Гуль. Харизма +20. Том 1 (СИ)
Я подобрал бедренную кость альгуля с остатками плоти, скользкую, красную, ещё «живую», сунул её в рот, сжал зубы изо всех сил и услышал хруст. Длинный язык скользнул в полость и нашёл восхитительный костный мозг, а когда он закончился, я стал с усилием пережёвывать костную ткань, удивляясь тому, что не делал этого раньше. Свежие кости оказались весьма своеобразным лакомством.
Оставалось немного отдохнуть и можно было сделать новый шаг.
* * *Игроки приходили с востока и на восток уходили, я слышал, как они говорили о некоем Улиме. Опять же воздушные трассы, которые изредка удавалось разглядеть, тянулись с востока. Полагаю, там их база, место, где игроки чувствовали себя комфортно.
Я обязан был расширять свои горизонты, лучше понимать устройство тюрьмы, иначе никогда не выберусь из неё. Следующий шаг — близкое знакомство с целевой аудиторией «Нового Мира», с теми, ради заточения кого Аврориан Анкрец тратил несметную прорву ресурсов.
Ночью того же дня я оставил склепы, стаю, чтобы отправиться на восток. Наверное, полученные уровни придавали мне смелости, раз ночь больше не казалась такой опасной. Двигаться сквозь туман пришлось долго, но в конце концов я наткнулся на первый признак цивилизации, — дорогу. Она рассекала Великий Погост широкой и ровной лентой; допотопная, сложенная из каменных плит, но явно не заброшенная.
Когда я приблизился — ощутил неясную тревогу. Внутри проснулся разум моего молчаливого попутчика. Это примитивное существо заволновалось, стало дёргаться, изо всех сил стараясь оттянуть меня назад. Не сразу, но я понял, что источник тревоги — растение, оплетавшее деревянную ограду по обочинам дороги. Это был какой-то вьюн с тонкими стебельками и красивыми жёлтыми бутонами, которые испускали свечение. Цветы были раскрыты даже посреди ночи, от них шёл запах… страха? А ещё казалось, будто они издавали тоненький звон где-то на грани слуха. Всё это отпугивало гуля во мне, хотя человеческая сущность оставалась вполне спокойной.
Решив пока не соваться прямо на дорогу, я побежал вдоль неё и к утру, когда голод окреп, а конечности устали, я был вознаграждён. Там, где заканчивался лес, севернее его опушки, на равнине, из которой торчали медово-белые скалы, раскинулся город.
Небо просветлело, туман стал реже, и я увидел десятки летающих кораблей разной конструкции: больших дирижаблей-тихоходов, изящных парусников с боковыми крыльями, и юрких букашек на реактивной тяге. Вот он, Улим.
Глава 7. Улим
Он стоял севернее опушки леса, на равнине, из которой вздымались медово-белые скалы. Роса брильянтами сверкала на зелёной траве, а туман словно не желал соваться к городу, отчего воздух был свеж и прозрачен. Птицы порхали над красно-зелёными крышами вместе с летающим транспортом, и только одна каменная башня выделялась на фоне архаичных, невысоких построек. Вероятно, это был воздушный порт.
Что ж, вынужден признать, выглядело красиво. Либо же я так давно отвык от голубого неба и ярких цветов, что при виде Улима немного опьянел. Но, всё же, хоть этот странный город и казался мне очень привлекательным, спешить туда я не мог, что-то подсказывало, — население не обрадуется гулю. Поэтому я залёг на краю леса в тени, среди жиденьких туманов и стал наблюдать.
Улим был очень даже населён, над ним постоянно сновали корабли, а по дороге к городу часто прокатывался транспорт: от древних телег, запряжённых животными, и одиночных всадников на странных существах, до самоходных машин, изрыгавших из труб цветной дым. Небольшие группы то и дело выходили за границу города, либо, наоборот, спешили к нему с Великого Погоста.
Сбоку от дороги, там, где начинался пригород, располагалось высокое серое здание с колоннами, разноцветными стёклами в окнах и посеребрённым куполом. В него входили и выходили игроки, причём выходило их больше. Вероятно, начищенный металлический знак, встроенный в стену над входом и торчащий на нескольких башенках, имел какое-то значение… А вот этих игроков я узнал.
