Лабиринты наших желаний (СИ)

— Я хотела с вами поговорить.
— Поговорить? — протянул Игорь, одной рукой поглаживая живот девушки, а другую запуская в её волосы, перебирая пряди. — Конечно. О чём?
Она вздохнула.
— Вы же заметили наверняка, не могли не заметить. Я сбиваюсь… постоянно сбиваюсь с тех пор, как…
— Вот ты о чём. Да, я заметил.
— Ну… вот. И я подумала: а вам-то как больше нравится? Вы говорили, что моё выканье вас возбуждает, и может…
— Ксения, — Игорь рассмеялся, — я пошутил тогда. Конечно, я хочу, чтобы ты начала говорить мне «ты».
— И вы никак не комментировали, когда я сбивалась.
— А как я должен был комментировать? Ты постепенно перестраиваешься, но настолько смущаешься, что любая насмешка или подколка на этот счёт отправит тебя на десять шагов назад. Поэтому я просто ждал. И видишь — дождался, ты сама об этом заговорила.
Ксюша закусила губу.
— Я не уверена, что смогу…
— Ничего. Привыкнешь. Это ведь не сложно. Скажи мне что-нибудь, обратившись на «ты».
— Что сказать?
— Что хочешь.
— М-м-м… У тебя горячие руки.
Игорь засмеялся, и его ладонь, лежавшая на Ксюшином животе, поползла вниз.
— Да я весь горячий, когда ты рядом, девочка. Ещё что-нибудь скажи.
Теперь ладонь ласкала венерин холмик, заставляя Ксюшу вздрагивать от каждого движения.
— Мне нравится, когда ты меня целуешь.
— Так-так. Ещё.
Что же ещё сказать… Рискнуть?..
— Мне нравится, когда ты во мне.
Игорь на мгновение замер, а затем, прерывисто выдохнув, молча потянул Ксюшу от окна к кровати. Положил на постель и крепко, страстно поцеловал, раздвигая податливые губы и требовательно врываясь в глубину рта девушки.
— Я сошёл с ума, не иначе, — прошептал Игорь, и она, улыбнувшись и запустив пальцы в его волосы, простонала:
— Не ты один.
Это правда было безумием. Оно текло по венам и артериям вместо крови, выжигая любые мысли, кроме одной. Жажда обладания застилала глаза, и руки, ласкающие тело, дрожали от нетерпения. И губы горели от поцелуев, и грудь ныла от прикосновений, и всё, о чём только можно было думать — скорее… резче… глубже…
Ксюша опять кричала, а Игорь зажимал ей рот, даже не морщась, когда она кусала его за пальцы, и шептал:
— Громкая… Какая же ты громкая… И моя… девочка…
Он вколачивался внутрь неё, ощущая, как с каждым движением его словно молния пронзает, ломая волю, заставляя дышать чаще и желать большего. И эта женщина, сводящая с ума своей открытостью и честным прямым взглядом, с великолепным манящим телом, выгибалась под ним от наслаждения, и не было в эти моменты между ними никаких преград. Только жгучая и немного болезненная страсть.
Удовольствие хлынуло сплошным потоком, захватывая в плен обоих, и Игорь упал на Ксюшу, на секунду потеряв контроль над собой. Вскрикнул и задрожал, целуя её губы и ощущая, как расслабляется тело, наконец получив разрядку.
— Я кое-что забыл, — прошептал он минуты через две. — А ведь собирался спросить… Ты подумала о том, что предпочитаешь — презервативы или таблетки?
Он лениво провёл рукой по чуть влажной коже девушки, дотронулся до щеки — и вздрогнул, встретив по-прежнему честный и прямой взгляд.
— Можно я отвечу «ничего»?
Игорь на секунду застыл, а потом почувствовал колоссальное облегчение — словно вторым оргазмом накрыло.
— Можно.
— Ты… не против?
— Нет. Не против.
Ксюша улыбнулась, подняла руки и взяла в ладони его лицо.
— Мне очень хочется иметь от тебя детей. Я не буду ничего требовать и…
— Ксения… Я не в том возрасте, чтобы бояться ответственности. Да и ты будешь прекрасной матерью.
— Вы… ты думаешь?
— Я уверен, — он погладил её по щеке. — А теперь давай спать, девочка. Завтра никому на работу не надо, и это прекрасно.
— Мне надо домой. Скай покормить. Я ей вообще утром оставила нектар, но мало ли…
— Хорошо. Я тебя отвезу.
— Спасибо, — искренне поблагодарила Ксюша и быстро чмокнула Игоря в губы, заставив его улыбнуться.
***
Когда Ксения уснула, Игорь осторожно встал и пошёл в ванную, сам толком не понимая, зачем.
 
