Хозяйка приюта Дрэгонвилль (СИ)
— М-да, дела… — вздохнула Лусия и сочувственно покачала головой. — Выходит, драконы не слишком-то рады такому исходу. Они пытаются убить всех детей с человеческой кровью?
— Больше нет, — заверила я. — Повелитель драконов Карл забирает таких детей к себе. Прежде они воспитывались в его замке, под присмотром нашей замечательной Авилы. Теперь именно эти дети придут в наш приют. Если они не нашли друзей среди драконов, может быть, сумеют поладить с детьми людей?
— Хочется в это верить, — мудро заметила Лусия. — Выходит, все дети, что придут с той стороны стены, рождены драконами, но в них сильна человеческая кровь?
— Не совсем так… — заметила я. — Только четверо из детей таковы. Родители отказались от них, поняв, что они не станут настоящими драконами. Но вот пятый… ты помнишь Максимку?
Ох, мой милый мальчик. Именно встреча с ним изменила мою жизнь в этом мире. Будучи адепткой академии Света, я получила задание отыскать и уничтожить опасную особь — магическую копию дракона, сбежавшую из лаборатории. На таких адепты отрабатывали приемы и тренировались. Эти магические копии были нечувствительны и не наделены разумом. Но Максимка оказался не таким. Едва увидев его, я поняла, что он просто ребенок. Малыш, которому вынесли приговор только за то, что он рожден не человеком.
Разумеется, я не выполнила жестокого задания, а малыша спасла и передала повелителю драконов Карлу. Какое-то время Максимку пришлось прятать в приюте святого Макия, но тогда никто и не догадывался, кто этот мальчик на самом деле.
— Конечно, помню, — радостно объявила Лусия. — Очень послушный, вежливый, хотя и сильно запуганный малыш.
— Он дракон, — призналась я, испытывая одновременно стыд и раскаяние. — Дракон, рожденный человеком. Мы уже никогда не узнаем, кем были его настоящие родители, но они точно были людьми. Может быть, Максимку выкрали у них. Или же они сами отдали его декану Лерану. Хотя… о последнем я предпочитаю не думать, это слишком жестоко. Прости, Лусия, что не сказала тебе правду о Максимке. Если бы ты знала, то тоже впала в немилость и была наказана.
Да, именно из-за спасения этого малыша меня приговорили к смертной казни. И собирались привести ее в исполнение. Повелитель драконов спас меня, похитив прямо с плахи. Так я оказалась в Дрэгонвиле. Познакомилась с драконами ближе и узнала много нового. О них, и о мире в общем.
— Дракон… — задумчиво проговорила Лусия, округлив глаза. — Теперь я понимаю, почему ты настояла, чтобы он находился отдельно от других детей.
— Вынужденная мера предосторожности, — пояснила я. — У Максимки сильный дар огня, но тогда он еще слабо умел с ним справляться. Да и перекинуться мог в самый неподходящий момент. Дракон посреди двора приюта святого Макия — это было бы слишком заметно. И опасно для всех. Настоятель Саос и декан академии Леран расправились бы с малышом тотчас.
— Хорошо, что эти двое получили по заслугам и больше не смогут никому навредить, — решительно заявила Лусия. — Король Актеон позаботился об этом, и я его наконец-то зауважала. Еще и нашему приюту помог в восстановлении… Но Максимка! Знаешь, Дарья, мне все равно, дракон он, маг или просто человек. Он славный мальчуган и я полюбила его всем сердцем.
— Так же, как и я, — подтвердила Авила. — Но с Дарьей у них особенная связь. Да и другие дети привязались к ней очень быстро. Чему, признаться, я лично бесконечно рада. Одной справляться с сорванцами непросто. Одна их магия чего стоит…
— Кстати о ней! — заметила я. Лусию, так же, как и Авилу, считала ближайшими подругами. Если кому-то и можно доверить свои догадки, то им наверняка. — Находясь в замке повелителя драконов, я узнала много чего. Например, то, что многие заклинания магов светлого мира — это перефразированные и прочитанные на свой манер древние руны драконов. Мне пришла в голову грандиозная мысль: что, если магия людей светлого мира — от драконов? Не поймите меня неправильно, но слишком многое указывает на это…
Лусии потребовалось несколько минут, чтобы переварить услышанное. Она задумчиво смотрела в одну точку, не моргая, и как будто перебирала в памяти некие важные, решающие события.