Из большого здания вышли трое: эльф, человек и полурослик, — копейщик, дебоширка и целительница, мои старые друзья. Они направились к дороге и в сторону городских построек. Я не смог устоять и побежал следом, держась поодаль, стараясь не попасть никому на глаза. Мне удавалось, вероятно помогала Ловкость, дававшая надбавку Скрытности.
Стараясь не терять троицу из виду, я добрался до широкой канавы, опоясывавшей город. Игроки пересекли её по мосту и вошли прямо на мощённые камнем улицы, а мне пришлось перейти по колено в пахучей воде, и вскарабкаться на кирпичный фундамент.
Улим пестрел множеством различных гуманоидов, у меня не было времени присматриваться, но даже мельком насчитал больше двадцати различных видов и рас, от двух с половиной метровых гигантов до коротышек человеку по пояс. Все они занимались какими-то своими делами на солнечных улицах, а я крался в тенистых подворотнях, мимо мусорных контейнеров и труб, пока, наконец, троица не достигла цели.
Трактир «Длинная утка» был сложен из красного кирпича, имел свежевыкрашенные белые ставни и кованые решётки на окошках цокольного этажа. У него была крытая веранда со столиками, а из окон вкусно пахло жареной рыбой.
— А вот и Мэдди! — услышал я голос эльфа, притаившись в проулке под окном, спрятанный от взглядов несколькими ящиками.
— Понимания и процветания, Киршем. — Этот голос принадлежал женщине и звучал молодо, но глубоко, весомо. — Как прошёл твой квест на гулей?
— Немного не так, как я рассчитывал, но…
— Мы двое суток просидели в Инкарнаме, — жалостливо сообщила лекарка.
— Латт! Зачем ты ей рассказала?
— Бедняжки, — ответила названная Мэдди, — сочувствую вам.
— Этого не произошло бы, не брось ты нас в последний момент! — обвинил эльф.
— Прости, не думала, что тебя за городской чертой даже гули запинать способны.
— Их была сотня! — воскликнул эльф. — Они нас завалили телами!
— Очень нетипичное поведение для гулей, они обычно трусливее ратлингов.
— Полсотни их было от силы, — задумчиво поправила дебоширка.
— Комба! Ну в самом деле!
— Помнится, — продолжала названная Мэдди, — я предупреждала, что заказ на гулей с таким большим вознаграждением не может не таить подвоха. Он был анонимным, значит, его разместила система, которая высоко оценила опасность.
— Это всего лишь гули! — возразил эльф. — И если бы ты не упрямилась, то сейчас могла бы разделить с нами празднование…
— С тобой, Киршем, я не хотела бы разделять ничего.
Я не сдержал усмешку.
— О вашей проблеме я уже наслышана, — продолжала Мэдди, — Белла рассказала.
— Она уже возродилась? — спросила дебоширка.
— Как только умерла. Белла умная девочка, регулярно делает подношения в храме Фазмалии, а не устраивает марафоны по улице красных фонарей. Скоро накопит на собственный духовный якорь и вообще перестанет попадать в Инкарнам. Ты тоже мог бы, Киршем, если бы уделял мне должное внимание.
— Я уделял…
— Постоянные предложения заняться сексом — не тот род внимания, о котором я говорю. Вообще-то, Киршем, думаю, если бы ты вкладывал в боевые приключения хоть треть рвения, которое вкладываешь в бордельные, то давно был бы обвешан достижениями, легендарным оружием и бесплатными женщинами. А пока только венерические дебаффы на потеху Латт.
Откуда-то послышался громкий смех, видимо, в заведении присутствовали и другие посетители.
— Знаешь что, Мэдди…
— И ещё одна причина, по которой я была вынуждена отказаться от дальнейшей связи, — не люблю, когда меня так называют.
— Хватит, я не обязан это слушать!
— Не слушать — твой второй по силе талант, сразу после неумения распоряжаться деньгами. Киршем, ты хороший индивид, бестолковый, но хороший. Однако же я слишком высоко ценю своё время, чтобы тратить его на того, кто не желает слушать. То тебя в налёт на харвестера позвали, то ты сам решил зачистить логово гулей. Оба раза я была против, и оба раза вы отправлялись в Инкарнам.