Магия неприятностей. Охота на демона (СИ)

Вопрос только, что со всем этим делать.
Маргарита спокойно давала эти сведения, хотя от некоторых моих вопросов морщилась и выразительно таращила свои яркие глазки, чтобы я перевёл тему. Всё-таки, она намного лучше себя контролировала под этим зельем, чем я. Это и не удивительно, у всех зельеваров выработана определённая устойчивость к подобным вещам.
Шёл, кутаясь плотнее в пальто. Погода была промозглая. Редкие капли дождя попадали за шиворот, холодный ветер дул в лицо, заглушая чьи-то крики на соседней улочке.
Вот Карр меня дёрнул сходить посмотреть, что там происходит, никак иначе своё любопытство я объяснить не могу.
— Брось кирпич! Брось, кому говорю! — раздался нервный возглас, когда я свернул с Цветочного бульвара.
Знакомые всё лица.
— Да с радостью! — тот мелкий мальчишка, которого опекала Маргарита, швырнул кирпич в абсолютно опустошённого мага.
Другой маг, чей резерв был пуст больше, чем на две трети, попытался уничтожить снаряд, но не рассчитал силу, и кирпич взорвался мелкой крошкой, оцарапав магам лица.
В несколько шагов оказался рядом с мелким колдуном.
— Добрый вечер, господин Дорисвар, господин Оллиш, — я прикрыл мальчишку щитом от магического огня, положив руку ему на плечо. — Привет, мелочь. Закон нарушаем, господа маги?
Маги попятились. Мы были знакомы, о, да. И они прекрасно знали, какие неприятности я могу им доставить, если захочу.
— Очень плохо, — продолжил я, хищной улыбкой и излишне доброжелательным тоном доводя их до состояния полуобморока. — Надо будет устроить вам внеплановую проверку на контроль.
После этой фразы Дорисвар заметно побледнел, а Оллиш так вообще сомлел.
Какой нервный народ, однако, пошёл.
Моя рука слегка сжалась на худом плече:
— Пойдём, провожу, — и я потянул веда в сторону его дома.
Интересно, как Маргарита отнесётся к моему повторному появлению на её пороге?
— Спасибо, — тихо поблагодарил парень.
— Да не за что. Ты зачем к ним полез? Они из ордена Магической Справедливости, знаешь о таком?
Кириан горько рассмеялся:
— К сожалению, знаю.
— Родственники-уродственники? — догадался я.
Слишком много боли было в его голосе. Так-то, конечно, можно было предположить, что Оллиш и Дорисвар сожгли на костре Магической Справедливости его родителей, но я прекрасно знал, что эти два мага не из фанатиков, жгущих ведов. Было бы странно, если бы два радикально настроенных мага были женаты на каких-то странных ведьмах.
Колдун вздохнул:
— Отец и дед. Случайно встретились, а они… — он только махнул рукой.
Зная Дорисвара и Оллиша, остаётся гадать, как парниша ещё живой.
Снова постучал в дверь Занфт.
— Ну что ещ-щ… — недовольно зашипела на меня ведьма, но, как только увидела бледное лицо своего подопечного, тут же обеспокоенно закружилась вокруг него. — Кир? Что случилось? Почему у тебя энергия внутри бурлит? На тебе лица нет…
— Дорисвар и Оллиш случились, — вместо мальчишки ответил я. — Судя по всему, он оттянул энергию у обоих, у Доменика подчистую.
— Лорд Шульц помог отбиться, — тихо добавил Кириан.
— Быс-стро в дом, медитировать будеш-шь, — зашипела на парня Маргарита. — Талантливый, племяш-ш, ш-штоб тебя!
Парень быстро попрощался со мной и влетел в дом.
— С-спасибо, — ведьма втянула клыки.
— Не за что, — улыбнулся я. — Я попробую убрать обоих после проверки на контроль, но ничего обещать не могу, сами понимаете. Больно уж они оба хорошо себя контролируют.
— Эти? Хорошо себя контролируют? — Маргарита вытаращилась на меня дикими глазами. — Хорошая шутка, только рассказывайте её кому-нибудь другому. Мой зять эмоции держать в узде не умеет, про отца я промолчу.
Теперь уже я в полнейшем шоке смотрел на неё.
Она — дочь Дорисвара?!
— Такое… интересное родство прекрасно объясняет Ваш характер, госпожа Занфт, — запнувшись, протянул я.
  
