Рэни Карвус (СИ)
— Повелитель, нет! — отчаянно выкрикнул я. Гиар в очередной раз щелкнул пальцами, и неуязвимое чудовище, обмякнув, мешком рухнуло на пыльную площадку арены, как будто из него разом вынули все кости. Энергетический пузырь, окружавший арену, исчез, и я, перескочив ограждение, подбежал к Кари.
— Ты как? С тобой все в порядке? Ты не ранена? — забросал я вопросами девушку, сжав ее плечи и с тревогой заглядывая ей в глаза.
— Сюзерен, — смутилась Кари. — Со мной все в порядке. А вот Лему, кажется, досталось.
Я обернулся и увидел, как Юджин пытается помочь подняться Лему, уже вернувшему свой человеческий облик.
— Он ранен!
Я подбежал к оборотню, и совместными усилиями мы сумели поднять Лема и прислонить к ограждению площадки. Тот глухо рычал и придерживал повисшую плетью правую руку.
— Что с ним? Расступитесь!
Подошедший некромант отодвинул в сторону склонившегося над другом Юджина.
— Не стоит лезть с неупокоенным в рукопашную. Это вам урок. Справиться с ним может только некромантия. Ну, или пламя дракона. Только о них уже тысячу лет никто не слышал.
Говоря все это, Гиар не терял времени даром. В руке повелителя мертвых мелькнул кривой нож, которым он вспорол куртку Лема, обнажив правую руку и бок Медведя.
— Сломана, — произнес Гиар, проводя над телом Лема руками, окутавшимися голубоватым сиянием. Что-то мне это знакомо… Точно, рикс, когда осматривал меня в тот памятный день, делал точно так же. — И ребра тоже. Хорошо, что легкое не задето.
Повелитель демонов еще несколько раз провел руками над телом Лема. Потом разогнулся и тряхнул кистями, как будто что-то стряхивая с пальцев. Сияние исчезло. Лем удивленно поднял мощную, в буграх мускулов, руку, покрутил ею, а потом пощупал грудную клетку и правый бок.
— Ничего себе… — Юджин ткнул кулаком в бок Лема. — Лохматый, ты как?
— Нормально, — удивленно прогудел гигант-оборотень, поднимаясь на ноги и поводя плечами. — Ничего не болит. К этим тварям вплотную и впрямь лучше не соваться. Меня как стволом дерева приложило. — Лем потер руку и посмотрел туда, где лежал труп неупокоенного.
— Спасибо вам, повелитель, что вылечили моего друга — поклонился Юджин, и все разом повернулись к нему. Гном сказал «спасибо»? Что-то в лесу сдохло. Вернее, в нашем случае, в пустыне.
— А то кто будет тяжести в походе таскать? Я, что ли? — тут же сварливо добавил рыжий дварф, почесав бороду, и все вздохнули с облегчением, даже Мариус. Такой Юджин был куда привычнее.
— Не за что, — небрежно бросил Гиар. — Мне это ничего не стоило. Я специально устроил эту демонстрацию. Чтобы вы поняли, что обычные средства борьбы с неупокоенными не годятся.
— Вы нас научите, повелитель? — почтительно склонив голову, спросил Мариус. Вот же лис. В любимые ученики выбивается.
— Конечно, — просто ответил Гиар. — Думаю, Рэни рассказал вам о нашем разговоре. Это не тайна. Но можете задать по вопросу и сами.
— Зачем мы вам? — тут же спросил Мариус, опередив остальных.
— Я никогда не верил в богов. И не слушал всей той чуши, что несли клирики церкви Единого, которые были во времена моего отца всего лишь горсткой странных фанатиков. Рэни рассказал мне, что ситуация кардинально поменялась, и что Орден Длани Единого теперь практически заправляет всем в Орханте. Он подтвердил мои опасения относительно ментальной магии. У меня было много времени, чтобы подумать, и я пришел к тому же выводу. Есть древнее пророчество о четырехцветных…
Все навострили уши, ловя каждое слово Гиара Кровавого. Перед нами открывалась живая история. Настоящая, а не та поддельная, чему нас учили с детства.
— Вот примерно как оно звучит:
Над миром станет возноситься
Имея белый цвет волос…
Лишь десять сотен лет промчится —
И грянет тьма, что он принес.
Иметь четыре разных цвета
Он станет, воплотясь собой!
И каждой стороною света
Расправится, представ бедой.
Все притихли, переводя взгляды со стоящей рядом древней страшной легенды на меня.
