(Не)удачное падение, или Жена с доставкой на дом (СИ)

Позади послышались чьи-то тяжёлые шаги и я сжалась от резко накрывшего меня страха. Когда шаги стихли, я нерешительно подняла голову и столкнулась с удивлённым взглядом ярко голубых глаз. Сердце учащенно забилось в груди, волна жара прокатилась от кончиков волос до пальчиков на ногах.
Этот мужчина был воплощением моих ночных грёз. Высокий, подтянутый, с густыми серыми волосами длинной чуть выше плеч. Его идеально ровные брови то были нахмурены, то выгибались от изумления. А вот рассматривать его губы я не решилась: слишком большой соблазн.
Да что со мной происходит?!
— Леди, да вы же ранены! — бархатистый голос прошёлся по моим натянутым, словно струны гитары, нервам, создавая чувственную мелодию в моей голове.
— А, да, — рассеяно протянула я, всё ещё пребывая в нирване от голоса этого господина, но потом опомнилась и добавила, — здравствуйте.
— Рун, почему ты до сих пор не позвал лекаря для леди…? — вопросительно уставился на меня этот образчик мужской красоты.
— Адария, господин, — ответила на его молчаливый вопрос и, поднявшись с земли, склонилась в вежливом поклоне. Все-таки не зря я учила правила поведения при встрече с мужчиной. Хоть где-то эти знания пригодилось.
— Ваша светлость, я сейчас всё исправлю, простите, — вскочив с колен, но так и не подняв головы, протараторил парень и растаял в воздухе.
— Дорогая Адария, для вас я просто Дорман, — заявил мужчина. — И никак иначе, — спохватившись, добавил он. — Пойдёмте скорее в дом, нужно срочно показать вашу руку лекарю, — и, бережно взяв меня под локоть, повёл в сторону огромного особняка.
Пока мы шли, мой взгляд подмечал некоторые странные детали. Например, небо. Оно было насыщенного голубого цвета с яркими вкраплениями розоватых облаков. Трава здесь была мягкой на ощупь, уж это я успела прочувствовать, с сочным зелёным окрасом. Разнообразные бабочки, элегантно перелетающие с одного цветка на другой, вообще вызвали во мне дикий восторг, который омрачала лишь ноющая боль в сломанной руке, но я старалась не заострять на ней внимание.
Я никогда в жизни не видела таких ярких красок. Небо всегда было грязно-серого цвета, трава — жухлая, а бабочки… они, скорее, походили на гигантских стрекоз. Поэтому я, забыв напрочь про все триста пятьдесят страниц правил поведения рядом с мужчинами, неприлично открывала рот и вертела головой во все стороны, боясь не успеть что-нибудь рассмотреть.
— Вы так пристально всё разглядываете, — заметил мужчина, продолжая неотрывно наблюдать за мной. — Позвольте узнать, откуда вы здесь оказались?
— Я упала оттуда, — указала взглядом на небо, на что мужчина недоверчиво прищурился. — Господин, то есть Дорман, если вы мне не верите, можете поинтересоваться у того парня, на которого я приземлилась, — сказала я в ответ на реакцию собеседника. — Прошу простить меня за дерзость, — опомнившись, добавила я. Кажется, компания этого мужчины дурно влияет на мои манеры.
— Это мне стоит просить у вас прощение, — серьёзно отозвался мужчина, вводя меня в ступор своим заявлением.
Я хотела спросить, за что ему стоит извиняться передо мной, но не успела: мы подошли к большим резным дверям особняка. Один шаг вперёд, и двери, распахнувшись настежь, пропустили нас в широкий светлый коридор. Там нас встретил седовласый мужчина. Нет, он был не старым, но всё в нём говорило о мудрости прожитых лет. А мимолётный взгляд, которым он одарил меня, показался мне каким-то равнодушным, даже в некоторой степени неприятным.
— Господин, лекарь прибыл и ожидает в вашем кабинете. Какую комнаты прикажите подготовить для леди? — спокойным, ничего не выражающим тоном заговорил мужчина.
— Леди Адария будет жить в бриллиантовых комнатах. И пригласи портного, — строгим голосом приказал Дорман. — Никогда не видел женщин в таких лохмотьях, — дополнил тихо, на грани слышимости.
— Будет исполнено, ваша светлость, — слегка поклонился мужчина и в ту же минуту скрылся в лабиринте коридоров.
