Сирена и Василиск (СИ)
С трудом сдерживаясь, чтобы не броситься в свою комнату, и наконец сбросить ставшую ненавистной в последние часы личину, девочка вышла из машины, и спокойно направилась в сторону дома. План строения она знала наизусть, и не боялась заблудиться, но все же сейчас здесь хозяйничал Михаил, и стоит все же узнать, что изменилось здесь с его переездом.
— Прошу. Раз, вы согласны, на счет нашего совместного проживания, надеюсь, согласитесь уступить мне западную часть здания, а сами, разместитесь в восточной?
— Согласна. Но как я вижу, в доме многое поменялось.
— Да, я кое что изменил. Разумеется с согласия вашего отца. Со всеми изменениями я познакомлю вас, ближе к вечеру. А пока, вам покажут ваши комнаты. Вам стоит отдохнуть как следует. Прислать кого-нибудь в помощь?
— Не стоит. Я бы хотела просто побыть одна. И еще, Михаил, очень прошу вас, убрать камеры из моих комнат, если они есть. А так же из кабинета, в офисе. Надеюсь вы выполните мою просьбу.
— В ваших покоях камер нет. А вот что касается кабинета, то боюсь что не смогу удовлетворить вашу просьбу. У нас уже были прецеденты, когда на сотрудников да и директоров оказывалось давление. Поэтому, во всех кабинетах есть скрытые камеры. Но их нет, в небольшой комнате отдыха, примыкающей к вашему кабинету.
— Хорошо, спасибо хоть на этом. Девушка отвернулась, и подхватив свои вещи, практически бегом направилась к комнатам, на которые указал Михаил. А он вспомнив, сколько весила эта сумка, с удивлением посмотрел ей в след. Впрочем заострять на этом внимание он не стал, направившись к себе.
Алина, захлопнув за собой дверь, сразу же направилась в сторону ванной. Она конечно верила словам Михаила, о том, что камер нет, но рисковать не решилась, и только запершись в ванной, она смогла наконец-то стать собой. На сей раз, обратное превращение было очень болезненной процедурой. И только увидев в зеркале, свой новый облик девочка успокоилась.
Наполнив ванну, и с наслаждением растянувшись в ней, она принялась обдумывать свои дальнейшие действия, а также проблемы которые ей предстоит решить. Например, что делать с камерами. Да и с тем, что её комнаты не запираются. В прочем на счет последнего стоит поговорить с Михаилом. Скорее всего, он прислушается к её словам, о том, что она чувствует себя незащищённой, не имея возможности запирать двери.
Спустя час, в кабинет к Михаилу постучалась одна из служанок.
— Господин, госпожа уже более часа не выходит из ванной. Как бы чего не случилось. Она была очень бледной, когда приехала.
— Вы заходили к ней в комнату?
— Да, мы принесли постельное белье.
— Запомните на будущее, в комнаты к Айше никто без её позволения не заходит. Я сам с ней разберусь. А вы позовите мне плотника. Он должен быть здесь через час.
— Да господин. — служанка исчезла, а Михаил вздохнув направился в восточную часть дома.
Заходить в комнату он не стал, просто громко постучал в дверь.
— Айша! — несколько минут не было никакого ответа, а потом дверь открылась, позволяя мужчине войти.
— Вы что то хотели?
— Лично я нет, но слуги забеспокоились, когда вы так долго не выходили из ванной.
— Со мной все в порядке. А к вам у меня просьба.
— Я слушаю.
— Если можно, я хочу сделать замок на двери в мои комнаты. Не люблю засыпать, зная, что в комнату может зайти кто угодно.
— Я уже вызвал плотника. Не беспокойтесь. Всем остальным вы довольны?
— Вполне.
— Ну что же, примерно через час, замок у вас на двери будет. Что касается тайных ходов, восточную часть я проверил, и закрыл два обнаруженных потайных хода. В западной части детально все изучить я не успел. Тем более, что доверять я могу пока только своим людям. А проблем в корпорации накопилось столько, что домом вплотную заняться невозможно.
— Значит со слугами, вы еще не говорили?
— Нет. Во-первых, они вряд ли признаются, тем более мне. А во вторых как я уже говорил, я просто не успеваю. Завтра сами увидите насколько тяжело удержать ситуацию в корпорации.
— Много недоброжелателей?