Там умылся прохладной водой, вытерся полотенцем и, посмотрев на себя в огромное зеркало, усмехнулся.
Мысль, не совсем оформившаяся в нём чуть ранее, полностью осозналась, как только Ксения сказала: «Можно, я отвечу ‘ничего’?»
Ухаживая за девушкой в самом начале, Игорь думал, что отпустит её, если она сама захочет. Или если надоест ему, что в принципе маловероятно — с чего вдруг может надоесть красивая и абсолютно не требующая внимания девушка? Да и он не в том возрасте, чтобы менять любовниц каждый месяц просто из спортивного интереса.
И вот оно, то самое, что казалось Игорю ложью чуть ранее. Он ведь на самом деле собирался отпустить Ксению. Но сегодня, когда она сказала: «Можно, я отвечу ‘ничего’?», неожиданно понял, что никуда не хочет её отпускать. И делиться с кем-то этим чудом, что пришло в его жизнь, не требуя взамен ни денег, ни чего-либо ещё — тоже.
А дети — лучший способ привязать женщину к себе. Тогда она уж точно никуда не уйдёт… И Виталикам всяким перестанет быть нужна. Хотя это не факт, конечно.
Нет. Решено. Он её не отпустит.
Кажется, то, что начиналось, как забавная игра, теперь перестало ею быть.
  
38
 
***
Просыпаться в объятиях Игоря было невероятно сладко. Вздыхая, поворачиваться к нему лицом, прижиматься губами к щеке, нежно поглаживать плечи, перебирать пряди волос. И наклоняться, вдыхая уже такой знакомый аромат его тела возле шеи.
Ксюша никак не могла понять, что этот запах ей напоминает, и только сейчас вдруг вспомнила. Он был похож на аромат тёплого хлеба, от которого они с папой обязательно отламывали горбушку, когда шли домой по дороге из булочной. Мама потом ругалась, а папа смеялся и говорил, что не может удержаться… И Ксюша тоже не могла.
И сейчас не смогла — наклонилась ниже и лизнула Игоря в шею.
Он вздрогнул, просыпаясь. Несколько секунд смотрел на неё с удивлением, а затем улыбнулся и сказал хриплым после сна голосом:
— Доброе утро, Ксения.
— Доброе, — прошептала она, прижимаясь к Игорю крепче. Потёрлась о его тело и довольно сощурилась, ощутив реакцию. Но мужчина, в отличие от неё, был в трусах, и Ксюша засопела, опуская руку вниз и пытаясь его от них избавить.
— Девочка, — засмеялся Игорь, перехватывая её ладонь, — ты вошла во вкус, как я посмотрю. Но давай лучше вечером. Иначе я совсем перестану соображать и весь день проведу с тобой в постели. А у меня на сегодня планы.
— Какие? — спросила Ксюша с интересом.
— Пока не скажу.
— Ну-у-у… Так нечестно.
Игорь хмыкнул, поглаживая девушку по спине и разглядывая лицо.
— У тебя не проколоты уши, Ксения.
— Да, — она кивнула, насторожившись: зная Игоря, он наверняка придумывает очередной подарок. — И я теперь уже не хочу их прокалывать. Привыкла. И не надо меня уговаривать!
— Не буду, — засмеялся он. — Просто учту на будущее.
— На какое ещё будущее? — протянула Ксюша с подозрением. — Мир и покой — вот единственное будущее моих ушей. И никаких дырок!
— Хорошо, — согласился Игорь поразительно покладисто. — Как скажешь, девочка.
И ведь всё равно сделает так, как сам захочет. И так, чтобы Ксюша согласилась добровольно.
Стратег…
Ладони Игоря между тем переместились ниже и начали поглаживать ягодицы девушки, и Ксюша, стараясь удержать утекающие мысли, спросила то, что давно хотела спросить:
— А зачем ты спрашивал, сколько у меня было мужчин? Помнишь, тогда, в машине?
— Помню. — Одна ладонь легла на грудь, и Ксюша выгнулась, принимая ласку. — Хотел проверить, угадал ли количество партнеров. Угадал.
— И… всё?
— Нет. Ещё понять, боишься ли ты близости так же, как и отношений. Если бы ты ответила, что у тебя было два партнера, это значило бы, что ты пережила неудачу первого опыта.