Несколько поворотов, за которыми оказалась широкая, с узорчатыми перилами лестница, эхо шагов, разносящееся по всему особняку, и вот мы уже стоим в кабинете голубоглазого мужчины. Панорамное окно, открывающее вид на парк с прудом, высокие потолки, светло-синие стены с золотистыми вкраплениями, массивный деревянный стол с парой кресел для посетителей и два стеллажа с книгами и документами. Надо ли говорить, что я раньше никогда не бывала в подобной обстановке?! Думаю, по моему изумленному выражению лица всё было итак понятно.
 
— Ваша светлость, разрешите осмотреть госпожу, — подлетел ко мне не замеченный ранее парень с огромными серебряными глазами и несколько писклявым голосом. Я сначала подумала, что передо мной ребёнок, но, приглядевшись повнимательнее, поняла, что он примерно моего возраста.
— Леди, присядьте пожалуйста в кресло, — попросил он слащавым тоном, получив разрешение на осмотр от Дормана. Лекарь с осторожностью прикоснулся к моей травмированной руке, при этом что-то шепча себе под нос. Его глаза загорелись мягким светом, а в месте соприкосновения наших рук я почувствовала тепло, облегчающее мою боль. Порезы заживали на глазах, а кости вставали на места, правильно срастаясь. Никаких неприятных ощущений процедура мне не доставила.
— Готово, госпожа. Но руку лучше пару дней сильно не напрягайте, — закончил лечение лекарь. Теперь он не спускал с меня заинтересованного взгляда, что вызывал у меня какую-то непонятную дрожь.
— Благодарю, — стараясь не смотреть на него, ответила я.
— Можешь идти, — угрожающим голосом Дорман отослал лекаря.
— А теперь поговорим на чистоту, — теперь уже сказал мне мужчина, присаживаясь в кресло напротив.
Глава 2. Странности
Дорман поменялся как по щелчку пальцев. Исчезло доброе и приветливое выражение лица, голубые глаза теперь, казалось, способны были заморозить меня одним своим взглядом, из его движений ушла плавность, губы сжались в тонкую линию, а меж нахмуренных бровей пролегла недовольная складка. Всё его существо сейчас выражало злость и раздражение.
Дикий, необузданный страх поселился во мне, не давая трезво мыслить. Воспоминания о сумасшедшей старухе, которая хотела кровавой расправы надо мной, всё ещё были свежи и ярки. И это не добавляло мне уверенности. Крупная дрожь прошлась по телу волной. Противное чувство тошноты подступило к горлу. Но я заставляла себя смотреть прямо в льдистые глаза напротив. Я никогда не хотела прогибаться под мужчину, поэтому и выбрала одинокую жизнь в деревушке. А сейчас трясусь от страха, сидя перед этим сильным, подавляющим мои душу и тело, господином.
— Вы меня убьете? — из моего горла вырвался жалобный писк. А Дорман, услышав мои слова, разозлился ещё больше.
— Хватит прикидываться дурочкой! Ты же сама прекрасная знаешь, что женщины слишком ценны для нашего мира, — сорвался он на крик, а последняя его фраза была насквозь пропитана ядом.
— Тогда что вы от меня хотите? Наказать? — выпалила я на одном выдохе.
— Прекрати этот дешёвый спектакль! — взревел мужчина. Взгляд его бешено метался по комнате, видимо, в поисках чего-то, что можно разбить.
Не найдя никаких хрупких предметов, он с такой силой сжал подлокотник кресла, что вырвал его с мясом. А потом отбросил в сторону и плотоядно улыбнулся мне, обнажив острые клыки.
— Вы кто? — сердце билось в груди словно птица в клетке, потому что сейчас передо мной был не человек: это был самый настоящий монстр. Его глаза были скрыты туманной пеленой, волосы светились ослепляющим светом, длинные острые клыки выглядывали из растянутых в неестественной улыбке губ. Черты его лица заострились, стали резче, а вокруг мощной фигуры клубился тёмно-синий дым.
— Что, неужели тебя не посвятили в детали? Неужели не сказали, что придётся взять в мужья виара? — потусторонним голосом отозвался мужчина.
— К-к-какие д-детали? — жутко заикаясь, переспросила я. Про то, что значит «взять в мужья виара» я спросить побоялась.