Возвращение драйкери (СИ)
Мне банально не хватало опыта. Будь Рикки магом, я бы могла просто потихоньку насытить его организм магической энергией, и он быстро бы восстановился сам. Будь я лекарем, я бы знала нужные плетения. Но я странный недомаг, который сам не знает, что же он умеет. Но думать то мне никто не запрещает, время есть. Итак, что я умею?
Умею я копировать чужие плетения, сейчас мне это не пригодится. Магия слова тоже мимо — это дело не быстрое, да и соответственное настроение или накал чувств нужен. Остается работа с силой.
Сплести из силы заклинание я не могу, зато могу просто нанести удар. Ну от немагов защитит, любой маг надо мной посмеется и даже не почешется. Другой вариант — тонкая работа с силой, но это срабатывает в случае, только если я точно знаю, что делаю. Как с котелком — когда-то я заставляла проделать такой фокус Гарреса. Просто представила, что молекулы жидкости внутри двигаются быстрее. Или как с усыпленным Игорем — мне достаточно было послать легкий раздражающий импульс в гипоталамус, и с полчаса можно было не беспокоится о спящем. Но этот метод я придумала еще в своем мире, прочитала соответствующую литературу и отработала на кошках и незабвенной соседке Вере Ивановне, мучающейся бессонницей и мучающей в ответ всех окружающих. Когда я предложила ей уникальную методику массажа головы, разработанную на Тибете и снимающую любые проблемы со сном, она недоверчиво посопела, но согласилась. После недели моих вечерних визитов все проблемы оказались позабыты, мне улыбались, называли деточкой и баловали пирожками. Заодно ушли в прошлое бубнение телевизора из-за стенки почти до часу ночи и непонятные громыхания мебелью. Так, а что можно придумать при обмороке?
Все мои знания ограничивались тем, что, если человек в обмороке — ему надо под нос нашатырного спирта сунуть. Желательно, на ватке. Я огляделась и, не увидев поблизости неугомонного призрака, снова закричала:
— Захарыч! Ты где?!
— Господи, я так с тобой разрыв сердца получу… — Призрак вышел из дерева, картинно держась за правую сторону груди.
— Сердце слева. — Пробурчала я, поняв, что сейчас буду наблюдать очередное лицедейство. Захарыч аккуратным движением переместил руку налево, и закатил глаза.
— Никто не любит бедного, несчастного призрака, только кричат, заставляя вздрагивать и терять глубоко философскую мысль о тщете всего сущего…
— Не прекратишь — начну слова говорить… нехорошие. — Пригрозила я. — Устроил, понимаешь, мне тут театр одного актера. Лучше бы подсказал, почему Рикки в себя не приходит. Мне смутно припоминается, что вроде в обморок ненадолго падают… Или я что-то путаю?
— В голодный — обычно ненадолго, две-пять минут. — Кивнул Захарыч. — Но ты зря переживаешь, он уже оклемался и просто притворяется.
— Зачем?! — Я перевела взгляд на пацаненка и с легким удивлением поинтересовалась. — Рикки, ты зачем притворяешься?
Парень сразу же открыл глаза и начал бормотать что-то невнятное. Я, чуть вздохнув, покачала головой и предупредила:
— Коротко и ясно!
Рикки опасливо посмотрел на меня и сказал:
— Боялся, госпожа…
— Уши грел. — Фыркнул в ответ Захарыч и опять куда-то исчез. Я только вздохнула.
— Рикки, ты зачем подслушивал?
— Простите, госпожа… — Мальчишка потупился, а я только вздохнула. — Мне просто любопытно было… Ведь госпожа разговаривала с кем-то невидимым?
Я согласно кивнула. Потом решила объяснить мальчишке попроще:
— Моего спутника только маги видеть могут. Некоторые.
Вот теперь глаза парнишки чуть расширились:
— Госпожа магик?
Я согласно кивнула, не став его поправлять. Не стоило его пугать тем, что я драйкери. Хотя еще большой вопрос, могу ли я ею считаться — кризис благополучно решен еще в мой прошлый визит, дракона нет и памяти драконьей у меня тоже больше нет. Наверно, все же правильнее будет леди магиня, все же уровень силы у меня не маленький, плюс универсальность магии… И минус в возможностях использования… Нет, жирно мне будет леди магиней называться, сойдет и госпожа магик. Чем проще, тем спокойнее.
