Гранд-адмирал. Том первый (СИ)

— И на чём же держится ваша уверенность, Мон? — Хан сжал кулаки. Зубы стиснулись так, что на язык стало попадать крошево эмали. — У вас там прямой контакт с Империей, которая сообщила, что всё в порядке?! Или быть может у вас есть какие-нибудь доказательства? — он прищурил глаза. — Что-нибудь весомое, чтобы подкрепить вашу уверенность в этом?
— Хан, послушайте, мы верим… — заикнулась рыжеволосая глава Временного Совета.
— Ах, вы верите, — скривился Соло. — Мне стало легче… Намного легче!
— Я понимаю ваши чувства…
— Хватит грузить мне вакуум! — рявкнул он. — Вы никогда не были на моём месте и никогда не поймёте мои чувства! Я прилетел на эту хаттову планету, чтобы переговорить с вашим нерфом в ауродиумной клетке и нашёл лишь сгоревшую виллу ваших агентов и тщательно расставленные ловушки в обители Гранта! Его резиденция рванула сразу же, как только я приземлил свой корабль! Два! Слышите! Два дня я разбирался с тем, что там произошло! Два дня я докладывал лично вам о происходящем, и вы говорили мне, что Лейя на переговорах с Каррде! Вы два дня пудрили мне мозги, заставляя заниматься расследованием взрывов и пожаров, вместо того, чтобы я бросился в систему Милагро и начал собственное расследование! Да вы хоть понимаете, что сейчас найти её будет просто не реально!? Стандартный гипердвигатель на имерских кораблях — второго класса! Да за сорок восемь часов любой имперский звездолёт мог пересечь четверть галактики! Лейя, а вместе с ней и мои дети, сейчас могут находиться в имперском плену! Вы хоть представляете, что они с ней сделают?!
— Как никто другой, — твёрдым тоном произнесла Мон Мотма.
— Простите, что я вам не верю! — бросил Хан, вскочив с места и принявшись мерить отсек шагами. — Я даже не сомневаюсь в том, что с вашей подачи этот напыщенный прямоходящий половик отозвал меня из отпуска и приказал вернуться на Набу! Вы делаете это специально, чтобы я не стал искать свою жену и друзей!?
— Хан, послушайте! Сейчас не то время, чтобы…
— Не то время? — съязвил Соло. — От вас ли я это слышу, Мон? Не вы ли говорили Лейе, что ей не время обучаться джедайскому искусству? Не вы ли говорили перед Битвой при Эндоре, что Палпатин совершил ошибку? А на деле это оказалось ловушкой, в которой мы все бы погибли, если бы не Люк?! Не из-за ваших ли сладких речей мы чуть не померли на том лесистом спутнике в окружении медведей-людоедов?! Не вы ли выказали сомнения относительно правдивости моих слов о том, что против нас действует кто-то из имперских гранд-адмиралов?! Нет, вы! И я сейчас должен поверить вашим словам?
— Хан, вся республиканская разведка ищет их…
— Разведка? — горько усмехнулся Соло. — Та самая, которая уже второй месяц не может отыскать имперский флот, командующий которого пускает нам кровь при каждом удобном случае?! Та самая, которая санкционировала операцию при Ругосе, где мы потеряли целый флот и множество своих сторонников, в результате чего значительная часть контрабандистов просто отказались с нами работать?! Та самая разведка, которая заявляла, что Каррде чист и дружелюбно настроен, а по итогу сперва он ускользает из имперской ловушки при Ругосе, а затем — назначает встречу Лейе и генералу Кракену в системе Милагро, где они исчезают, а он, я могу поспорить, жив-здоров и снова отсиживается в своей норе?! Вы об этой разведке?
Мон Мотма поджала губы, не находя, что ответить на справедливую претензию.
— Хан, я прошу вас прислушаться к голосу разума, — её тон изменился с официального и делового на просящий и едва ли не заискивающий. — Сейчас не то время, чтобы совершать поступки, о которых все мы впоследствии будем жалеть…
Что-то внутри кореллианца оборвалось. Словно натянутая струна, которая так и не смогла пережить увеличение силы натяжения, он внезапно как-то сгорбился, нахохлился… Рука сама рванула ворот кителя…
— Вот тут вы как никогда правы, Мон, — произнёс он с горькой улыбкой на губах, буквально сдирая душащий его китель. — К разуму я, пожалуй, и прислушаюсь…
* * *
Вынув клинок из шеи пилота, капитан Штебен позволил телу наёмника рухнуть на палубу корабля, всё ещё сохранившего мандалорский дизайн.
