Гранд-адмирал. Том первый (СИ)
— Поднять дефлекторы, — спокойным тоном приказал капитан Шохаши. — Выпустить истребители, начать пристрелку башенными установками по ударному фрегату.
Крохотные, по сравнению с их «профессиональными собратьями», верфи планеты Арбра откровенно не впечатляли. Несколько стапелей, вокруг которых держатся два средних фрахтовика, осуществляя разгрузку. Пара патрульных истребителей Z-95 «Охотник за головами»… Никаких защитных станций, никаких серьёзных сил для отражения атаки.
Ударный фрегат MK II, медленно разворачивающий свой бронированный корпус навстречу имперскому звёздному разрушителю.
Эрику не составило большого труда, чтобы оценить степень угрозы звездолёта, держащегося направления на пересечение курса «Повелительного». Против звёздного разрушителя эта посудина долго не продержится.
— Приказ авиакрылу, — произнёс он. — Истребителям сопроводить эскадрилью бомбардировщиков к верфям. Последним — уничтожить ударный фрегат типа Mk I в доках и сами верфи, истребителям — заняться обоими средними транспортами. Перехватчикам заняться охраной «Повелительного» и отражением атак авиации противника на дальних подходах к кораблю. Корвету — прикрывать нижнюю полусферу.
Не хватало ещё подставиться под удар протонных торпед, которыми так любят «баловаться» истребители противника.
Он вынул из кармана старинный хронометр. Откинув крышку, провёл большим пальцем по портрету. Переместил взгляд на циферблат.
Минута с момента начала операции.
Противник, как бы ни старался, не представлял угрозы для «Повелительного». Даже если из дока выползет второй фрегат, вдвоём эти корабли, лишённые бортовой авиации, даже при поддержке истребителей местных сил обороны, не смогут ничего противопоставить кораблю. У них нет ни протонных торпед, ни ударных ракет — лишь небольшое количество турболазеров. Да лазерные пушки. В немалом количестве, конечно, но в артиллерийской дуэли им это не поможет.
Меж тем, канониры «Повелительного» уже проверяли на прочность дефлекторные щиты своего противника. Лучи зелёной энергии рассеивались о невидимую доселе преграду, медленно, но неуклонно, истончая её. Как бы не пытался маневрировать вражеский звездолёт — он всегда находился под ударом или башенных турболазеров, или же бортовой артиллерии, батареи турболазеров которой выплевывали из своих стволов прорву разрушительной энергии, то и дело разбавляемые огнём ионных пушек.
Алые трассеры, возникающие из-под днища «Повелительного», указывали на то, что кореллианский корвет CR90 так же присоединился к драке. Находясь близко к корпусу корабля Эрика, звездолёт мог прятаться за его дефлекторами и не особо опасаться получением ответных повреждений.
Шохаши продолжал наблюдать за тем, как противник огрызается. Его редкие турболазерные выстрелы растекались по дефлекторам «Повелительного», не причиняя самому корабль сколько-нибудь серьёзного вреда. И, вместе с тем, от взгляда капитана не укрылся и тот факт, что командир вражеского корабля пытается маневрировать, чтобы избегать перегрузки собственных щитов, не позволяя им истончиться настолько, чтобы возникла брешь, сквозь которую артиллеристы Шохаши могли напитать тушу ударного фрегата как следует турболазерным огнём.
В исходе сражения Эрик не сомневался — протонные бомбы имперских TIE-бомбардировщиков уже рвали на куски средние фрахтовики, расцветающие огненными цветками посреди верфей, разбрасывая по орбите куски обшивки, контейнеры с грузом и собственную команду. Страдали и сами верфи, которые задело взрывами. Строительные конструкции деформировались и кусками разлетались по орбите, превращая её в кладбище мусора. Довооружаемый ударный фрегат пытался противодействовать налёту из своих многочисленных лазерных пушек, но пилоты Шохаши знали своё дело.
Корабль, пытающийся выскользнуть из плена дока, грозившего стать ему могилой, медленно набирал скорость, деформируя остатки стапелей и намереваясь выйти из зоны бомбометания, но эта судорожная попытка лишь усиливала общий разгром верфей.
