Идеальный хаос (ЛП)

Я глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки, мои внутренности скрутились в тугой узел, как запутанная проволока.
Кай усмехнулся, я всегда ненавидела, когда он так делал. Будто ничто никогда не трогает его, даже когда я умоляю его сохранить чью-то жизнь. Даже после того, как я сказала ему, что Дек — бывший ООП2 из элитной оперативной группы — идет за ним, он смеется?
— Я ранен, Хаос. Где твое беспокойство за меня?
Я натянула спортивные штаны, схватила кошелек и выбежала за дверь.
— Не будь мудаком. Он знает где ты? Ты должно быть следишь за ним, GPS, да?
— Ты слишком высоко обо мне думаешь. Но нет, я не слежу за ним. Я слежу за тобой, когда бы Дек не был в городе, он рядом с тобой. Так что, достаточно легко понять, где он.
Не совсем правда. Ладно, отчасти. Я оставалась обычно здесь, когда он вытаскивал меня из какого-нибудь бара или с вечеринки. Мы имели общих друзей, поэтому если он поблизости, он часто рядом со мной.
Будучи в городе, он всегда приходит на мои воскресные поздние завтраки, но никто из его людей никогда не делал того же. Я знала о следящем устройстве Кая в моем телефоне, машине и подозреваю в других местах. Это оказалось полезным в тот день, когда подонок и секс-торговец Альфонсо похитил меня, Эмили и девушку Лондон. Если бы Кай не смог убедить Альфонсо назначить ему встречу с тем, кто ответственен за перевозку девушек, Кай все равно знал бы, где мы находились.
Я прекратила ворчать по этому поводу после того дня. Что ж, я жила рядом с двумя опасными мужчинами, которые следили за мной… Можно подумать, я чувствовала себя в безопасности. Но ничего связанного с Каем не вызывает чувства безопасности.
Я захлопнула дверь квартиры и нажала на кнопку вызова лифта.
— Хаос, успокойся. — Я тяжело дышала в телефон. — Подумай о том, что ты делаешь. — Лифт звякнул и двери открылись. — Хаос, сядь, твою мать. Сейчас же. Не заходи в лифт.
Я смотрела, как двери снова закрываются, и я медленно сползла по стенке в коридоре, моя задница плюхнулась на пол. Согнув колени, я опустила голову между ними, медленно и глубоко дыша, чтобы вернуть контроль над ситуацией.
Никогда так не сходила с ума, как в этот момент. Но когда дело касается Дека, одна лишь мысль о его потере, будто щелкает переключатель, и я эмоционально выхожу из-под контроля.
Голос Кая прорвался ко мне:
— Помни, чему я тебя учил, Хаос. Тебе нужно найти это сейчас. — Он продолжал говорить низким голосом, успокаивающе и равномерно. — Ничего не сделаешь, если начнешь паниковать. Ты знаешь это.
Не знаю, что делать. Я без понятия, куда ушел Дек, и хочу последовать за ним. В этом нет смысла. Что, черт возьми, я делаю?
— Не причиняй ему вреда, — тихо прошептала я. — Не причиняй.
— Вернись обратно и жди его.
У меня перехватило дыхание.
— Ты сказал, что убьешь его, если он узнает.
— Да. И это правда, но ситуация слегка изменилась. Я приду завтра, и мы сможем поболтать.
Я сильнее сжала в руке телефон.
— Что? Ты сошел с ума?
Определенно, Кай немного не в себе.
Кай вздохнул:
— Я предпочитаю быть охотником, а не загнанной добычей, моя дорогая.
— Он собирается убить тебя. Господи, ты собираешь убить его.
Он засмеялся.
— Хаос, у тебя развитое воображение. Во-первых, Дек не убьет меня и, во-вторых, я не убью его… пока. Кроме того, ты мне нравишься, Хаос. Полагаю, если я убью его, ты, скорее всего, попытаешься убить меня. А я, правда, не хочу убивать тебя.
И телефон отключился.
Я сидела рядом с лифтом целую вечность. Каждый раз, когда я слышала, как двери лифта открывались на других этажах, я поднимала голову, и пульс ускорялся. С надеждой, что он вернется и, страстно желая, чтобы он не сделал ничего безрассудного. Но Дек никогда не был безрассудным до этого вечера. Он смотрел на меня так, будто я пырнула его тупым ножом в живот и медленно повернула рукоятку. Его шок. Его неверие. Одной фразой я разнесла в прах все, что он обо мне знал. Я рассказала ему, как другой мужчина резал меня и о том, что я сама просила об этом. Боже, его взгляд — удивление и ярость горели в его глазах, словно смотришь на извержение вулкана. Я заслужила его ненависть. Его отвращение. Твою мать, я сама себе отвратительна.
