Гранд-адмирал. Том первый (СИ)
Минута прошла.
— Напротив, капитан, — спокойным тоном произнёс я. — Сдав свой корабль и приказав сделать это же звёздному крейсеру, вы спасёте десятки тысяч жизней своих подчинённых и боевых товарищей. Никто не хочет напрасных жертв. Даю вам слово — в плену с вами будут обращаться, как и положено с военнопленными.
— Империя не страдает гуманизмом к своим противникам, — отрезал Йонка.
— Это персональное предложение относится лишь к вам, как к бывшему имперскому командиру, обладавшему определённым авторитетом, — произнёс я. — Приняв правильное решение, вы однозначно не прогадаете. Уверен, адмирал Акбар не посчитает вас трусом, когда ему сообщат о принятом вами решении спасти жизни, а не ввязаться в бой с численно превосходящим вас противником.
— Количество не всегда решает исход сражения, гранд-адмирал Траун, — В его голосе более не осталось того замешательства, которое было изначально. Этот человек просчитал варианты своей победы и принял решение. — Вы говорили о ненужных жертвах, гранд-адмирал. Пока не поздно, последуйте своему же совету.
Посмотрев на хронометр, я вернул свой взгляд на голограмму.
— Это ваше последнее слово, капитан Йонка? — уточнил я. — Вы намерены продолжить сражение?
Очень жаль, что полученный от Мары Джейд код тайного доступа к центральному компьютеру кораблей имперской постройки, невозможно использовать дистанционно. Было ли так задумано изначально, или нет, но корабли реагировали на последовательность только при непосредственном вводе данных с клавиатуры терминала. Какая досада — всё могло бы кончиться намного раньше и с куда как меньшими потерями.
— Да, — «Свобода» занимала позицию для открытия огня по «Химере» с того угла, где у нас имелись наибольшие повреждения. Из ангара противника уже выныривали «крестокрылы» и «костыли», а вместе с ними и перехватчики — «ашки». — Вашему избитому флоту нечего противопоставить моему звену. Как я уже сказал — количественное превосходство значительно повреждённых кораблей не способно изменить исход сражения.
— Вы просто не видите ситуацию целиком, капитан, — йсаламири, дремавшая на моих ногах, перевернулась на спинку, подставляя для почёсывания мягкое брюшко. — Когда я говорил о количественном превосходстве своего флота, то не имел ввиду то, о чём вы подумали.
— Тогда о каких звездолётах шла речь? — усмехнулся Йонка.
В нескольких километрах за кормой звёздного крейсера мон-каламари материализовались два металлических клина, увенчанные характерными надстройками.
— Об этих. — только и успел произнести я, прежде чем командир «Штурмового ястреба» задействовал стандартный протокол атаки, предусматривающий системы подавления связи.
Посмотрев на Пеллеона, стоящего в паре шагов справа от моего кресла, приказал:
— К бою, капитан. Попросите артиллеристов не взрывать наши будущие трофеи. Эскадрилье «Ятаган» следует позаботиться о системах связи обоих кораблей.
Взвыла сирена боевой тревоги. «Химера» ощетинилась дефлекторным полем, а её орудия выплюнули первый залп зелёных молний турболазеров и синие стрелы ионных орудий.
Начался второй акт представления, под названием «Засада в системе Ругоса».
* * *Капитан Фон Шнайдер наблюдал за битвой по голографическому дисплею. Несмотря на то, что соседний с его «Немезидой» «Штурмовой ястреб» заглушил системы коммуникации, это не являлось проблемой для понимания текущей ситуации.
Командирами звёздных разрушителей не становятся те, кто не способен на самостоятельные действия.
— Рулевой, курс три точка девять, — приказал он. — Идём к «Химере». Поднять авиацию, приготовиться к отражению атаки. Надеюсь, Асториас сообразит…
Моргот соответствовал ожиданиям командира «Немезиды». Второй звёздный разрушитель заложил небольшой вираж, правым бортом обдав огнём турболазеров и ионных орудий «Оскорбительный», который к этому моменту и вовсе не отвечал — старательные артиллеристы крейсера мон-каламари привели его артиллерию к молчанию, занятые тем, что выбивали разрушителю двигатель, зайдя с кормы.
