Гранд-адмирал. Том первый (СИ)

— … Смерть лидера — это предельно дестабилизирующий фактор, — Асториан сообразил, что TR-889 продолжает свой монотонный рассказ. В то время как любой на его месте сейчас бы просто заткнулся и стал переживать. Нет, этот парень кто угодно, только не штурмовик. — …который выводит подчинённых и приближённых из привычной колеи…
— Прочувствовали это на личном опыте? — неожиданно вмешался в допрос гранд-адмирал, оказываясь в поле зрения штурмовика. Тот, бросив быстрый и настороженный взгляд на фигуру в белом кителе, округлил глаза и поднялся на ноги.
— Гранд-адмирал, сэр, штурмовик….
— Да, TR-889, проблем со слухом у меня нет, — серокожий инородец силой усадил мужчину на место. — Как ваше имя, штурмовик?
— Личный номер TR-899…
— Я задал не этот вопрос, — сказал гранд-адмирал. — Вы же умный человек, майор, в чём только что беззаботно расписались. Должны понимать, что просто так с вами бы эти разговоры не вели. Ваше личное дело проверено, факты подчисток и интеграции данных обнаружены. Работаете вы великолепно, но у меня есть специалисты и получше. Итак, повторяю вопрос — ваше имя?
Даже так? То есть этот штурмовик — не просто морской пехотинец, но ещё и майор, командир батальона? Интересно развиваются события. Да, конечно, командиры в Штурмовом корпусе — не простые исполнители, как рядовые бойцы, но и до знатоков психологии им далеко. Их учат максимально эффективному убийству, а не оценке противника с психологических точек зрения. Они — элитная грубая сила, подготовленная по наивысшим стандартам, но никак не виртуозы подобного толка.
Подполковник с затаённым интересом наблюдал за тем, как бесстрастное выражение лица «штурмовика» меняется с простого-беззаботного, на напряжённое и сосредоточенное.
— Гродин Тиерс, сэр, — чётко произнёс он, окончательно развеяв миф о своей принадлежности к Штурмовому корпусу. «Куколки» проходят такую муштру, что забывают собственные имена — им выдают номера и не более того. Вся подготовка направлена на уничтожение жалости, личной идентичности и самоопределения. Лишение имени — один из начальных этапов. К концу муштры штурмовики вообще забывают о том, что их могут звать как-то, кроме личного номера.
— Вот даже как, — произнёс Траун. На его лице промелькнула тень, а взгляд стал более ожесточённым. — Это всё, что хотите сказать?
— Я отвечу на все ваши вопросы, сэр, — произнёс Тиерс.
— Тогда начнём с самого простого — почему боец Императорской гвардии Палпатина маскируется под обычного штурмовика? — Астарион едва сдержался, чтобы не закашляться. Что?! Этот «штурмовик» — ещё и командир элитного подразделения, занимавшегося охраной самого Императора?!
Да, формально Императорская гвардия относилась к Штурмовому корпусу, но опять же — только на «бумаге». На самом деле они имели собственную структуру и места базирования, а об их подготовке не было известно вообще ничего. Как-никак, а их сфера работы далеко за пределами понимания обычных разумных.
— После смерти Императора Палпатина при Эндоре, Императорская гвардия оказалась раздроблена, — пояснил Тиерс. — Некоторые из нас вернулись на базы, другие стали служить военачальникам. Есть те, кто перешли на сторону Новой Республики. Я выбрал путь служения в качестве командира батальона штурмовиков. И моё подразделение — одно из лучших в вашем флоте, гранд-адмирал.
— И поэтому вы скрыли своё прошлое? — поинтересовался Траун.
— Многие из тех, кто претендуют или претендовали на пост Императора используют Императорских гвардейцев как пугало для увеличения собственной значимости, — пояснил Тиерс. — Я хочу служить действием, не иконой.
Собственно для Императорской гвардии не составило бы большого труда для исправления личного дела Тиерса. Так что, если б не его чрезмерное желание оказаться полезным, то его бы никто и не заметил.
Если бы не случай на звёздном разрушителе повстанцев….
Если бы не…
— Ваши действия на «Свободе» имели своей целью привлечь моё внимание, — произнёс Траун, озвучив мысль, которая только что пришла в голову самому полковнику.