Мои размышления прервало новое явление Захарыча:
— Все сидишь, думу думаешь? — Ехидно поинтересовался он. Что-то у моего личного привидения начал характер портится, или мне кажется? — Выясни лучше, чего пацан во владениях лорда ошивался. И покорми его наконец, а то он сейчас глазами дырку в котелке просверлит… И много сразу не давай, вредно после голодовки-то…
Я протянула Рикки миску с супом, к себе пододвинула котелок и принялась неторопливо есть, осторожно расспрашивая паренька. Знал он совсем немного, но общая картина вырисовывалась интересная.
Восточный Аллор полностью принадлежал Далисской Империи. Рикки никогда не слышал о других странах, разве что в сказках и легендах; Империя была всегда. Но правил ею, как ни странно, не император, а наместник. Император тоже относился к сказкам, чем-то напоминая этакого былинного героя — всем помогал, всех спасал, и в рассвете славы был призван куда-то в далекие страны на страшный бой добра со злом, куда и отправился с лучшими воинами, оставив наместника править. И ожидать его возвращения. Столицей Империи был Ларриос — огромный, невероятно прекрасный город, в котором, судя по рассказам Рикки, чуть ли не сбывались любые мечты, стоило этого только захотеть. Были и другие крупные города — они образовывали так называемые округи, которыми правили назначенные наместником владетели. Малыми городами правили мэры, поселениями — старшие. Большие города обладали независимостью, малые и поселения принадлежали аристократам. Магики считались привилегированным сословием, равным аристократам, но не имели права владеть городками и селениями. Последний момент меня заинтересовал:
— А как же лорд Треодолин?
Рикки посмотрел на меня слегка недоуменно, и признался, что не знает. Это было, с его точки зрения, очень странным. Я тихо хмыкнула и продолжила расспросы.
Рикки родился в небольшом городке в семье ткача, и даже успел год походить в школу. Потом родители погибли при несчастном случае, и паренька забрал к себе в селение двоюродный дядька. Жилось Рикки у него настолько несладко, что он предпочел сбежать и бродяжничать, потихоньку пробираясь к столице.
— А во владения лорда тебя как занесло? — Я покосилась на Захарыча, замершего рядом и увлеченно слушающего чужой рассказ.
— Искал, что из еды стащить. — Рикки облизал ложку и вздохнул. — В предыдущем селении только напиться удалось, работы для меня не было, с едой у них самих проблемы, зато слышал разговоры, что у этого лорда во владениях селяне живут богато, ну и подумал, вдруг что-то раздобыть удастся…
— Понятно… — Я встала. Рикки тоже мгновенно оказался на ногах. — Пойдешь пока вместе со мной, а потом решим.
— Хорошо, госпожа магик… — Я поморщилась. Местное обращение начинало раздражать.
— Зови меня просто Тритти.
— Госпожа Тритти, а куда мы направляемся? — Я только вздохнула. Местные условности крепко сидели в мальчишке.
— К Драконьим горам. — Я вспомнила свои полеты и чуть улыбнулась. Найти бы поскорее Станни. На лице Рикки отразилось удивление пополам с опаской.
— А зачем?.. — Неуверенно поинтересовался он.
— Хочу попробовать перебраться на другую сторону.
Теперь лицо мальчишки отразило настоящий ужас, и он потрясенно выпалил:
— К чудовищам?!
Глава 9
Идеи могут быть обезврежены только идеями. Оноре де Бальзак
Теперь рот открыла я. Потом закрыла и осторожно поинтересовалась:
— К каким еще чудовищам?!
— Все знают, что за Драконьими горами живут чудовища. — Пацаненок смотрел на меня с подозрением. Я потерла подбородок и поинтересовалась:
— А разве там не люди живут?
Слушая рассказ Рикки, который смотрел на меня со все большим подозрением, я чувствовала, что холодею. Даже Захарыч поглядывал на меня с легкой тревогой. Все рассказанное звучало очень странно.