Солнечная тайна Изабель (СИ)

— Я просто ударилась головой, — как можно мягче сказала я и даже улыбнулась им. — Не бойтесь, все пройдет.
— Ты уже помнишь нас? — мальчик с кучерявым чубчиком осторожно приблизился ко мне. — Что я Матео, а это Марко?
Второй ребенок тоже подошел ко мне, и я кивнула.
— Конечно, я вас помню, вы — мои милые братья. И я очень люблю вас.
Итак, мальчик со смешным, торчащим чубчиком — Матео. Хоть какое-то отличие!
— И мы тебя любим Изабель! — они бросились ко мне и снова повисли на шее. — Значит не нужно бежать за доктором Галлиани?
— Нет, обойдемся без него, — я попыталась встать, превозмогая боль. — Так значит, я упала с лестницы?
— Да, — быстро закивал головой Марко. — Ты бежала вниз, чтобы посмотреть, как горит наш сарай и упала!
— Какой это сарай у нас горит? — меня, будто током ударило. Еще этого не хватало! — Почему он горит???
— Матео пробовал высечь огонь… — начал было рассказывать его брат, но я уже не слушала его.
Держась то за голову, то за бока, я подбежала к большим, темным дверям с красивым рисунком в виде виноградной лозы и распахнула их.
Солнце ударило мне в глаза, и я зажмурилась, чувствуя, как боль еще сильней разрывает голову. Точно сотрясение… Теплый, ароматный ветер взъерошил мои волосы, но я сразу почувствовала запах гари и огляделась — так и есть, струйка серого дыма поднималась в небо, но горящего сарая не наблюдалось. От него остались одни головешки, которые еще слабо дымили и потрескивали.
Ну, слава Богу, мне еще осталось потушить пожар и коня на скаку остановить!
С бешено бьющимся сердцем, я опустилась на ступени и только сейчас поняла, что нахожусь в очень странном месте… Передо мной раскинулся квадратный дворик с неработающим, облупленным фонтаном посреди, а от него убегала вдаль достаточно широкая аллея, прорезая своей желтоватой лентой оливковую рощу.
Хозяйственные постройки выглядели так, будто за ними давно никто не ухаживал и их облезлые стены навевали уныние. Медленно обернувшись, я увидела большой дом, накрытый глиняной черепицей оранжевого цвета, и чуть ли не ахнула — да это же настоящая вилла, только пришедшая в упадок!
Стены винного цвета, гладкие колонны, поддерживающие широкий балкон с красивейшими каменными перилами и арочные окна первого этажа, заканчивающиеся у самой земли. Все это великолепие находилось на возвышенности и даже с того места где я сидела, были видны изумрудные виноградники. Фантасмагория какая-то…
Итак, я умерла и попала в тело какой-то Изабель, имеющей братьев близнецов и проживающей на настоящей вилле. Конечно, эта теория выглядела полным бредом, но что еще можно было предположить в моем случае?
Я не знала, какой внешности была эта бедняжка, свалившаяся с лестницы, но ручки у нее были молодыми, хоть и имели следы труда. Возможно, она одна тянула этот дом и братьев? Вопросов было больше чем ответов и чтобы не сходить с ума от предположений, я решила все разузнать и уже тогда делать выводы. По крайней мере, оказаться в чужом теле было намного лучше, чем оставаться в своем мертвом.
— Прости нас Изабель, — услышала я позади себя жалобный голос и обернулась. Сорванцы стояли позади меня, понурив свои темные головки. — Мы больше не будем…
— Я на это очень надеюсь, — вздохнула я, все еще находясь в состоянии «невесомости» между мирами. — Вы же не хотите остаться на улице, если сгорит наш дом? Разве можно быть такими безответственными?!
Мальчишки уселись по обе стороны от меня и притихли, тихо посапывая и шмыгая курносыми носами.
Я же смотрела в изумрудную даль и удивлялась своему спокойствию. Наверное, правильно было бы испугаться, закатить истерику, упасть в обморок, но я находилась в каком-то ступоре и ничего из вышеперечисленного мне делать не хотелось.
Вряд ли это был сон, слишком реалистичные вещи происходили вокруг меня, да и на помутнение сознания это не походило — логически выстроенных галлюцинаций не бывает.
Все-таки, перемещение души… Интересно, за какие заслуги мне дали еще один шанс?
Что ж, придется им воспользоваться. Да, в конце концов, это ведь чудесно! Новая жизнь, впереди еще столько всего! А мой опыт стал замечательным бонусом к молодому телу!
 