— Пророчество, конечно, жутковатое, не поспоришь, — продолжил Гиар. — Это неполный вариант, у святош есть другой. И клирики решили, что четырехцветные — это зло, которое необходимо уничтожать. И уничтожали. Дети, способные вместить в себя все четыре стихии, рождаются раз в поколение. Их уничтожают во младенчестве. Рэни просто повезло, что он родился в роду Карвус, который смог его отстоять. Та же история в свое время случилась и со мной, хотя тогда еще не было разделения на Старшие и Младшие кланы. Четырехцветные владеют огромной силой, они сами являются воплощением магии, ее центрами. А когда уничтожают центр…
— Тогда рушится все остальное, — прошептал Мариус.
— Именно. Поэтому сила стихийных магов с каждым поколением становится все меньше. Я могу это видеть, ведь я наблюдал за магами, проходящими Пустошь, пять сотен лет. Представьте мою радость, когда я почувствовал отголоски силы четырехцветного.
— Вы почувствовали меня?
— Да, — повернулся ко мне мой далекий предок. — Ты использовал силы всех стихий, а потом я перестал тебя ощущать. Что случилось?
— Ну, я… в общем… — замялся я.
— Сюзерен потерял сознание, — выдал Юджин, ничуть не обеспокоившись моим авторитетом, как лидера. — А Лему пришлось его нести.
— Так вот в чем дело! Ты что, только перед этим прошел последнюю инициацию? Какую? — неподдельно заинтересовался повелитель Гиар.
— Воздух. Юджин использовал артефакт воздушников, который вышел из-под контроля.
— Вы знали, что он еще не проверен, — хмуро вставил Юджин, до сих пор переживавший свою оплошность с артефактом. — Да и пятерку Мариуса спасать надо было.
— За что я вам благодарен, — учтиво кивнул гному Мариус.
— В какую сумму оцениваешь свою благодарность? — тут же зацепился было за слово скаредный гном, но был остановлен Лемом, отвесившим приятелю легкий подзатыльник.
— Воздух, значит… — продолжил Гиар, задумчиво потерев подбородок. — Кажется, я понял. Я уже и забыл, каково это — терять сознание от отката.
Откат? Значит, я был прав.
— Но об этом мы с тобой поговорим отдельно, — продолжил Гиар. — Я все еще не дошел до ответа наследнику рода Натори. Знавал я твоего пра-пра-пра… И еще много раз пра-дедушку. Тот еще был фрукт. Пронырливый тип, себе на уме, всегда во всем искал свою выгоду.
Юджин и Лем хрюкнули. Кари тоже не удержалась от смешка.
— Что? — удивленно поднял брови повелитель демонов.
— Похоже, с тех пор ничего не изменилось, — не упустил случая поддеть Огненного Юджин, ухмыляясь во весь рот. — Натори и сейчас такие.
Мариус сжал губы в тонкую линию и высокомерно задрал подбородок, не снисходя до оправданий перед гномом.
— Да, приятно, что хоть что-то в том мире не меняется, — усмехнулся Гиар. — Так вот. Все просто. Я хочу отомстить. Я хочу стереть с лица земли церковь Единого. Из-за них магия постепенно уходит из мира. Поколениями уничтожая четырехцветных, они делают магов слабее, а детей, в которых есть искра магии, рождается все меньше! Этого нельзя допустить! Я не могу покинуть этот мир, но вы станете моими посланниками и сотрете этих святош в пыль!
Мы все дружно отступили на шаг. Гиар, начав спокойно, даже насмешливо, под конец уже кричал. Глаза его заволокла тьма.
— Сюзерен, — дернула меня за рукав Кари, глядя куда-то вверх. Я поднял голову и обомлел. Тяжелые облака, подсвеченные красным солнцем этого мира, крутились в небе, свиваясь в огромную воронку. Непредставимая сила готова была обрушиться с небес на землю. Похоже, Кари все-таки была права. Пять тысяч лет, проведенных в мире демонов, не прошли для него даром, и Гиар сошел с ума. Или это свойственно всем четырехцветным? Не хотелось бы. Я поежился. Неприятная перспектива, совсем не в кайф становиться ходячим стихийным бедствием вроде вулкана, который может рвануть в любой момент. Но надо прекращать это безобразие. Надеюсь, он не распылит меня на атомы, мы хоть и дальние, но все же родственники. Я подошел к своему далекому предку, заглянув в его ставшие нечеловеческими глаза. Неужели и у меня такие же становятся, когда я призываю стихии? В памяти мелькнуло искаженное от ужаса лицо Кари, перед тем как я шагнул в ураган, сотворенный артефактом гнома. Похоже, так и есть.