 
Было уже за полночь, когда двери лифта открылись, и появился Дек. Я почти задремала, и шея затекла от неудобного положения головы, откинутой назад на стену. При его появлении я подскочила на ноги.
— Дек.
Он выглядел абсолютно собранным: одежда опрятная и чистая, лицо напряжено, но это как раз обычное дело. У него был пластырь на руке, но в остальном… крови нет. Руки ноги на месте, и он в порядке.
При виде его знакомые бабочки запорхали в моем животе. Не важно, что происходит между нами, когда бы я не посмотрела на него… те же самые ощущения. Единственный настоящий мужчина стоит этого и все же… Его глаза протыкают каждую бабочку, и они падают замертво в глубину живота. Взгляд скользнул по мне, будто я вещь, которая ему не нравится в его коридоре.
Он прошел мимо меня, открыл дверь, но не захлопнул ее полностью. Это хороший знак, по крайней мере, он не запер ее, пока я снаружи. Я последовала за ним, дверь щелкнула, закрывшись за мной, и я облокотилась на нее.
Несколько минут он меня игнорировал: достал бутылку воды из холодильника, залпом осушил и поставил ее пустую на столешницу. Не похоже на Дека, он всегда следует правилам. Его квартира безупречна, он все кладет на свое место.
Он прошел к окну, остановился, уставившись в темнеющее небо спокойно и безмолвно. Я ждала, в голове крутилась мысль, что он может выкинуть меня в любую секунду и больше никогда не захочет видеть. Даже мысль об этом сжимала мои внутренности.
Как я могу все исправить? Хотя, что бы он не решил, я это заслужила. Я заслуживаю его ненависть. Мне только нужно убедиться, что он в безопасности.
— Сними свою рубашку, Джорджи, — требовательно и резко произнес он.
— Что?
Что за черт?
Миллион мыслей пронеслись в моем мозгу, пока я пыталась понять, к чему он клонит.
Он хотел увидеть порезы? Увидеть, что сделал Кай?
Он медленно повернулся и посмотрел на меня.
— Сними. Свою. Рубашку.
Мои зрачки расширились от удивления так, будто туда вставили спички. Яркие волны сильного желания прошли сквозь меня, будто солдаты с факелами подожгли врага. Он двинулся на меня. Мысль убежать проскочила в голове, но прямо сейчас для Дека я сделаю все, что он хочет. Я одновременно и возбуждена, и в ужасе. Моя рука сжала дверную ручку.
Он остановился в дюйме от меня, и я почувствовала, как его рубашка соприкоснулась с моей. Он вздохнул, прижал меня, его руки опирались на дверь чуть выше моей головы, я почувствовала себя в ловушке.
— Ты когда-нибудь делаешь то, что тебе говорят?
Дрожь пробежала по телу, потому что я думала о том, как он целует меня, в то время как должна была думать о том, что он делает.
— Я хочу тебя трахнуть, Джорджи.
Мое дыхание сбилось, и настойчивая жажда охватила меня так сильно, что я беспокойно пошевелилась. Нервный стук моего сердца отдавался так четко, что казалось, еще чуть-чуть и оно выпрыгнет из груди.
— Я… я не понимаю.
Почему он делает это? Десять лет я хотела переспать с ним. Десять лет и, внезапно, после того как я рассказала все это дерьмо… ужасное дерьмо… Бл*дь, я даже не закончила рассказ… Он хочет нарушить слово, данное моему брату, и переспать со мной?
Он улыбнулся неприятной улыбкой. Жесткой и всезнающей, губы сжаты, а уголки слегка подняты вверх. Так не похоже на Дека.
— Ты не понимаешь, как трахаться? Или ты не понимаешь, что я сказал?
— Я не понимаю, почему ты хочешь этого.
— О, ты поймешь. Так ясно, что голова закружится.
Твою мать, его голос, низкий и хриплый, напоминал мне приглушенный рокот мощного, черного мустанга.
— Никогда не думал, что могу лишить тебя дара речи. — Он даже не прикоснулся ко мне — ну, если не считать, что его глаза поглощали меня. — Ты этого хочешь, Джорджи? Потому что у меня есть ощущение, что да. Вот он я. — Он наклонился ближе, так что его губы оказались у моего уха. — Делай, что я говорю, и снимай эту проклятую рубашку, или выйди через эту дверь и никогда не возвращайся.