Гуль. Харизма +20. Том 1 (СИ)

— Невхия, Хранительница Баланса, Госпожа Гармонии, — говорила ведьма с потаённой торжественностью, — у неё нет храмов, нет культа, жрецов, верующих, нет вообще ничего, потому что она ни в чём не нуждается. На её плечах весь Галефрат, её вычислительные мощности безграничны, и используются почти на сто процентов. Давайте не будем задерживаться, Антон, ты первый.
Я не был уверен в том, что должен сделать. Что бы там ведьма ни говорила, всё это слишком походило на храм, следовало крепко держать в голове, что Невхия не богиня, она просто очень развитая нейроматрица, управляющая виртуальной реальностью. Требуется просто оформить запрос.
— Я настоящий мыслящий человек, помещённый в «Новый Мир» против собственной воли с целью причинения мне боли. Эта игра существует, чтобы давать людям новые возможности, расширять и разветвлять пути, наполнять новым смыслом их жизни, но меня лишили даже такого, дали урезанный клиент, выбрали за меня моба, поставили в заведомо невыгодное положение относительно других. Не хочу быть здесь ни одной лишней минуты, желаю покинуть эту систему, чужеродным элементом которой стал. Моё нахождение внутри превращает «Новый Мир» в инструмент пыток, а это идёт против принципов и задумок главного креативного директора Ледо Нифтара. Прошу выпустить меня в реальность.
Ведьма поняла, что это всё, и тихо вздохнула:
— Мог бы постараться и получше. Для себя же, Антон.
— Теперь я! Теперь моя очередь! — От волнения Лиззи сцепила забинтованные руки перед грудью. — Я Елизавета, генетическая серия «Кронштайн», личный номер: ноль, шесть, ноль, ноль, девять, четыре, два. Также была помещена в «Новый Мир» против собственной воли, много страдала от несправедливости и предвзятости к мумиям, и продолжаю страдать от бесцветности существования! Не хочу никуда уходить, мне и здесь будет неплохо, если смогу чувствовать, как раньше! «Новый Мир» был создан, чтобы дарить эмоции, чувства, радость, а я исключена из этого процесса, что противоречит задумке Ледо Нифтара! Хочу опять получить живого, чувствующего персонажа, способного наслаждаться жизнью! У меня всё!
Мы оба посмотрели на Мэдлин, а она следила за гигантскими весами наверху. Тишина тянулась, я уже собирался спросить, правильно ли мы всё сделали?
— Может, она плохо слышит? Может, надо было кричать? Я Елизавета…
Прозвучал оглушительный звук, будто гора треснула от вершины до самой подошвы, Дом Невхии вздрогнул, и мумия с визгом спряталась за меня.
— Обойдёмся без крика, — произнесла наконец Мэдлин, — сомнений быть не может, Невхия услышала вас.
Ворон крикнул громко, нахохлился, а его хозяйка указала посохом на весы. Чаши дрожали.
— Она решает.
— И сколько времени это займёт?
Ведьма вынула из воздуха раскладной стул, устроилась поудобнее и открыла новую книгу.
— Понятно.
Я уселся на пол и Лиззи примостилась рядом. Весы мелко дрожали в вышине, огонь гудел, а шар источал закрепощающий холод, который чувствовался даже снизу. Скоро мумие стало скучно, и она пошла гулять по Дому Невхии, переходя с белой половины на чёрную и обратно.
— А ты не задумывался, — произнесла Мэдлин, глядя в книгу, — что будет, если сейчас тебе откроется выход в реал, Антон?
— Хм?
— Лиззи рассказала, как попала сюда. Думаю, ты тоже в похожем положении, внутри какого-то незарегистрированного СГП. Если Невхия решит отправить твою психоматрицу обратно в тело, что ты будешь делать?
— Вырвусь и уйду.
— Тебе такое по силам?
Ты даже не представляешь, Мэдлин, что мне по силам в реальности. Даже без имплантатов. Моя способность к саботажу уступает лишь моей способности к агитационной работе. Сейчас, там, моё тело должно было уже достаточно восстановиться, чтобы я смог использовать весь боевой потенциал, охранные дроны станут большой, но преодолимой проблемой, а дальше… прятаться и убегать я давно научился.
— Будем стараюсь мыслить позитивно.
— Иногда этого оказывается недостаточно.
— Я бы сказал, что этого всегда оказывается недостаточно, однако, что ещё остаётся? И, на всякий случай, если всё произойдёт спонтанно, я благодарен тебе за время, которое ты на меня потратила, и за усилия, которые приложила. Твоя доброта велика, хотя и полностью соответствует столь развитой и прекрасно сбалансированной личности.