— Убедитесь сами. Вас вряд ли минует такая же чаша. И я надеюсь, что слуг в этом доме вы возьмете на себя. Я не только о подозрениях вашего отца говорю, но и вообще о ведении дома в целом. Мне часто приходиться отсутствовать, да и задерживаться на работе допоздна, а это не всегда хорошо сказывается на домашних.
— Хорошо, я попытаюсь.
Тогда отдыхайте, я больше вас сегодня не потревожу.
Михаил ушел, а Алина, прижавшись спиной к двери, сняла иллюзию. На сей раз, полностью перевоплотиться у неё не хватило времени, да и сил тоже. Но вроде, не прокололась. Девочка больше всего боялась общения именно с Михаилом. Он был из её прошлой жизни. Той жизни, из которой она сбежала, оставив за собой две могилы. Одну в земле, другую в море. Но пока вроде пронесло.
Через час, замки на дверях были установлены. Алина сама проделала некоторые манипуляции, благодаря которым, теперь без её позволения никто не мог зайти в ее комнаты, и только после этого смогла расслабиться. День был тяжелый, да и последующие тоже будут не легче. Стоит немного отдохнуть.
Глава 2
В кабинет, резкими шагами вошел мужчина. Некрасивое, обезображенное шрамами лицо было хмурым, что не добавляло ему привлекательности.
Хозяин кабинета, с удивлением на него посмотрел, но ничего говорить не стал, только вопросительно посмотрел на гостя.
— Она приехала.
— Кто?
— Старшая наследница Алея.
— И?
— Что будем предпринимать?
— Ты с ней встречался?
— Нет.
— Вот и держись подальше. Меня она тогда не видела и не узнает, а ты постарайся на некоторое время исчезнуть из вида.
— И долго я должен от неё бегать?
— Пока я не узнаю, сколько ей известно о событиях десятилетней давности. А пока рисковать не стоит. И еще, узнай, где её прятали. Да и местонахождение остальных сестер узнать не помешает.
— Уже. Но отец все же сделал все возможное, чтобы спрятать дочерей. Старшая дочь нигде надолго не задерживалась. Она объездила почти полмира. Средняя сестра, наоборот просто исчезла, о её местонахождении мало что известно. От слуги из особняка я узнал, что она тоже в скором времени появиться в городе. Правда жить в особняке, и работать на корпорацию она отказывается.
— Что на счет младшей?
— Вот о ней ничего не известно. Совсем. Девочку спрятали так, что найти следы ребенка невозможно.
— Я даже могу понять, почему Акей её так надежно спрятал. После тех событий, девочка все равно полноценной не стала бы. Вот только эта его странное завещание с толку сбивает. Ведь в ней, он назначает девчонке опекуна только до её совершеннолетия. Ну ничего, ему недолго осталось. На похоронах отца девочка обязательно появиться. И мы наконец узнаем, что из неё выросло. И когда вся семья будет в сборе, мы ими займемся вплотную.
— А что делать с новым президентом компании Алия?
— Его пока не трогайте. Он опасен. Сначала надо разобраться с семьей Алия. Потом и его время придет.
— Он приставил к девчонке охрану, причем из своих людей.
— И как она отреагировала?
— Пока неизвестно. Возможно, она пока о них еще не знает.
— Так сделай так, чтобы узнала. Представь все так, будто тем самым он её контролирует, лишает свободы передвижения ну и так далее по ситуации. Мне что ли тебя учить? Она сама должна отказаться от охраны. Тебе ясно?
— Сделаю.
— Тогда займись, и не забудь, что лично с тобой она встретиться не должна.
Мужчина вышел, а хозяин кабинета открыл сейф и забрал из неё три небольшие папки. Открыв каждую, и разложив папки на столе, он внимательно стал рассматривать фотографии детей, изображенные на первой странице личных дел. С первого, на него смотрела большеглазая девочка с умными живыми глазами. Включив компьютер, он открыл изображение с камеры наблюдения корпорации. На него с экрана смотрела девушка, очень похожая на ребенка с фотографии, только старше на десять лет. Да похожая, но и в тоже время она сильно отличалась от ребенка. Перед ним на экране было изображение человека, не запуганного или забитого жизнью, как он ожидал, а уверенного в своих силах, сильного человека. Да, именно таким было первое впечатление. Если не смотреть в глаза. Именно глаза девушки заставили его нахмуриться. Чем можно запугать ту, которой все безразлично? У ребенка с фотографии в глазах был целый мир. А вот у девушки с экрана, этот мир был разрушен. Причем так, что даже руин не осталось.