Здрасьте, я ваш папа (СИ)
Осталось только решиться...
- Можно? - отец заглядывает в комнату.
У меня внутри все холодеет. Ноги сводит судорогой, а руки немеют настолько, что я роняю телефон. И мне приходится ползать под письменным столом в его поисках.
- Как дела? - раздается голос отца откуда-то сверху.
- Отлично, - отвечаю я, не поднмая глаз. - В следующий понедельник приступаю к стажировке.
- Это же хорошая новость?
Отец присаживается на корточки.
- Конечно! - я силюсь улыбнуться.
- А как ты вообще себя чувствуешь?
С чего вдруг такие вопросы? Неужели он слышал звуки из ванной?
- Еще пару дней отдохну и буду огурцом.
- Огурцом… - задумчиво повторяет папа. - А на соленые огурчики тебя случайно не тянет?
- Чего?
Я резко откидываюсь назад и ударяюсь затылком об опору стола. Но боли не чувствую. А чувствую нарастающую панику...
- Юль, ты беременна? - спрашивает отец.
Откуда он знает?!
* * *
Тот же самый бар.
Только на этот раз я вхожу сюда не одна. И не по своей воле.
Меня притащил отец. А для поддержки я позвала Лизу…
Папа застал меня врасплох. Потребовал назвать виновника. И мне пришлось признаться, что я ничего о нем не знаю. Кроме места нашей встречи.
И вот мы здесь.
Отец озирается по сторонам.
- Где он?
Я тоже несмело оглядываюсь. Дикаря нигде нет. И это меня сейчас скорее радует, чем огорчает.
Мы подходим к барной стойке.
- Что вам предложить? - спрашивает бармен.
Скользнув невозмутимым взглядом по нашей компашке.
- Помните, я оставляла вам фото, - выдавливаю я.
- Помню.
- Этот парень… он приходил?
- Нет, ни разу не появлялся.
Бармен отводит глаза.
- Вы же говорили, он каждый день заходит, - мямлю я.
- Так и было. Целый месяц, как штык. А тут вдруг пропал.
- Серьезно? - подает голос мой отец. - Вот так вот внезапно пропал?
- Именно.
Мой отец выглядит как уравновешенный человек. И он на самом деле очень спокойный. Если не считать моментов, когда он выходит из себя. Например, сейчас...
Он наклоняется через стойку и берет бармена за грудки. А сам рычит на него и грозно сверкает глазами.
- Имя! Адрес!
- Ч-чего? - блеет бармен.
- Любая информация про этого типа!
- Я сейчас охрану позову, - бармен с трудом освобождается от железной папиной хватки.
- А я ментов! - продолжает рычать мой отец.
Бармен начинает тараторить:
- Я ничего об этом парне не знаю. Кроме того, что он пьет “Вествлетерен”. Он не представлялся и ничего о себе не рассказывал.
- И больше не приходил?
- Ни разу! Клянусь! У меня тут новая поставка его любимого пива. А он носа не кажет.
- Если придет, скажи ему, что она, - Лиза указывает на меня. - Беременна!
Я изо всех пинаю подругу под стойкой. Кто ее просил? Блин, это все и так унизительно, а она еще усугубляет… Я, вообще-то, ее для поддержки позвала!
Это просто невыносимо!
Я вскакиваю с табурета и пулей вылетаю из бара.
* * *
- Да плевать на этого трусливого мудака! - высказывается отец. - Не нужен он нам. Сами справимся.
Мы уже дома.
Поход в бар закончился ничем. Если не считать моей растоптанной гордости.
И Лиза, и отец уверены, что бармен врет. Мол, этот мой бородатый дикарь просто не хочет связываться. Вот и морозится.
Я с ними согласна. Очень уж неправдоподобно звучит версия, что он внезапно перестал приходить. Наверняка бармен его покрывает.
А теперь Лиза во всеуслышание заявила о моей беременности…
Эта информация, конечно же, дойдет до дикаря. И после этого он точно не станет звонить...
