Гранд-адмирал. Том первый (СИ)

Гранд-адмирал не ответил сразу, молча разглядывая гвардейца.
Зато у подполковника родился вопрос:
— Из всей этой тирады вы не сказали ни слова о причинах вашей заинтересованности в победе над Палпатином, — произнёс Астарион.
— Всё до банального просто, — хмыкнул майор Тиерс. — Я хочу жить. Палпатин уже перебил почти всех тех гвардейцев, которые проявили своеволие и не прибыли на Бисс после его смерти. Моих боевых товарищей, с кем вместе я дезертировал, больше нет. Убиты и те, кто был на Биссе и сообщил о намерениях Палпатина и его окружения. Прикрытие штурмовика меня спасало, но я уверен, что долго бы оно не продержалось. Когда Палпатин вернётся, то снова использует нас как и любых своих марионеток. А потом выбросит, наигравшись. Или прикончит ради своего развлечения. Он уже далеко не тот, кем мы его помним. Алчный сумасшедший старик в молодом теле, одержимый местью и кровавыми расправами. Он даже не будет воевать за миры — он их просто взорвёт, благо запас супероружия у него впечатляющий.
— Поэтому решились выйти на прямой контакт со мной, — закончил гранд-адмирал. — И разыграли из себя «непонимающего солдафона», чтобы узнать, сообщу ли я вам всё то же самое, что и Маре Джейд. Если б озвученное мной не совпало — вы бы перебили нас всех.
— Конечно, — бесхитростно ответил Тиерс. — Уничтожение свидетелей — один из самых простых способов замести следы. А уровень подготовки штурмовиков, которые охраняют эти казематы таков, что заманить любого из них сюда, и убить, обезобразить лицо, завладеть доспехами и скрыться — проще простого. Но, смею заверить — вы прошли проверку, гранд-адмирал. И на этот раз без всяких ловушек и идиом, я готов к сотрудничеству. Командуйте — я в вашем полном распоряжении.
— Неплохое представление, майор Тиерс, — Траун захлопал в ладони. — Но вы себя переоцениваете. Вы без сомнения могли бы попытаться убить меня и подполковника Астариона, но не достигли бы своей цели. А я в свою очередь, лишился бы всего лишь прекрасного донора для клонирования.
На лице «штурмовика» появилась насмешка.
— Ногри меня не остановил бы, — заявил он. — Палпатин обучил нас убивать их как слепых котят, когда прознал, что Вейдер обзавёлся подобным выводком. Лучшего телохранителя, чем я — вам не сыскать.
— А никто и не говорил про ногри, — спокойно произнёс Траун.
И в следующее же мгновение воздух прорезало шипение, и перед горлом бывшего Императорского гвардейца появился бело-голубой энергетический клинок. А следом за ним, одновременно с тем, как майор Тиерс скосил глаза в сторону источника энергетической угрозы, всё так же из воздуха, без какого-либо предупреждения, появилась фигура, закованная с ног до головы в коричневые доспехи. Маска с изображением какого-то животного, качнулась вперед.
— Мне убить его, командующий? — раздался глухой голос из-под шлема.
— Хороший вопрос, — изрёк Траун. — Надеюсь, вы убедились, майор Тиерс, что мне не нужен телохранитель?
— Впечатляет, — тот осторожно сглотнул и внезапно улыбнулся. — Впрочем, я больше люблю наземные сражения, чем таскаться за кем-то. Штурмовик TR-889 готов исполнить любой ваш приказ, гранд-адмирал.
— Ну вот и договорились, майор, — изрёк Траун, посмотрев прямо в глаза обескураженному Астариону. — Вы многое слышали. И понять что к чему не составляет труда. Так что я спрошу всего один раз: вы со мной, подполковник?
А ведь он всего лишь хотел помощи гранд-адмирала в восстановлении Имперской Службы Безопасности… И вот, поступило предложение поучаствовать в уничтожении безумного бывшего правителя галактики, намеревающегося всех их превратить в безумных слуг?
— Да, а почему бы и нет? — постарался улыбнуться Астарион. Но, как и всегда, словно получился оскал. — Но… если мы намерены воевать против всех, то нам потребуется очень много оружия, персонала и уж тем более — сотрудников ИСБ. Я и десяток дознавателей не справимся с отсевом всех тех, кто намерен встать под ваше командование, гранд-адмирал. Быть сразу в нескольких местах я просто не могу.
 
