Лабиринты наших желаний (СИ)

«И вот оно — возмездье — настаёт.
«Предатель!» — дождь тебя наотмашь бьёт.
«Предатель!» — ветки хлещут по лицу.
«Предатель!» — эхо слышится в лесу.
Ты мечешься, ты мучишься, грустишь.
Ты сам себе всё это не простишь.
И только та прозрачная рука
простит, хотя обида и тяжка,
и только то усталое плечо
простит сейчас, да и простит ещё,
и только те печальные глаза
простят всё то, чего прощать нельзя…»* (*стихотворение Евгения Евтушенко)
Ксюша фыркнула и не удержалась от ответа.
«Вот именно — нельзя!»
Он опять что-то ответил, но она не стала читать — поспешила на работу.
А на работе… никто не работал, как всегда бывало в дни корпоративов. И Ксюша сразу подскочила к Виктору — заметила, что у начальника хорошее настроение.
Услышав просьбу уйти на два часа раньше, Виктор фыркнул, но кивнул.
— Свидание? — И прищурился так хитренько. А заметив, что Ксюша поджала губы, рассмеялся. — Да ладно тебе. Я же вижу — светишься.
— Фосфора на завтрак поела. Спасибо за разрешение.
— Не за что.
*
В четыре часа Ксюша поспешила вниз, в холл первого этажа. Остальные в это время готовились заканчивать рабочий день и грузиться в заказанные автобусы, чтобы ехать в ресторан. Ксюша попрощалась с коллегами, пожелала хорошо провести время и убежала к Игорю.
Он ждал её внизу, сидя на одном из диванов и уткнувшись в телефон, на экране которого был открыт какой-то документ. Почувствовав приближение Ксюши, улыбнулся, сунул телефон в карман, встал с дивана и заключил девушку в объятия.
Ксюша уткнулась носом в грудь Игоря и глубоко вздохнула.
— Я так рада тебя видеть.
И плевать ей было, что вокруг люди. Пусть смотрят. Пусть считают кем угодно, хоть шлюхой, хоть жадной до денег стервой. Главное — что Игорь знает правду. И она тоже.
— И я тебя, моя невероятная девочка, — он медленно провёл ладонью по Ксюшиной спине, — очень рад. Сейчас кое-куда сходим быстренько, потом поужинаем, и в театр.
— И куда же это мы сходим? — поинтересовалась Ксюша и подняла голову, чтобы посмотреть на хитрое лицо Игоря. — Опять ты что-то придумал.
— Придумал, — он потянул её к выходу, на ходу рассуждая: — Туфли мы с тобой забыли к платью купить, вот что я придумал. После того, что… случилось в примерочной, мы оба резко поглупели.
Ксюша засмеялась.
— Неудивительно. Я думала, вообще имя своё забуду.
— Но не забыла же. Значит, плохо я старался.
— Игорь!
— Что?
— Ничего. Радуюсь, что в обувных магазинах нет примерочных.
Мужчина фыркнул и посмотрел на Ксюшу с иронией.
— Действительно. А мне вот жаль, что их там нет…
*
Она уже почти научилась не обращать внимания на цены. Почти. Обратила всё-таки, поморщилась, вздохнула, но ничего не сказала. Туфли к платью действительно были нужны, не в кроссовках же идти? Молодец Игорь, что вспомнил. А вот у Ксюши эти туфли совсем из головы вылетели…
И в ресторане она просто заказала себе то, что захотела съесть, толком не посмотрев на цену. Улыбнулась, заметив довольное лицо Игоря, и внезапно почувствовала себя счастливой.
— Я нашла лекарство, — сказала Ксюша. Игорь вопросительно поглядел на неё, и она пояснила: — Лекарство от своего комплекса по поводу твоих денег. Точнее, не так… Я приняла это лекарство. Ты мне его принёс, и я приняла.
— Что же я принёс?
— Ты тогда сказал, что я могу захотеть тебя порадовать. И я действительно хочу тебя радовать, и не желаю огорчать своим… упрямством.
Игорь удовлетворённо кивнул и взял Ксюшу за руку.
— Я тоже не желаю огорчать тебя, девочка. Поэтому если что-то будет чересчур — говори мне. Ладно?
— Да, хорошо.
Но «чересчур» пока ничего не было. До тех пор, пока Ксюша и Игорь не вернулись к нему в квартиру, чтобы она могла переодеться и переобуться, и Настя не сказала:
— А Андрей когда придёт?