Но мне плевать. Я его ненавижу!
- Котенок, - отец обнимает меня. - Не кисни. Все будет хорошо. Вот увидишь. Я всегда буду рядом. И ты очень скоро поймешь, какое это счастье…
Счастье?
Серьезно?
Что-то мне в это не верится...
* * *
Раннее утро. Со времени нашего позорного визита в бар прошло несколько дней. Дикарь, естественно, так и не позвонил.
Отец еще спит - он часто работает допоздна, а потом отсыпается. А я сегодня почти не спала...
Меня снова вырвало в ванной - надеюсь, в последний раз. Я почистила зубы, оделась и тихонько, как мышка, выскользнула из квартиры.
Папа, к счастью, не проснулся.
А меня встретило хмурое дождливое утро. Такое же мерзкое, как мое настроение...
Я очень долго мучилась и сомневалась. Но теперь я окончательно все решила. Я иду в клинику.
Я не готова к такой ответственности. В моей жизни все должно быть по-другому!
12
Юлианна
6 лет спустя
- Пап, привет. Как у вас дела? Да, я помню, что звонила час назад. Но я соскучилась! Наверное, зря я осталась…
Надо было улететь домой после торжественного закрытия IT-конференции. Но мой начальник внезапно, на радостях от подписанного соглашения, предложил мне пять дней отгулов. И номер в гостинице на первой линии. Где из окна видно море, а утром тебя будят крики чаек…
И я согласилась. Ведь я реально вымоталась! Это благодаря моим неустанным стараниям бумаги были подписаны.
Несмотря на то, что конференция проходила в прекрасном курортном месте, у меня не было времени насладиться всеми его возможностями.
Я каждый день пускала слюни, глядя на море с балкона. И бежала на конференцию. Лишь рано утром или поздно вечером удавалось искупаться. В прохладной воде, без согревающего солнца.
А я так мечтала понежится под его лучами...
Но сейчас я думаю: зачем я осталась? Я ужасно соскучилась! Да и не в радость все это одной...
- Не говори ерунды! - перебивает меня папа. - Отдохни там как следует.
Я вздыхаю. И спрашиваю:
- Что там наша принцесса творит?
А она точно творит! Я в ней не сомневаюсь.
- Красит когти коту, - невозмутимо произносит папа.
- А кот что?
- А ничего. Я его держу.
- Серьезно?
- Ага. Он смирился и мужественно принимает удары судьбы.
- Бедняга. Передай ему: с меня ягнячий паштет.
- Слышал, Мурзик? Терпи. А ведь тебя еще ждет фотосессия...
- Дай трубку Даше, - прошу я.
- Мама! - раздается звонкий голосок. - Ты привезешь мне большую ракушку?
- Конечно, солнышко. Самую большую, какую только смогу найти.
- А синюю тушь для ресниц? - делает очередную попытку моя не по годам гламурная дочь.
- Тебе еще рано краситься, - говорю я строгим голосом. - И у тебя очень красивые ресницы безо всякой туши.
А сама улыбаюсь.
Я не знаю, как получилось, что моя дочка - истинная принцесса. Такая девочка-девочка. Не то что я была в детстве…
Даже папино суровое мужское воспитание не отвращает Дашу от кукол, косметики, нарядов и постоянного желания устраивать фотосессии.
Она из деда веревки вьет. Он у этой королевы личный фотограф, преданный паж и Мэри Поппинс в одном лице… А со мной он был строгим и особо не баловал!
Но моя Дашуля… У нее талант очаровывать окружающих. Она любого заставит плясать под свою дудку. И только я не поддаюсь чарам гламурной принцессы.
Кто-то же должен быть строгим родителем!
* * *
Я сижу в каком-то заведении на набережной, праздную окончание конференции клубничным смузи. Смотрю на фотку дочки в обнимку с котом, которую мне только что переслал папа, и улыбаюсь.