— Не волнуйтесь, подполковник, — посоветовал ему Траун. — Неприятность эту легко решить.
  
Интерлюдия
 
Принц-адмирал Делак Креннель в полном молчании и тишине шагал по тёмным коридорам своего дворца на планете Сьютрик IV — столице Имперского Осколка, известного как Сьютрикская гегемония. Часть Империи, которую он отобрал у Великого Визиря Сейта Пестажа несколько лет назад, казнив последнего и всех членов его семьи. Предатель получил по заслугам.
Он был высок ростом, мускулист, но без излишеств, широк в плечах и при всех его габаритах умел передвигаться бесшумно. Даже кибернетический протез правой руки, прикрытый синтеплотью, не портил его внешность. В прошлом, ещё в имперской военной Академии на Префсбелте он вполне заслужено считался непревзойдённым противником в рукопашном бою и с тех пор не растерял ни свою форму, ни физическую силу. А протез, действующий так же бесшумно, как и сам человек, лишь делал его лучше, чем он был прежде.
Креннель вошёл в свой кабинет, не обращая на царившую в нём темноту внимание — на Сьютрике IV вступила в свои права глубокая ночь. И при других обстоятельствах он бы продолжал спокойно спать в своей кровати, если б не был застигнут врасплох срочными новостями, проигнорировать которые он не мог даже при большом желании.
Информация касалась гранд-адмирала Трауна. И вести были столь тревожными, что он ни в коем разе не хотел верить в сообщённые ему роботом-секретарем данные, вознамерившись проверить их лично.
Принц-адмирал щёлкнул выключателем. Активировались встроенные в стены длинные вертикальные световые панели, потолок отразил свет на пол. Комната, декорированная в коричневых и бурых тонах, заполнилась холодным свечением.
Даже не видя своего незваного посетителя, он точно знал, что она находится здесь. Она всегда была там, где нужна.
До того момента, как они не встретились вновь, Креннель не видел её несколько стандартных лет, если не считать преследовавшие его пары-тройки ночных кошмаров. Немного ниже его ростом, распущенные чёрные волосы — лишь две белые пряди обрамляют лицо, которое удостоилось бы похвалы за красоту на многих планетах. Высокий лоб, чётко очерченный подбородок, высокие скулы, прямой нос, только две детали портили впечатление от увиденного.
Первое, на что обращали внимание те, кто видел Снежную королеву лично — это её глаза. Левая радужка горела алым, словно артериальная кровь, цветом, как будто налилась им после радиоактивного ожога. Бледная голубизна второго глаза навевала мысли о заснеженных планетах, коих немало разбросано по всей галактике. Её взгляд сперва обжигал, а затем заставлял все внутренности съёживаться от страха. Эта женщина, даже лишившись всего — подчинённых, власти, ресурсов, продолжала излучать могущество и ауру власти. Многие мужчины желали ей обладать, но лишь единицам хватало благоразумия понять, что она сожрёт их с потрохами, не подавившись, сразу после того как использует их, получит то, что ей от них нужно, выплюнет, переступит и пойдёт дальше.
А вот сеть шрамов, разбегающихся по её правой половине лица, берущих начало от отметины на виске, была новым «украшением». До катастрофы на Тайферре, Исанне Айсард никогда не имела подобного изъяна в своей внешности. И Делак концентрировал своё внимание на этих шрамах, чтобы не позволить себе вновь и вновь попадать под её чары.
Второй изъян в её редкостной красоте — сеточка шрамов, разбегающихся от небольшой отметины на правом виске. Креннель пристально изучал лицо женщины, обнаружил лёгкую асимметрию и предположил, что это результат серьёзной травмы, потребовавшей хирургического вмешательства. Поговаривали, что Разбойный эскадрон похвалялся, будто бы они прикончили Снежную королеву на Тайферре. Выходит, соврали.