Ксюша аж покачнулась. Игорь придержал её за локоть и ответил:
— Мы с ним возле театра встречаемся. Да, Ксения, совсем забыл… с нами сегодня Настя с Андреем поедут культурно просвещаться.
 
— Я поняла, — пробормотала Ксюша, испытывая почти непреодолимое желание развернуться и, как сказала бы Инна Васильевна, удристать. Сдержалась и добавила: — Что ж, вместе веселее.
Игорь кивнул, глядя на девушку как-то странно.
— Пойдём переодеваться.
Чтобы отвлечься от жутковатых мыслей, Ксюша спросила, уже заходя в комнату:
— А нас Борис повезёт? Или ты сам за рулём будешь?
— Я, — сказал Игорь, доставая из шкафа платье. — У Бориса дела сегодня вечером, да и я не планировал его брать изначально на наше с тобой свидание. Андрей и Настя стали неожиданным дополнением. И ты, как я понял, этому дополнению не рада.
— Ну почему? — Ксюша через силу улыбнулась. — Просто я тоже не ожидала.
Игорь не стал больше ничего спрашивать, только протянул ей платье и уселся на постель, не отрывая от Ксюши взгляда.
— Отвернёшься, может? — она засмеялась, берясь руками за края футболки. — М-м-м?
Игорь покачал головой, и Ксюша, фыркнув, стянула футболку и кинула её прямиком в него. Он улыбался, но глаза у него были дикие, страстные.
— Уже жаль, что нужно идти в театр? — поинтересовалась Ксюша, начиная расстёгивать джинсы.
— Немного, — протянул Игорь.
— Ах, немного…
Стриптизёрша из неё, конечно, так себе, но и этого хватило, чтобы он не выдержал — усадил её на колени и впился в губы со всей страстью мужчины, который хочет женщину.
— Тебе так скоро тоже придётся переодеваться… — прошептала Ксюша, поглаживая напряжённые плечи и руки Игоря. Он только хмыкнул, расстёгивая ей бюстгальтер. — Эй! Я не планировала его снимать!
— Зато я планировал…
Горячие губы захватили напряжённый сосок, потянули его, и Ксюша охнула. Что же он делает, им ведь выходить через полчаса…
Но Игорю, видимо, казалось, что полчаса — это очень много. Он аккуратно сдвинул тонкую ткань трусиков в сторону и начал ласкать нежную плоть под ними. Теребил, сжимал и оглаживал, входил внутрь пальцем, одновременно с этим целуя и покусывая грудь Ксюши, и ей не понадобилось много времени, чтобы погрузиться в собственный экстаз — с таким-то напором…
— А как же ты? — простонала девушка, когда Игорь вынул из неё пальцы, поправил бельё и легонько шлёпнул по ягодице.
— А я… — он усмехнулся, сверкая возбуждёнными глазами. — Я всё получу вечером. Да, Ксения?
— Ага, — вновь простонала она, потому что Игорь, лизнув один из сосков, чуть подул на него. — Перестань… Я сейчас совсем разум потеряю!
— Я рад, — сказал Игорь, потянувшись к её губам. Поцеловал и продолжил: — Рад, что тебе нравится, Ксения. Не знаю, кем был твой первый мужчина… Но я помню, как ты говорила, что мы с ним несравнимы. И надеюсь, так будет всегда.
— Не сомневайся, — улыбнулась она, вставая с его колен.
Но это было ещё не всё. И Ксюша, надев на себя тонкие колготки и платье, а потом переобувшись в купленные недавно красные туфельки, застыла, ощутив лёгкое прикосновение к шее. Опустила голову… и охнула, поняв, что именно делает Игорь.
Он застёгивал на её шее очень красивое ожерелье. Тонкое и кажущееся простым, но элегантное — плетение напоминало цветы с красными сердцевинками, вокруг которых переливались и блестели капельки влажной росы.
— Боже… — Ксюша схватилась за ожерелье, как только Игорь застегнул его, и резко обернулась к мужчине лицом. — Ты… я…
— Просто скажи «спасибо», девочка, — улыбнулся Игорь, погладив её по щеке. — Больше ничего не надо. Тебе идёт.
Она никак не могла найти слов. С одной стороны, возмущение — это же, наверное, безумно дорого! — а с другой — бесконечное восхищение красотой подарка.
— Спасибо, — выдохнула всё же в итоге, легко поцеловав Игоря в губы. — Спасибо тебе.
— Ещё серьги есть, — он хитро прищурился. — Тоже потрясающие. Но у тебя же ушки не проколоты, поэтому… пусть полежат до лучших времён. Да?