Николай Второй. Вторая мировая война 1931 года (СИ)
В день нападения, нужно подготовить ваши бомбардировщики, к возможности нанесения авиаударов по Берлину, с заранее подготовленных аэродромов на побережье финского залива и с островов. Помимо Берлина, мы предоставим координаты немецких нефтехранилищ и нефтеперерабатывающих заводов, которые необходимо вывезти из строя в первую очередь. Они не будут ожидать удара с этого направления и потом им придётся перебросить часть истребительной авиации с целью прикрытия ударов с этого направления.
Отдельной целью, должны стать нефтедобывающие вышки в Румынии и нефтеперерабатывающие заводы, расположенные рядом. Нужно постараться создать дефицит нефти в Германии и у их союзников, как можно раньше.
Помимо всего сказанного, нашим штабом, разработан ряд рекомендаций, для предотвращения больших потерь в первые дни войны, прошу вас рассмотреть их серьёзно и по возможности использовать. Вместе с планом «Барбаросса», вам передадут и другие разведданные, которые вы можете использовать по своему усмотрению. Это очень внушительный объём, в котором все известные данные про вооружение и технические характеристики немецкой военной техники. Если у вас есть вопросы, то можете их задавать, так как основную часть известных нам данных о планируемой войны против вас, я вам рассказал, — сказал я, заканчивая доклад и наблюдая за сосредоточенными лицами приглашённой делегации. Они явно не ожидали такого подробного разбора и таких сведений, которые мы им передали.
Глава 13. Начало Второй мировой войны.
Развязывание мировой войны — не лучший способ поправить экономику.
Мы ведь не пытаемся убрать мусор из дома путём сжигания дома.
Борис Кригер
22 июня 1931 года. Район реки Неман.
Ночью нас подняли по тревоге и третий раз за последний месяц, мы в полной тишине отправились на три километра в сторону границы с Германией. Там были подготовлены три рубежа обороны, состоящие из долговременных огневых точек и глубоких траншей. Мне довелось встать на караул и штабного блиндажа с накатом из брёвен в три ряда. Все эти позиции оборудовались с самой весны и проводились только по ночам. К утру все вырытые траншеи накрывались маскировочными сетями, а грунт прятался под деревьями и также маскировался. Вначале идею копать траншеи по весенней распутице, все восприняли негативно, но, как обычно, никто не вздумал возразить, коммунисты показывали пример своим трудом, а нам, простым солдатам, приходилось не сильно от них отставать, если мы не хотим после отбоя проводить по три часа, изучая историю коммунистической партии. Поэтому первый ряд обороны был выкопан достаточно быстро и все думали, что на этом всё закончится, но мы глубоко ошибались, так как половина отряда стала оборудовать огневые точки, укрепляя их, а вторая занялась копкой второго ряда окопов. Именно тогда, все поняли, что это непросто прихоть начальника заставы, а подготовка к отражению возможного нападения. Копка траншей не освобождала нас от охраны государственной границы, что довольно угнетающе сказывалось на личном составе. В первых числах июня, нас внезапно усилил ещё тремя ротами, что добавило суеты и неразберихи, так как размещались все не в летних лагерях, а в наших же казармах. С одной стороны, нам стало легче с несением службы по охране границ, с другой стороны, быт превратился в сущий ад. Коек на всех не хватало и пришлось сооружать трёх ярусные нары, на которых спали пришлые солдаты из пулемётных рот.
Вместе с пополнением, стали объявлять вначале учебные тревоги, а затем и боевые, когда нас поднимали ночью и заставляли в полной темноте, бежать к вырытым укреплениям и занимать там оборону, просиживая до следующего вечера.
Вчера нам в подмогу прислали десять огромных танка, которые загнали в специально вырытые ямы с бруствером и накрыли их маскировочными сетями. Вместе с ними, прислали несколько зенитных пулемётов, усилив нашу оборону.
Ощущение приближающейся войны, неумолимо витало в воздухе и все уже понимали, что просто так, такие приготовления не делают. Да и на самой границе, последние две недели, установилась странная тишина.
Про войну с Германией все говорили уже давно, но никто серьёзно к этому не относился, так как все верили в непобедимость нашей армии и в то, что немцы не посмеют на нас напасть.
Примерно через час, когда ещё было достаточно темно, вдалеке раздался гул, вначале слабый и монотонный, который постепенно нарастал и когда он стал достаточно громким, в небе появились силуэты множества самолётов, разных размеров и летящих на разной высоте.