В тушу переделанного тяжёлого крейсера уже впивались сотни лазерных лучей имперских истребителей, выжигая иллюминаторы и огневые посты, сметая на своём пути сенсорные антенны и решётки, оплавляя дюзы двигателей. Несколько протонных торпед TIE-бомбардировщиков уже впились в его броню, оставляя после детонации рваные дыры в броне и завихрения улетучивающегося воздуха из внутренностей кораблей. И с каждый заходом МЛА «Повелительного», количество и масштабы повреждений только увеличивались…
Эрик вновь вскинул хронометр.
Три минуты.
Долго.
Один транспорт уничтожен и разваливается на куски, второй TIE-истребители терзают, отрывая от его тщедушного корпуса кусок за куском, подобно стае голодных хищников, обнаруживших большого и тучного травоядного, не способного ни убежать, ни защититься.
Бомбардировщики под прикрытием одной эскадрильи истребителей продолжали крушить вражеский ударный фрегат MK I, и судя по количеству пробоин в корпусе и замедляющемуся ходу, он явно никуда не денется отсюда.
А вот MK II…
Эрик внимательно наблюдал за тем, как несуразный кораблик, больше похожий на морское животное-переросток, захлёбывается собственным огнём, пытается уклониться от клинча, в который с ним вошёл имперский звёздный разрушитель. Запас прочности щитов у этого корабля неплох, и капитан повстанческой посудины явно пытается реализовать это преимущество для побега… Но, кто же ему это позволит?
— Ионные орудия — огонь по кормовым щитам противника, — приказал Эрик. — Обрушить щит, обесточить двигатели.
Тактика лишения вражеского звездолёта хода с последующим его расстрелом бортовой артиллерией — самый древний из хрестоматийных приёмов ведения космического сражения. В Имперской флотской Академии его преподают одним из первых… И повстанцы наверняка его уже выучили — уж слишком часто имперские командиры проявляли его на поле боя.
Но сегодня нет смысла в реализации хитрых тактических комбинаций.
Миссия практически выполнена. Необходимо лишь уничтожить последнюю цель.
Пока вражеский корабль пытался «прокрасться» мимо звёздного разрушителя, осыпаемый турболазерными и ионными зарядами, он уже лишился большей части своего внешнего оборудования. Корабль ослеп и фактически оставался на курсе лишь по причине того, что у его экипажа оставались глаза.
И этот экипаж прекрасно понимал, что в живых их никто не собирается оставлять. Инстинкт самосохранения — самый сильный из всех, что присущи разумным. Отстраниться от своей физиологии — непросто, практически невозможно.
Потому повстанцы и бегут. Настолько быстро, насколько могут. Но их это не спасёт.
Артиллерия «Повелительного», чей корпус доворачивался вслед за убегающим противником, окончательно лишила вражеский корабль дефлекторной защиты. Отражающие экраны, налившись малиновым цветом, исчезли, не выдержав поединка с многочисленной артиллерией имперского звёздного разрушителя.
Невидимая защита пала, и корабль, более не защищаемый ничем, кроме собственной потрепанной перехватчиками брони, испытал на себе всю убийственную мощь имперской артиллерии.
Тубролазеры прожигали и плавили броню, устраивая локальные катастрофы в местах, где обшивка корабля не могла больше противодействовать атаке имперцев. Дюзы двигателей сминались огнём звёздного разрушителя и заливались огнём внутренних взрывов, деформируя корму корабля Новой Республики. Внутренние взрывы следовали один за другим до тех пор, пока на корме не осталось ни одного пышущего огнем выхлопного отверстия. На их месте остались лишь дымящие и плавящиеся куски металла, меж которых ещё мелькало пламя, подпитываемое выгорающей атмосферой из пробитых отсеков корпуса.
«Повелительный» неспешно развернулся, пристроившись к двигающейся исключительного по инерции избитой посудине противника. Вновь подали голос башенные установки звёздного разрушителя, продолжая кинжальным сосредоточенным огнём выворачивать ударный фрегат наизнанку. Обломки и кристаллизующиеся капли жидкостей из пробитых гидравлических систем звездолёта Новой Республики, окружали посудину, в которой уже мало что указывало на принадлежность к боевому кораблю. Артиллерия подавлена, корпус похож на решето. Силуэт вражеского корабля изменился с помощью имперских скульпторов с батарейной палубы настолько, что мало в чём походил на оригинальный… Ударный фрегат умирал, и «Повелительный» ускорял этот момент. А прикрывающий его днище кореллианский корвет вносил свой посильный вклад при помощи скорострелок, снайперским огнём продолжая наносить разрушения сквозь пробоины внутрь обреченного корабля.