— Знаешь, а это вполне может оказаться правдой, — произнесла она наконец. — Очень многое указывает на это. Люди с радостью принимают магию, гордятся детьми, наделёнными ей.
— Но ровно до тех пор, пока этот дар не проявляется в полную силу, — добавила я скептически. — До тех пор, пока их дети не становятся полноценными драконами.
— Получается, ваши маги — это недодраконы?.. — охнула Авила и зажала рот ладонью. — Простите, иногда я сама не понимаю, что говорю… Это было грубо
— Все в порядке, мы не обижены твоим высказыванием, — заметила Лусия.
— Пусть грубо, но правдиво, — добавила я. — Драконы, рожденные с сильной человеческой кровью, как раз такие, как маги Светлого мира. Вы поймете, когда познакомитесь с ними.
— Маги светлого мира ни за что не признают это, — решительно заявила Лусия. — Они скорее откусят себе головы, чем покаются, что в их жилах течет драконья кровь.
— От правды можно отказаться, но ее невозможно утаить, — рассудила я. — Но, как говорила моя дорогая бабуля: «Эту горькую пилюлю придется проглотить, иначе помрешь или останешься калекой».
— Вот наши маги и похожи на калек, — согласилась Лусия. — Кичатся способностями, но скорее отрежут себе руки, чем признаются, что в их роду водились драконы.
Вернулись дети, и разговор пришлось прервать.
— Даря, смотри, какое платье!.. — восхищенно проговорила Софи, сияя, как начищенная золотая монетка. — Я теперь похожа на принцессу, правда? Прямо как в сказке…
— Да, милая, — охотно согласилась я. Для девочек модистка дракониха сшила наряды, напоминавшие униформу в академии Света: платья с разрезами по бокам, не сковывающие движений, и легкие плащи с капюшонами. Софи выбрала розовое. — Тебе очень идет. И ты, правда, похожа на маленькую принцессу.
— А я? — робко поинтересовалась Мила, поправляя магические окуляры. Она выбрала нежно-голубое платье, как небо над Дрэгонвиллем.
— И ты, моя принцесса, — заверила я и поцеловала девочек в щечки. — Вы обе красавицы.
— Смотрите, чтобы вас не похитили драконы, — усмехнулся Камилл, озорно тряхнув рыжими кудрями. — Таких-то красивых.
— Камилл!.. — предупреждающе воскликнула мать Люсия. — Не забывай о хороших манерах. И о своем обещании.
Мальчишка торжественно поклялся не относиться к детям-драконам предвзято, но, похоже, забыл об этом. Боюсь, не в первый и не в последний раз.
— Да я просто пошутил, — отмахнулся теперь. — Хотя…
— Никто никого воровать не будет, — заверила я. — Тем более что среди детей драконов будет девочка. Надеюсь, ты, Камилл, не станешь похищать Аркадию?
— Вот еще!.. — фыркнул мальчишка и смущенно покраснел. — Больно мне нужна та драконица.
— Не волнуйся, я тоже пошутила, — миролюбиво проговорила я, а Синта и Авила подавили смешок. — Идемте к столу, чай остывает. Оп… Хотя, нет, с чаепитием придется подождать. К нам еще гости!
Снова все пошло не по плану. Дети из приюта святого Макия и драконята должны были прибыть в разное время. Но, первые опоздали, а вторые, похоже, поторопились. Как вовремя я посмотрела в окно.
— Ого!.. — Люсия проследила за моим взглядом и тоже заметила в небе воздушную колесницу, управляемую повелителем драконов собственной персоной. — Это тот, о ком я думаю, верно?
Голос ее дрожал. Несмотря на все свое миролюбие, мать-настоятельница побаивалась драконов, как многие в Светлом мире. Повелителя Карла — особенно. Этого огненно-красного дракона, заслоняющего солнце при полете, сложно спутать с кем-то другим.
Впрочем, в замок он вошел уже в человеческом образе. Но так он, пожалуй, выглядел еще более внушительно. Высокий, широкоплечий, с огненно-красными волосами, заплетёнными в косу, и пронзительными желтыми глазами, Карл являл собой образчик мужественности и непоколебимости. Темно-синий камзол облегал фигуру и подчеркивал ее достоинства, а сапоги из тонкой кожи гулко стучали по паркету, как бы намекая, что явился вовсе не гость, но полноправный хозяин.