Как родные (СИ)

— В пятницу в кафе пойдём женским коллективом. Долго засиживаться не буду, полтора часа и домой, — сказала Олеся.
— Мы в четверг с главнюками в ресторан идём. При начальстве всё солидно будет, поедем, речи послушаем, разок спляшем и в десять по домам, — отрапортовала Лариса.
— Деньги сдали на цветочки и конфеты. Отдельно бухгалтерии торт купим, секретарям открытки подпишем, в пятницу перед обедом женщинам раздадим, — озвучил план Василий. — Официально наливать никто никому не будет.
— А у нас в субботу боулинг, — поддержала тему Дарья.
— Ой, я и забыла, что ты тоже работаешь! — невинно хлопая глазками, первой отреагировала Леся. — Вы же редко друг с другом видитесь, поэтому выбрали такое развлечение?
— Боулинг — клёвая идея, не надо залезать в узкое платье и делать укладку, там шумно, если разговор сразу не пойдёт, тишины не будет, и хоть один точно играть умеет и научит остальных правильно бросать.
— Играть будут единицы, задумка в том, чтобы собраться вместе, общаться и пить пиво, — знающим тоном объяснил Иван Владимирович.
— Хочешь пойти на корпорат? — встревожился Вася. — Ты в вашем агентстве от силы раз в три недели появляешься, а то и реже, там почти все будут для тебя не коллегами, а незнакомцами. Кто вообще в боулинг в наше время ходит?
— Пусть идёт, — ответила ему мама, всё ещё добрее обычного из-за своего помешательства, но вернувшаяся к своей традиционной повелительно-снисходительной манере общения. — Где это видано, чтобы молодая девчонка из дома только в гости к старикам выходила? Конечно, ей хочется на людей посмотреть, с коллегами подружиться.
— Каких людей смотреть? — спросил Василий.
— Кого-то не с нашей фамилией, — ответила ему сестра.
— Совершеннолетних разнополых людей, с которыми у меня общий работодатель, — раздалось раздражённое со стороны жены, и он разумно решил закончить расспросы за семейным обедом. Как-то неверно сегодня расценивают его заботу.
А когда они вчетвером загрузились в машину, Вася даже почувствовал небольшую вину, услышав, как Леся и Ларчик жалуются на женскую долю. Оказывается, мужчине можно иметь один костюм и пару рубашек на все случаи жизни, а вот женщине одно платье больше двух лет подряд носить нельзя, даже если оно в отличном состоянии и надевается только на день рождение и Новый год.
Он тут же стал вспоминать, сколько платье у Даши, и когда она себе в последний раз покупала что-то не из одежды для дома или белья.
«В сентябре мы себе джинсы купили в том джинсовом магазине. Или это было позапрошлой осенью? — напряг память Вася. — Она работает из дома, я не виноват, что футболки ей нужнее юбок и платьев. Куда ей дресскод соблюдать? В боулинг? У Дашки футболок целая коробка, а у меня только… Но рубашки в несколько раз дороже стоят. Чушь какая-то! Будто мы на квартиру за счёт экономии на её гардеробе откладываем!»
— Мы тоже в одном костюме круглый год не ходим! — буркнул он, отстаивая всех мужчин.
«Пусть сходит в свой боулинг, а то я будто тиран какой-то. С чужими ей там точно не понравится, и через пару недель сам её туда свожу, чтобы сравнила».
  
Суббота без Ламановых
 
Следующий сбор у Ламановых старших проходил не в полном составе, но все успели позабыть сказанное Дашей неделю назад, и Васе пришлось объяснять сначала Ларисе и Олесе, за которыми заехал без жены, а потом своим родителям:
— К корпоративу готовится, вы же сами ныли, как сложно быть девочкой, — ворчливо напомнил он первым, когда они удивились, обнаружив, что в машине он один.
— Даша осталась дома, чтобы к трём успеть на боулинг с коллегами, — досталось более корректное объяснение отцу и матери.
И он не преувеличил, Дарья готовилась к так называемому корпоративу не с самого утра, а со вчерашнего дня. Не считая шатания по торговым центрам и посещения праздничных гуляний на дне города и других массовых праздников, когда народ высыпается на улицу и толкается в одном месте, она не бывала среди толпы. Последний раз девушка встречалась с большой компанией на их с Васей свадьбе, после любые посещаемые ею посиделки обходились максимум дюжиной человек, поэтому Даша была взволнована предстоящей встречей с коллегами, половина из которых для неё незнакомцы, связанные с ней только общим чатом «сослуживцев».
 