 
— Да, сэр, — подтвердил тот. — Я сделал всё, чтобы перейти под ваше командование и наблюдал за вашими действиями для понимания и оценки мотивов. Признаться, я думал, что вы, как и остальные военачальники, будете добиваться личной власти над Империей и используете для этих целей все ресурсы Горы Тантисс. Приношу свои извинения за недостойные мысли. Мои действия на «Свободе» капитана Йонки были направлены непосредственно на ваше внимание. Как штурмовик я не мог прийти к вам и доложить по форме. Сейчас, наша встреча состоялась, и я могу предложить вам свои услуги не просто в качестве бойца передовой, но и как Императорского гвардейца.
— Мне не нужны телохранители, — заметил Траун. — У меня есть ногри.
— Который уже доказал, что он недостаточно эффективен, — заявил Тиерс, даже не посмотрев в сторону серокожего инородца, стоящего за его спиной. — Я же с одним батальоном захватил для вас звёздный разрушитель, потеряв всего одну роту. Причём умерли лишь трое штурмовиков, остальные пройдут курс восстановления и продолжат свою службу.
— И почему я должен вам доверять? — спросил Траун.
— Потому что мне потребуется всего пять секунд на то, чтобы убить всех, находящихся в этой комнате, — спокойно произнёс Императорский гвардеец, тряхнув руками. Наручники, до сих пор находившиеся у него на запястьях, со звоном стукнулись о металлическую столешницу. Подполковник подумал, что вряд ли успел бы выстрелить в допрашиваемого, даже если тот вознамерится атаковать. Даже если б не сдал свой табельный пистолет на посту охраны. — При этом три секунды я потрачу на то, чтобы ещё раз попросить вас быть моим непосредственным командиром.
— Вот даже как, — с интересом произнёс Траун. — Почему именно я, а не любой другой военачальник или даже Имперский Правящий Совет?
— Вы эффективны, — просто ответил гвардеец. — Они — пассивны. Простая логика. Я не выставочная витрина, чтобы служить чьей-то игрушкой и тешить чьё-либо эго. Я солдат и обучен выполнять приказы. Вы и ваш флот — воюете. Для меня этого достаточно. О своём прошлом я сообщил вам только лишь для того, чтобы продемонстрировать, что обладаю дополнительными познаниями, которые могут быть вам полезны для достижения ваших целей.
— Как интересно, — хмыкнул Траун. — Вы впечатляющий образец человека, штурмовика и гвардейца в одном флаконе, майор Тиерс. Учитывая отсутствие единодушия между вами и вашими сослуживцами из Императорской гвардии по вопросу кандидатуры услужения, я прихожу к выводу, что вы всего лишь стремитесь к восстановлению привычной для вас картины мира — найти сильного командующего и служить ему. Или я не прав?
— Императорская гвардия создана для служения выдающемуся человеку, — произнёс Тиерс, но его тон уже не звучал столь уверенно, как и в прошлый раз. — Возможно… часть наших тренировок и способствует этому…
— Или же вы все были изменены силой Императора Палпатина для подобного, — предположил Траун. — Надеюсь, вы осведомлены, что наш правитель являлся адептом Силы?
— Эта информация не имеет доказательного подтверждения, — резко произнёс майор, а его руки сжались в кулаки. Его взгляд стал несколько звериным, а ноздри стали раздуваться, свидетельствуя о том, что человек начинает втягивать в себя больше кислорода. Услышанное ему не нравилось.
Собственно и сам Астарион не очень-то и верил в то, что Император какой-то там адепт этой джедайской магии. Другое дело Дарт Вейдер…
— Не смейте мне угрожать, майор, — резко произнёс Траун, реагируя на слова и действия гвардейца. — Ваши подчистки в личном деле обнаружил человек, который служил Палпатину и поддерживал с ним связь непосредственно через Силу. Возможно вы её даже когда-то видели в окружении Палпатина. Молодая девушка, рыжие волосы, зелёные глаза. Император любил называть её своей любимой танцовщицей…
— Я понимаю о ком вы говорите, — произнёс майор Тиерс. — Но Император не мог…