«Штурмовой ястреб», описывая дугу, вёл огонь правым бортом сперва по пиратскому звёздному разрушителю, затем переключился на попытавшегося убрать корму МС80. Получилось то, что получилось, но ураганный обстрел, который развили артиллеристы капитана Асториаса явно не был рассчитан на то, чтобы оставить противника без проблем. Пусть дефлекторы и не схлопнулись, но просели на несколько процентов. А эскадрильи мятежников, заметавшись в океане перестрелки турболазеров, поспешно бросали свои пиратские цели, выдвигаясь наперерез хлынувшим из главного ангара TIE-истребителям и перехватчикам.
— Башням и батареям левого борта — вести огонь по МС80 по ходу движения, — судя по всему, республиканский звёздный разрушитель, продвигаясь к «Химере» так же взял «Оскорбительный» под перекрёстный обстрел. Тактика стандартная, а диспозиция позволяет.
Башни по правому борту «Немезиды», следуя распоряжению капитана, били по корме республиканского разрушителя.
— Турболазерам перейти на среднюю мощность, — распорядился Фон Шнайдер. — С такой дистанции нам их щиты не пробить парой залпов, а вот заставить обратить на нас внимание — да. Пусть Йонка задумается, что ему важнее — собственные двигатели или желание побыстрее сбить с «Химеры» щиты.
Не опознать идентификатор бывшего соратника было невозможно. Тут бы и слепой прозрел.
Но Шнайдера не волновали прежние заслуги имперского капитана. Для него он не более чем очередной противник — как и его экипаж. Которые до сих пор лишь по недоразумению летают на имперском звёздном разрушителе.
Сосредоточенный огонь левого борта «Немезиды» обрушил дефлекторы в районе правого «крыла» звёздного крейсера мон-каламари, что привело к детонации одного из артиллерийских блистеров. Крошечный взрыв привел к молчанию целую батарею. «Штурмовой ястреб», видя разворот своего противника, принялся описывать коордонат, чтобы оказаться носом к крейсеру и использовать все преимущества клиновидной формы имперского корабля, позволяя обрушить на противника огонь как башенных орудий тяжёлого калибра, так и девять средних турболазеров. И при этом правый борт корабля продолжал издеваться над незащищённой кормой «Оскорбительного». Пробежавшие по главному двигателю синие молнии стали свидетельством агонии движителя пиратского звёздного разрушителя. Теперь, пока на нём не заменят энергопроводящие шины — он лишь мишень. И пиратские истребители это поняли, вместе с посыпавшимися из недр корабля эвакуационными челноками стремительно отправляясь в сторону границ гравитационных куполов. Похоже крысы решили бежать с корабля. На их несчастье у авиаторов со «Штурмового ястреба» были на них совсем другие планы. Побег провалился, едва начавшись.
Меж тем, Йонке приходилось несладко.
Чтобы спасти свои двигатели и не уподобиться «Оскорбительному», ему пришлось развернуть корабль на девяносто градусов влево, чтобы вести огонь по «Химере» орудиями правого борта, а по надвигающейся «Немезиде» — левым. При этом корабль явно намеревался заложить вираж и попытаться удрать, пользуясь тем, что его двигатели целы.
— Орудия на максимальную мощность, — приказал капитан Шнайдер. — Ионным пушкам — бить по мостику. Лишите его центрального управления! Приказ эскадрилье бомбардировщиков — по широкой дуге зайти «Свободе» в корму и отстреляться кумулятивными ракетами по дюзам. Сопровождение — одна эскадрилья перехватчиков. По выполнению задания — перейти к уничтожению башенной артиллерии. Остальным истребителям и перехватчикам — держите МЛА «Свободы» подальше от моего корабля. Не хватало ещё схлопотать протонный «гостинец».
— Разумно ли это, сэр? — подал голос офицер, отвечающий за координацию полётов. — Эффективнее будет уничтожить его двигатели протонными торпедами и…
Шнайдер закатил глаза так, чтобы этого не видели офицеры.
Молодёжь! Как можно не понимать элементарного?!
— Этот корабль, — он ткнул пальцем в сторону «Свободы», повернувшись к «ямам», — полностью боеспособная «двойка». На ней нет профильной противоистребительной артиллерии, следовательно, они попытаются отбиться или огнём из турболазеров со сниженной мощностью артиллерии, но высокой скорострельностью, либо натравят на бомбардировщики своих МЛА. В любом случае — мы рассеиваем внимание и артиллерию Йонки, но усиливаем собственный нажим. Уничтожать дюзы — значит обездвижить корабль до среднего ремонта. Здесь его нам никто не проведёт. А вот повреждённые дюзы всё ещё способны дать ускорение для прыжка. Йонка может быть уже и понял, но никогда не признается в этом — его корабль ходит под идентификатором Новой Республики последний день.