Девушка намеривалась взять всё, что подразумевалось под походом в боулинг, так что платью или юбке предпочла джинсы, чтобы не думать о задравшемся подоле во время разбега и кидания шаров. Ещё она ознакомилась в сети с советами для начинающих игроков, прочитала отзывы о выбранном развлекательном центре и дала себе зарок, что уговорит кого-нибудь сыграть с собой в аэрохоккей и не смоется домой через час в числе первых.
Даша не носилась возбуждённо по все квартире и не хваталась за голову, стоя перед открытым шкафом с одеждой, но для наблюдательного и периодически прозорливого Васи не было секретом, что она в растрёпанных чувствах. Поэтому за ленивым поздним завтраком он сказал:
— Если передумала, и желание идти пропало, оставайся дома. Можем и к родителям не ехать. Будем валяться дома, а вечером прогуляемся до пекарни, возьмём торт, ты съешь на ночь половину, и тебе не станет плохо, потому что в полночь уже наступит восьмое марта, а твой гастрит дисциплинированный малый и в праздники обычно о себе не напоминает.
Это было отличное предложение! Оно подтверждало, что Вася её чувствует, понимает и знает, что женился на старушке в молодом теле, которая тусовке с весёлой толпой предпочтёт уединение на родном диване, а алкоголю — сахар. Но благодарность и умиление продержались пару секунд, а потом Даша вспомнила то, из-за чего собственно подписалась на боулинг.
«Раз он такой идеальный муж, знающий мои предпочтения, то должен понимать, что мне не нравятся долгие обнимашки от его подруги детства. И тем более я не удобрю его участие в её оплодотворении!»
— Я не передумала, это будет весело, — ответила Даша.
Своими сомнениями на этот счёт Василий делиться не стал, но перед отъездом поинтересовался:
— В чём пойдёшь?
— В джинсах и чёрной рубашке.
— Которая почти прозрачная и на тюль похожа? — нахмурился он.
— Расслабься, полиция моды и нравов, я под неё майку надену.
В любой другой день Васю бы такое обращение рассмешило, но сегодня его Дашка намылилась развлекаться с какими-то неизвестными чудилами.
«Ещё и дерзит!» — возмутился он и оставил за собой последнее слово:
— Подзаряди телефон, чтобы не потеряться.
«Надо было выбрать зелёную водолазку или розовую футболку с удлинёнными рукавами. У майки кружевной верх и рубашка полупрозрачная, все подумают, что я вырядилась не к месту», — расстегивая пальтишко, нервничала Даша, шагая по первого этажу развлекательного центра. Сияющая вывеска, картонные двухметровые кегли, стоящие по бокам от входа в зал и доносившийся оттуда шум — исключили возможность для оправдания к побегу в стиле «заблудилась/не нашла». Поэтому девушка тряхнула головой, улыбнулась и отправилась за весельем.
Уже через полчаса, познакомившись официально с теми, с кем ещё видеться не приходилось, и повторно с теми, с кем раньше пересекалась мельком, Дарья смогла расслабиться, получила две попытки кинуть шар, со второго раза сбила четыре кегли и записалась в живую очередь к столу с аэрохоккеем. К шести вечера она едва не вывихнула себя запястье, умудрилась оцарапать палец о гладкие дырки в шаре, трижды обыграла в аэрохоккей какого-то двенадцатилетку из vip-зала, потом его отца и одну из своих коллег, съела кусок пиццы и порцию сырных палочек и узнала, что двоим в их коллективе тоже жизненно необходимо веселье.
Первым был программист Серёжа, переживающий из-за бросившей его девушки. И хоть все называли её не иначе как мегера, это не мешало ему планировать сделать ей предложение и печалиться после расставания.
А второй — рекламщица Аня, у которой закончились все споры и суд, где она отстояла после развода квартиру, доставшуюся ей от бабушки.