— Марко, Матео, проводите меня в мою комнату, — попросила я мальчишек и сразу же добавила: — У меня немного болит голова. Хочется полежать.
— Конечно Изабель! — Марко первый вскочил на ноги и схватил меня за руку. — Отдохни, а мы с Матео почитаем сказки под старым дубом.
— Обещайте, что больше ничего не подпалите! — я грозно взглянула на них, и они завертели головами.
— Обещаем! Обещаем!
Мы вернулись в дом, и я осмотрелась уже более пристально — холл, в котором ко мне вернулось сознание, был довольно просторным и, судя по лепнине и венецианской штукатурке, когда-то выглядел более чем шикарно. Но сейчас краски поблекли, кое-где вся эта красота облупилась и теперь являла собой жалкое напоминание былой роскоши. Полы, выложенные мраморной плиткой, тоже медленно разрушались, и отбитая крошка периодически попадала под ноги.
Из холла вели вглубь дома два арочных проема и за ними виднелись анфилады комнат, которые я решила осмотреть, как только мне станет лучше.
Красивая лестница была украшена точно такой же резьбой, как и входные двери — переплетающиеся виноградные лозы с налитыми гроздьями и искусно, до самой тоненькой прожилки, вырезанные листья.
Она громко скрипела под нашим весом, и каждая ступенька вибрировала под ногами, грозя развалиться в самый неподходящий момент.
Второй этаж протянулся по всему периметру дома, и я насчитала примерно десять дверей, в оправе из натурального камня. Здесь полы были деревянными и на них лежали видавшие виды ковры с короткой бахромой по краю. Тяжелые драпировки на окнах поела моль и когда-то великолепная парча превратилась в блестящую тряпку, усеянную мелкими дырочками.
Но нужно было отдать честь хозяйке — не смотря на ветхость, дом был чистым и, ни пыли, ни грязи здесь не наблюдалось. По углам не висела паутина, а небольшие трещины на стенах, были аккуратно замазаны глиной.
Матео распахнул передо мной двери, и я вошла в просторную комнату с высокой кроватью. Стены спальни, покрытые бежевой штукатуркой, выглядели свежо, как и белый потолок с изящной лепниной. По изголовью кровати снова расползлись виноградные лозы, переплетаясь между собой самым немыслимым образом, и даже оправа большого зеркала не миновала участи быть украшенной виноградом. Здесь явно с уважением относились к этой ягоде.
Меня тут же потянуло к зеркалу и, задержав дыхание, я резко подняла глаза. Ух! Вот так дела!
На меня смотрела очень молодая девушка, практически дитя и на вид я бы дала ей не больше семнадцати лет. Темные волнистые волосы, брови с легким, красивым изгибом, длиннющие ресницы и черные, будто южная ночь, глаза. На щечке девушки темнела очаровательная родинка, а сочные губы были по-девичьи свежими. Не сказать, чтобы совсем красавица, но мила однозначно. Изабель…
Ко всему этому мой нежный лоб украшала фиолетовая шишка, а на щеке темнела ссадина. Ничего… скоро от всего этого не останется и следа, а моя жизнь начнется с чистого листа.
  
Глава 2
 
Но полежать мне толком не удалось — прошло примерно полчаса, как внизу раздались голоса, и я приподнялась на локтях, прислушиваясь к происходящему. Неужели близнецы снова что-то натворили?
Тяжело вздохнув, я поднялась и поправила одежду, выглядевшую, по меньшей мере, странно, но и я ведь была не в двадцать первом веке.
На мне была туникообразная рубашка с широкими рукавами и длинная широкая юбка темно синего цвета. Рубашка, украшенная вышивкой и кружевами, была чистой, но не новой и на ней кое-где виднелись следы штопки. На юбке в сборку, выделялась кайма из другого, более плотного материала бордового цвета, по которой плелся рисунок из цветов. Корсаж с завязками как спереди, так и сзади не очень плотно стягивал талию и служил, похоже, больше украшением, чем поддерживающим элементом одежды. Он имел длину до талии и плотно облегал фигуру и к моему удивлению, рукава к нему были не пришиты, а привязаны тесемками.