Те, которые летели низко, сделали доворот и направились в сторону нашей заставы, а через пять минут послышались далёкие взрывы. Наша застава подверглась бомбардировке, в ту же минуту, со стороны границы, раздались звуки выстрелов, а затем на той стороне заработала вражеская артиллерия. Обстрел продолжался очень долго, около получаса и если бы нас оттуда не вывели, в живых бы там остались единицы. Война началась, и осознание этого породило внутри липкий страх, который скопился где-то в районе живота. Все молча смотрели на зарево и поднимающийся дым, со стороны бывшей заставы. То, что там могло хоть что-то уцелеть, уже никто не верил.
Так как я находился прямо со штабным блиндажом в качестве охранения, то слышал разговор подполковника с шестью майорами, командирами рот и двумя старлеями, командиром прикомандированной батареи и шести лёгких танков.
— Согласно приказу, в случае нападения, необходимо вскрыть красные пакеты, в присутствии командного состава, что я и собираюсь сейчас сделать, — произнёс подполковник.
После чего возникла пауза, а затем Подполковник продолжил.
— Приказ Ставки Главного Командования, на подготовленных рубежах организовать оборону и стоять как минимум сутки, отступать разрешено, при потере более восьмидесяти процентов подразделения. В случае окружения, продолжать борьбу до последнего солдата. Паникёров и провокаторов расстреливать сразу на месте. На участках стратегического назначения и крупных дорог, отступать запрещено. Всем выдать двухдневный запас провианта и усиленный запас боеприпасов. Паёк расходовать экономно, так как в ближайшие дни возможность подкрепления не будет. Враг сосредоточил огромные войска на узких участках фронта и ваша задача измотать его длительными боями и обескровить. Врага бить беспощадно, личный состав беречь, но оборону не бросать. В случае отступления, технику и оружие, противнику не оставлять, в крайнем случае её нужно уничтожить.
Тут подполковник прервался и через минуту начал читать дальше.
— Приказ непосредственно нашей заставе, пропустить первый разведывательный отряд противника и дождаться появления основных сил, после чего взорвав мост, уничтожить наступающие войска. Оборону держать как минимум двое суток, после чего отойти в шестой квадрат, где занять вторую точку переправы и сдерживать противника на том участке. Во время первой атаки, постараться всю артиллерию не использовать, без крайней необходимости. Дорогу заминировать на всём протяжении. Главная задача, остановить противника на двое-трое суток. Если контратаки не будет на четвёртые сутки отступать в сторону райцентра. В случае невозможности вырваться из окружения вскрыть синий пакет.
Закончив читать, в блиндаже воцарилось молчание, но подполковник продолжил. Приказ вы все слышали, поэтому выдать всем двухдневный паёк и дополнительные патроны. Младшему офицерскому составу донести суть приказа, личному составу, пока не сообщать. Приготовиться к отражению атаки противника. Без команды не встречать. Одно отделение выделить для перехвата разведки противника, выполнять.
Я сделал вид, что ничего не слышал, продолжая стоять на часах и успевший отступить от входа на пару шагов.
Через пару минут, как ушли командиры, вдалеке со стороны границы, раздалась стрельба, а потом и несколько взрывов. Там должна держать оборону отделение Нефёдорова, самого опытного из бойцов. Его отправили сменить молодых ребят, которые несли службу у большого брода, как только начался обстрел. Стрельба и разрывы продолжались около пяти минут, после чего всё стихло. Затем с той стороны раздался гул работы большого числа двигателей. Примерно через десять минут на дороге, идущей в небольшой низине вдоль вырытых укреплений, появилась разведка противника. В серой форме на пяти мотоциклах с колясками, вооружённых пулемётами, выехали немцы и не торопясь проехали вдоль всего скрытого укрепления, до небольшого моста, через неширокую, но глубокую речушку. Мост был добротный способный выдержать танки и строился именно для этого, только с расчётом на наше наступление. Два человек спрыгнули с мотоциклов и пробежавшись до моста внимательно осмотрели его, после чего дали отмашку, что всё нормально, когда первый мотоцикл переехал на другую сторону моста, из-за поворота появилась колонна немецких танков и бронетехники. Они ехали как на параде, с открытыми люками и с высунувшимися офицерами, колонна была очень большая, и двигались они очень плотно, практически впритык.