Глава 13. Просьба не придираться
 
Анфиса Горенко
Из ловушки выходить было… больно.
Не думала, что будет так. В прошлый раз просто затекли руки-ноги, да шею неприятно покалывало, а тут ломило всё. А уж когда дух срастался обратно с телом, ощущения были… будто изнутри в меня втыкаются тысячи мелких иголок. То ещё удовольствие.
 
Зато потом чувствовала себя заново родившейся.
После моего пробуждения меня сначала чуть не до полусмерти затискала Рита, потом дядя и сестра, которая уже в общих чертах знала о ситуации. Ушла к себе я только после того, как Огонёчек прикрикнула на всех, что я ещё слишком слаба и мне надо восстановиться после «приключения».
Да к Карру такие приключения!
И Шульца тоже к Карру! Что он вообще себе позволяет? Кто ему разрешал так себя вести?
Тёма, услышав отголоски моих мыслей, фыркнула:
— Но никто и не запрещал. И тебе понравилось, даже не отмяукивайся. Мр-р, — она потёрлась головой о моё плечо.
Я сидела на кровати, обхватив колени руками.
— Не буду, — буркнула я. — Но ты могла бы быть тактичнее.
Тьма отёрлась о мою спину, забралась на плечо, протащилась по загривку и свесила задние лапы с хвостом с одного плеча, а голову и передние — с другого.
— Ф-ф! Я — и тактичнее? Забыла, хозя-ауйка, — она зевнула, потянувшись всеми лапками, — что я есть твоё отражение? Сама-то чувством такта не сильно отличаешься, а от меня требуешь. Я же не просто чистая энергия, я — твоя энергия. От плоти и крови, так сказать.
Хмуро глянула на довольную кошку, но промолчала, потому как Тёма была права. Глупо требовать от неё того, чем сама не отличаюсь, ведь фамильяр — это часть души ведьмы. Какие мы, такие и они.
Тьма играла с моими растрёпанными волосами, а я пыталась собрать мозги в кучку. И это было сделать ой как сложно, особенно после всего произошедшего.
Шульц всё время, пока вытаскивал с тропы, откровенно меня дразнил, а я велась на эти провокации, как будто мне лет пятнадцать, не больше, чем доставляла этому невозможному демону море удовольствия. Это… несколько злило и выбивало из колеи.
А ещё пугало то, как я реагировала на его прикосновения. Это ненормально!
Меня смущали те случайные — или не очень? — поцелуи, смущала моя реакция на них, да настолько, что я почувствовала, как к щекам снова приливает краска.
У-у, проклятый демон!
Вот зачем ему это? Просто подразнить? Это как-то мелочно.
А если не подразнить, а что-то… большее? Он ведь говорил, что я ему интересна не на одну ночь.
Вопрос в том, насколько он был серьёзен.
Почуяв, что мысли уходят куда-то не туда, запретила себе об этом думать, но девичий мозг упрямо отказывался подчиняться и продолжал всю ночь изволить меня мыслями о демоне.
В общем, поспать не удалось, поэтому наутро я чашками пила вместо кофе восстанавливающее зелье по фирменному рецепту Гордея вперемешку с успокоительным Риты. От ночных дум глаз нервно дёргался.
— Возьми больничный, — предложил дядя, глядя на моё состояние.
Устало покачала головой и отправилась на работу. Заказ для зачистки сам себя не выполнит.
Но в лаборатории не обнаружилось ещё и Лиды.
Нойко нет, Зоревой нет, а работать кто будет?
— Где Зорева? — спросила я у подозрительно тихих коллег.
Не сказать, что у нас в лаборатории шумно, но кто-то постоянно переговаривается, особенно, когда нет заказов. А тут — гробовая тишина.
— Вчера вечером зачистка забрала, — мрачно ответил Грин.
Вопросительно выгнула бровь.
Оперативно Шульц работает, однако, ничего не скажешь. Интересно, когда успел передать информацию своим?
— Ей какие-нибудь обвинения предъявили или просто так забрали? — решила уточнить я.
— Её «пригласили побеседовать», — получила ответ от Шела. — Вот со вчерашнего дня и не видали. А ты где вчера была? До кристалла не дозваться было, потом мастер Горенко заходил к руководству института, о чём-то долго беседовал, но нам так ничего и не сказали, кроме того, что у вас в семье форс-мажор.