Гранд-адмирал. Том первый (СИ)

Плазменный резак, которым срезают повреждённые листы брони, впился в тело двери в нужном месте. Новая Республика позаботилась о том, чтобы электронный замок находился только со внутренней стороны отсека.
Редерик тихо матерился, понимая, что сейчас Рыбья морда уничтожает документы. И чем дольше они провозятся…
— Кхэм-кхэм, — раздался голос позади. Редерик обернулся. И увидел того, кого меньше всего рассчитывал здесь лицезреть.
— Фодеум?! — округлил он свои глаза.
— Ну хоть кто-то обращается ко мне только по имени, — вздохнул хозяин «Изящной леди».
— Ты что тут делаешь? — поинтересовался Редерик.
— Помогаю, — так же горестно вздохнул Фодеум, показав зажатый в руках цилиндр с кнопочками. — Эта штука режет быстрее.
— Световой меч?! — насторожился Редерик. Штурмовики синхронно нацелили на гостя бластеры. — Не похож ты на Люка Скайуокера.
— Лучшего комплимента мне ещё никто не говорил, — улыбнулся Фодеум. — Но меч вроде бы как принадлежит его семье. Ну, если Траун не лукавит. Так что, помочь?
— Я думал, ты закончил свою часть работы, — всё ещё с подозрением произнёс разведчик.
— А потом я поговорил с мамой, — произнёс Фодуем. — Оказалось… Короче, давай я тебе вскрою эту дверь, как сделал на другой станции, и делайте свою работу?
— Милости прошу, — хмыкнул Редерик, отходя в сторону. Молодой капитан подошёл к двери, осмотрел её. Приложил к ней руку, закрыв глаза, словно прислушивался к чему-то. — Ты, главное не порежься…
— Не волнуйся, — натянуто улыбнулся Фодеум. — То, что я прос… потерял свой световой меч, ещё не значит, что я в конец неумеха.
А в следующее мгновение с шипением вспыхнул бело-синий клинок и впился в броню…
Прежде чем у Редерика (и, несомненно, у штурмовиков тоже) отвалилась челюсть, здоровенная часть взрывозащитной двери просто рухнула наружу из помещения, в которое намеревались проникнуть имперцы. дверные петли и замок. Кусок металла полуметровой толщины с грохотом обрушился вниз по ступеням, вышибая искры из металла.
Не теряя времени, Редерик юркнул внутрь, проник в задымлённое помещение, упал на одно колено. Бластерный прицел обвёл полутемную комнату. Вроде никого… Редерик плавно поворачивался слева направо…
Алый блеск бластера родился в самом тёмном углу. И приближался настолько быстро, что разведчик понял — он не успеет…
А потом на пути выстрела появился бело-голубой клинок, и алый заряд ушёл в потолок. А за ним и ещё один…
После того, как ещё один луч был отражен в стрелявшего, которым оказался мон-каламари, хорошо знакомый обоим, лейтенант Редерик, убедившись, что главный инженер верфи уже не сможет никого подстрелить, с уважением посмотрел на капитана «Изящной леди»:
— Спасибо, — он протянул руку.
Фодеум Сабре Де Люз, смутившись, молча ответил на рукопожатие.
  
Глава 55. Реванш. Часть третья
 
Девять лет, шесть месяцев и двадцатые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок четвёртый год, шесть месяцев и двадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.
Пятьдесят семь лет назад этот мир оказался уничтоженным. Превращён в огромное облако космических булыжников всевозможных размеров и форм.
За тридцать восемь лет до уничтожения Альдераана и гибели первой «Звезды Смерти» в Битве при Явине IV планета, не являющаяся предметом индустриализации, объектом желания галактический корпораций, власть имущих и преступников, превратилась в груду камней.
Среди которых сейчас прятался «Повелительный». Строгий серый корпус имперского звёздного разрушителя гармонировал с чернотой космоса, коричнево-чёрными тенями астероидов и блеклым излучением местного светила, звезды Шадда.
Стоя на мостике своего звёздного разрушителя, капитан Эрик Шохаши с любовью и нежностью провёл большим пальцем по спрятанной в крышке хронометра фотографии.
Ирен Риад. «Красная звезда». Она так же прекрасна, как и в первый день их знакомства. И такой останется навсегда — в его сердце и его памяти.
 
