была отнюдь не показушной, а настоящей, почти безграничной. За те шестьдесят лет, что королева провела на троне, она очень многому научилась, и Солнечная Империя процветала.
Единственное, что изрядно досаждало ей — внутренние распри дворянства, глупцы и жлобы, алчущие захапать много всего и сразу. Поэтому королева пропагандировала церковь, и следила за тем, чтобы та была достаточно добродетельна.
Неудивительно, что дело с чернокнижниками приобрело статус государственной важности. В свои девяносто Её Величество отлично понимала, что развращение людей напрямую ведёт к развалу страны.
Но можно ли было надеяться, что королеве удастся и дальше сохранять свою страну в жёстких рамках нравственности?
В этих раздумьях я не заметила, как пролетело время.
***
Сегодня я сумела почти случайно задеть кончиком шпаги плечо Аммайфа. Вот теперь и я верила в то, что хоть чему-то научилась, но с каждым днём всё больше и больше желала настоящей победы.
Однако дворецкий с такой лёгкостью парировал каждый мой выпад, что это желание казалось несбыточной мечтой. Я залюбовалась, как в очередном выпаде взметнулись чёрные пряди его волос, и пропустила удар.
Я часто задумывалась, держит ли его только клятва или дворецкий всё-таки испытывает ко мне что-то настоящее? Но ещё меня терзал вопрос, а испытываю ли что-нибудь к нему я? Почему мне постоянно не хватает его присутствия рядом, хотя я вижу его почти постоянно?
— Мне кажется, сегодня вы очень невнимательны, — с лукавой улыбкой заметил Аммайф.
— Да, верно, — я опустила шпагу. Дворецкий прикоснулся к моей голове и спросил:
— Что-то не так?
Я подняла на него взгляд:
— Пожалуй. Наверное, я не выспалась, и меня посещают мрачные мысли.
В этот раз он не стал играть в слугу и хозяйку, просто притянул меня к себе и поцеловал.
— Так-так, — раздался голос Сеана, без стука вошедшего в тренировочный зал. Я отпрянула от Аммайфа и покраснела. — А я-то думал, зайду, посмотрю на успехи сестрёнки в фехтовании… может быть, поставлю пару синяков. Сначала телохранитель, теперь дворецкий, повара ты тоже соблазнишь? — Сеан ухмылялся, но ожидаемого порицания я не увидела. Потом он обратился к Аммайфу: — Вот поэтому они и главные. Что толку от того, что мы сильнее и лучше дерёмся? Один взгляд прекрасных глазок — и прощай все преимущества.
Он вздохнул в притворной печали. Он был не прав — власть женщин держалась не на красоте, а на большей предрасположенности к магии. Трудно поддерживать патриархат, когда чуть что — и в лицо летит фаербол.