 
Обессиленный, разведчик понял, что если в настоящий момент срочно не найдёт для себя точку опоры, то грохнется на палубу. Причём — пластом.
Отложив вибронож в сторону, мужчина опустился на палубу, практически не обращая внимания на дёргающееся в конвульсиях тело наемника Консорциума. С отвратительным хлюпаньем из рассечённого горла последнего, толчками выливалась кровь. Ноги бессильно сучили по решётчатой палубе корвета, а пальцы, то и дело сжимаясь, царапали по металлу в бессильной злобе против того, кто превратил корабль в кладбище.
Штебен просидел несколько минут, обхватив голову руками, стараясь перевести дыхание. Он практически не прислушивался к звукам умирающего человека. Не первый и не последний. Ни за сегодня, ни за всю жизнь…
Как бы легко он не относился к смерти, разум принялся ясно мыслить лишь после того, как последний противник затих. Штебен, оторвав голову от колен, тычком ноги проверил, действительно ли пилот корвета мёртв. Болезненный удар по уху тяжелым ботинком никого бы не оставил равнодушным. А вот пилот остался лежать там, где его настигла смерть. Значит точно мёртв.
Втянув ноздрями воздух, капитан Штебен поморщился.
Несмотря на работу системы жизнеобеспечения, атмосфера внутри корабля буквально пропитана отдающим характерным запахом крови ароматом. Ну ещё бы…
Стандартный экипаж корвета типа «Крестоносец» составляет семьдесят разумных. В это число входят артиллеристы, механики, техники, операторы систем наведения, различные специалисты и прочие жизненно необходимые для эффективного функционирования корабля члены экипажа.
И все они сейчас находились на борту этого корвета со сложным для произношения названием. Впрочем, Штебен, числящийся в списках членов экипажа всего лишь бойцом немногочисленной — каких-то пять разумных — группы досмотра и абордажа, никогда и не пытался выговорить название.
А сейчас у него на это просто не было сил.
Он слишком устал. Сколько времени он без сна? Сутки? Двое?
Взглянув на наручный хронометр, в циферблате которого наличествовало маленькое окошечко с циферкой текущего дня недели, капитан криво усмехнулся.
Вот даже как… Пятый день прошёл.
Пятый день… Немудрено, что он устал.
Всё началось с того, что он получил приказ внедриться в состав боевиков Консорциума Занна на планете Хайпори. Сделать это оказалось не так, чтобы сложно, но и не просто.
От идеи представить себя в качестве надсмотрщика за ногри, состоящий на службе Консорциума, пришлось отказаться практически сразу — представителей этой расы на Хайпори попросту не оказалось. По крайней мере тех, кто находился бы на службе у преступников. Поэтому он просто выдал себя за наёмника, ищущего себе место поприличнее, да посытнее.
Вербовщик на планете Риши, где Консорциум имел пункт найма различного рода отребья, в подобную сказочку не очень-то и поверил, однако, Штебена всё равно наняли в качестве бойца. Самого простого солдата, срок жизни которого в бою исчисляется часами — да и то, при наличии сколько-нибудь творческих умений к импровизации и хорошо развитым чувством опасности. Не говоря уже про инстинкт самосохранения.
На Хайпори его ожидала немилосердная тренировка с целью выявления пределов его физических возможностей. Можно сказать, что на своих новых хозяев он оказал нужное впечатление, так что из разряда «простое мясо», его назначили к «мясу непростому». То есть в состав тяжело вооружённых и хорошо обученных (по меркам Консорциума, конечно же) бойцов десанта, которые имелись на борту каждого из звездолётов преступников, какого бы размера они ни были. Похоже на то, что имперское прошлое так и не отпускало Тайбера Занна, раз он старался реализовать на своих кораблях всё тот же порядок, который заведён на звездолётах Имперского флота.