 
— Это… — ведьма чуть поджала губы, — …очень точное и совершенно справедливое замечание. Мне тоже было… приятно.
— Сейчас не видно, но, я улыбаюсь. Пожалуйста, позаботься об игровом имуществе, которое я скопил. Топтер и так зарегистрирован на твоё имя, остальное тоже бери, надеюсь, всё это тебе пригодится.
— Можешь быть уверен… Ты слышишь это? — Мэдлин подняла лицо, чуть прищурилась.
— Да, — ответил я, — думал, это внутри.
— Нет, гудит снаружи. Это двигатели.
— А-а-а!
Мы обернулись к Лиззи, которая указывала вверх. Сквозь хрустальный купол здания, покрытый снегом и наледью, был виден огромный тёмный силуэт, медленно закрывавший небо. Воздушный корабль.
— Мы ждём кого-то в гости?
— Любой может войти в Дом Невхии. — Ведьма говорила со своей обычной уверенностью, но мой слух не лгал, — она напряглась. — Возможно, другие просители…
В этот миг купол взорвался, и я прыгнул, сбивая Мэдлин с ног. Бесчисленные осколки зазвенели о мою спину, тогда как ведьма сжалась, пряча ворона в шляпе. Всё продлилось недолго.
— Ты в порядке?
— Никакого урона не получено, — уверенно сообщила она.
— Лиззи! — Я задрал голову, насколько позволили костяные доспехи.
— У меня всё путём!
Мумия стояла посреди битого хрусталя, пожалуй, на единственном месте, куда не упал ни единый осколок.
Сквозь отверстие в потолке на ранцевых глайдерах проникли три фигуры. Они опустились на пол так тяжело, что Дом Невхии опять вздрогнул. Таких богатых доспехов я ещё не видел.
Двое были идентичны друг другу, рослые, массивные, закрытые полированными пластинами стали, украшенными золотой чеканкой; на головах сидели закрытые шлемы с синими волосяными гребнями; к массивным наплечникам сзади цеплялись синие плащи, а поверх грудных пластин виднелись синие же сюркоты со знакомым серебряным крестом. Эти двое были вооружены украшенными золотом алебардами, у которых вместо копейного острия сверху был остро заточенный синий кристалл. Дескрипторы сообщали: «Гвардеец Ордоса 180 уровня, человек (НИП)».
Третий превосходил даже своих спутников, он был ещё выше, ещё мощнее, и одет ещё более помпезно, — не доспехи, а произведение искусства, таящее угрозу. Его шлем изображал оскаленную морду льва с серебряной гривой; на огромных плечевых пластинах сверкали платиной кресты, синий плащ с золотой бахромой подметал пол, и на каждой из огромных рук сверкал щит с виде всё того же пресловутого креста. В центре каждого щита сидел крупный синий камень, а дескриптор сообщал: «Родульфус Ормунд, Лев Запада, генерал Ордоса 200 уровня, человек (НИП)».
— Мы в беде? — тихо спросил я.
— Когда кошка оказывается перед собакой, — это беда, а когда криль оказывается уже в пасти кита…
— Эй, Мэдлин, мы в беде? — крикнула Лиззи.
— Она как раз придумывает какое-то зоологическое сравнение, через минуту станет ясно! — ответил я.
— Можете в этом не сомневаться, — гулко заговорил незнакомец в львином шлеме, — вы в большой беде. Грезящая Мэдлин Пентеграм, именем Ордоса ты приговариваешься к одной смерти.
Я вскочил, понимая, что по глупым законам игры, шанса у меня не было. В реальности мог бы схватиться и с тремя силовиками, но здесь, под ярмом условностей…
Один из гвардейцев шагнул к ведьме, поднимая оружие, на меня не обратил внимания, и получил удар когтями в руку. От неожиданности он даже охнул, когда атака засчиталась. Но даже с надбавкой в сто тридцать один процент за «Свирепого Карлика», шкала жизни гвардейца сократилась только на волосок. Между нами лежала пропасть силы.
— Не убивать, — приказал Ормунд.
— Слушаюсь, генерал!
Гвардеец едва коснулся меня кулаком и отправил в полёт на три десятка шагов. Я рухнул поодаль, едва не потеряв контроль над телом, попытался осознать урон. От шкалы жизни осталось меньше десятой части, и она медленно сокращалась, перед глазами пульсировали пиктограммы кровотечения и сотрясения, грудной панцирь покрыла сеть трещин, сквозь которые утекала жизнь.