С щелчком Эрик захлопнул секундомер, убрав его в карман кителя. Перенося вес на трость, почувствовал, как набалдашник врезается в руку. Ничего, это знакомая, ничего не значащая боль.
По сравнению с той, которую он испытал годы назад, когда «Повелительный», только вернувшийся из очередного рейда и отсиживающийся на своей базе, в глубинах астероидного поля, некогда называвшегося планетой Шадда-Би-Боран, и офицер связи принёс ему шифровку с информацией о смерти Ирен Риад.
Нахождение в этой системе в секторе Би-Боран Внешнего кольца, в квадранте О-18, если верить имперской картографии галактики, всегда приносило ему боль. Намного большую боль, чем та, которую он испытывал, зачищая Атоан, понимая, что его собратья-имперцы оказались преданы и убиты местными жителями. Правду он выяснил намного позднее, уже после смерти Императора, когда секретность имперских «делишек» дала сбой… Но прозвище «Мясник Атоана» уже закрепилось за ним. Да и к тому времени ему уже было плевать.
Боль и шок, когда поймал контрабандиста, везущего груз оружия мятежника. Здесь, в этом скоплении камней альдераанец искал и нашёл свою добычу. И захватил её. Взял корабль, снабжающий мятежников оружием и провиантом ради продолжения их кровавого террора основ Империи, штурмом.
Допросил капитана того фрахтовика. Узнал, что они росли в одном местечке на Альдераане. Проявил милосердие к соотечественнику, оставив его в живых с намерением передать правосудию. Что было воспринято на «ура!» другими альдераанцами, входящими в состав его экипажа.
И здесь же, спустя всего несколько часов после задержания фрахтовика, исправляя повреждённый космическими камнями корпус «Повелительного», Шохаши узнал об уничтожении родной планеты…
Узнал, когда ближайший соратник — старший помощник, такой же как и он альдераанец, попытался убить его, чтобы захватить контроль над звёздным разрушителем.
Несмотря ни на что, Шохаши подавил восстание на борту своего корабля. Максимально жестоко, выпытав у агентов повстанцев на борту его корабля места базирования ближайших ячеек и прочую известную им информацию. И разделался с ними. Без трибунала и полноценного следствия. Настолько же жестоко, насколько сильно он был шокирован произошедшими с его родной планетой событиями. Но приходилось держаться. Не ради себя — ради экипажа, который не понимал причин, по которым те, кто делили с ними кубрики, внезапно стали врагами из-за того, что мятежники уничтожили их родную планету. Тогда они ещё не знали правды… А альдераанцы-повстанцы уже тогда ей владели… Но звучало это как жалкая пропаганда. Для человека, который потерял дом и всех знакомых на погибшей планете, преданного собственными соотечественниками из числа членов команды корабля, любые рассказы о том, что именно Империя виновна в уничтожении Альдераана, кажутся пропагандой… Слишком уж шокирующая обстановка.
Он починил корабль и вернулся на базу. Где и узнал, что за уничтожением Альдераана, согласно имперским докладам, стоят мятежники… Узнал про массовое дезертирство своих сограждан из имперских вооружённых сил…
Эрик не верил в совпадения. Он выдержал все допросы и проверки, какие на него свалились по милости Имперской Службы Безопасности. И вернулся на мостик своего корабля. Но больше это не был жизнерадостный мужчина средних лет.
Теперь это был убийца. Последний верный Империи альдераанец. Так его называли до тех пор, пока он не обрушился на преступный и мятежный сброд, истребляя их всех до единого. До него доходили слухи о том, как его воспринимают другие имперские военнослужащие.
И ему было плевать.
Потому что гуманность хороша лишь тогда, когда её не воспринимают как слабость. Потому что он отчаянно хватался за всё хорошее, что принесла в галактику Империя…
Смерть Императора многое расставила по своим местам. Утечки имперских секретов лишь добавили пикантности происходящему. И причастность гранд-моффа Таркина к уничтожению Альдераана, павшая тенью на всех имперцев, стала очевидным фактом… В том числе и для Эрика.