Горькое ожидание. Дай мне шанс (СИ)

Ушла от него, не оборачиваясь. Вдруг передумаю?
Когда разносила "бесплатные" блюда, Астрова в ресторане уже не было. Вот и чудненько, нечего мне глаза мозолить.
Остаток вечера прошёл в суете: заказов было неприлично много благодаря моим стараниям. На кухне секрет волшебства никто не узнал: я относила счета и сама же их оплачивала. За счёт Даниила, естественно.
Как смогла провернуть такую операцию — не знаю. Всегда с осторожностью относилась к разного рода авантюрам, но сегодня меня понесло.
Полное осознание содеянного пришло утром, после пробуждение. Воспоминания безумного вечера придавили тяжёлым грузом: стало стыдно за своё безбашенное поведение.
Ну как, как Катя Миронова могла додуматься до такого? Расскажи кому, кто хорошо меня знает, в жизни не поверят.
И возможность проверить мою теорию на практике тут же представилась. Смартфон разразился трелью от входящего вызова: Любавина.
— Алло — ответила поникшим голосом. Мысли о моих проделках продолжают атаковать, а стыд выкручивает внутренности.
— Приветики! — прозвенело в свойственной одной Милке манере — Как делишки?
Я, видимо, не до конца пробудилась, поэтому не сразу ответила.
— Мил, я такое натворила…
— Что случилось? Сама в порядке? А то голос у тебя, будто ты не проснутая какая-то… — затараторила щебетунья.
— Ох, Мил, долго рассказывать… — прижимая к уху телефон, потянулась за одеждой. С комнатой мне повезло — поселили отдельно от остального персонала, но вот кухня всё-таки общая. А я сейчас испытываю иссушающую жажду, так что пора выбираться из кокона.
По пути вкратце посвящаю Любавину в курс событий. Жду критики, но вместо этого девчонка громко и заливисто смеётся. В какой-то момент даже переживаю: с ней всё в порядке? А то мало ли, задохнулась от смеха.
— Ты супер, Катюха! — изрекает, отдышавшись — Я не ожидала от тебя, даже завидую немного. Веселишься.
Вот глупая, нашла чему завидовать. Я тут переживаю, места себе найти не могу, а она завидует.
Разговор заканчиваю с твёрдой уверенностью: приложу максимум усилий, чтобы исправить ситуацию. С Даниилом я поступила некрасиво.
Глава 18.
Даниил.
Приехал, называется, отдохнуть!
И угораздило меня опять с черноглазой встретиться?
Хотя, кого пытаюсь обмануть? Я знал, что Катя будет здесь, знал, куда она уехала, и специально поехал за ней. Зачем? Сам не знаю. Разговаривать, да и обсуждать её увольнение в планах не было, это как-то само собой вышло.
Просто хотел увидеть её. Чтобы улыбнулась мне, и тогда этот отпуск стал бы лучшим в моей жизни.
И Катерина улыбалась. Но только не мне, а каким-то балбесам за соседним столиком. Вот я и наговорил ей гадостей, от злости. На мою долю выпала лишь фальшивая улыбка, после которой она лишила меня всей налички. Пришлось с утра пораньше ехать на поиски банкомата и снимать деньги. Мало ли что? Вдруг она опять захочет благотворительностью заняться?
Сказать, что я был шокирован поступком Мироновой, это ничего не сказать. Я был в бешенстве. И дело вовсе не в деньгах, которые она так ловко увела из моего бумажника. Дело в её демонстративном презрении. Но ничего, я быстро наведу порядок в её голове.
Выбираю самую белоснежную футболку, привычным движением взлохмачиваю слегка отросшие волосы и спешу поскорее оказаться в ресторане, пока никто мой стол не занял.
Боевого настроя хватает ровно до момента, когда в поле зрения возникает Катя. В классической чёрно-белой форме, с тщательно собранными на затылке волосами, она кажется такой хрупкой и беззащитной. Как только подойдёт, сразу приглашу на свидание.
И она подходит, только я опять включаю подростка и не могу набраться смелости, чтобы поговорить с девушкой. Если кто узнает, не поверит, что сам Даниил Астров, чьего слова не боится разве что младший брат, может робеть.
За то время, что был вдали от девчонки, понял: мне её не хватает. Работа не ладилась, с коллегами переругался, хоть с отцом не сцепился, и на том спасибо. А всё из-за Кати. И плевать, что будет в будущем, жизненно необходимо стало увидеть её.
 
Поэтому, как только заявление на отпуск было подписано, я сел в машину и отправился на встречу со своими грёзами. Абсолютно неважно, что в этом пансионате основной контингент отдыхающих — люди за пятьдесят. Не заскучаю, найду, чем заняться.
И нашёл: сижу вот, на Катю пялюсь. Жду, когда ко мне подойдёт.
— Добрый вечер, Даниил Витальевич! — а голосок-то у девчонки дрожит — Прежде хочу попросить прощения за свою выходку: больше подобное не повториться. И деньги я вам все верну, только чуточку попозже. Как зарплату получу — виновато глаза опустила. Вот глупая, да причём тут деньги? А вот то, что она извиняться вздумала, хорошо. Или плохо? Как понять?
— Знаешь, а не надо мне ничего возвращать, — расслабленно откидываюсь на спинку стула — но только при одном условии.
Девушка меняется в лице, видимо мысленно перебирая варианты, которые я могу предложить.
— Ты согласишься встретиться со мной — ставлю условие.
— Что?! — кричит, и тут же рот ладонью закрывает. Правильно, незачем лишнее внимание привлекать.
— Ничего сверхъестественного, мы просто прогуляемся — заверяю, пока она себе лишнего не нафантазировала.
— Ну, знаете! — Катя заметно разнервничалась — Я была о вас лучшего мнения!
Развернулась на сто восемьдесят и удалилась быстрым шагом. Вот те раз! Нет, Катерина, так не пойдёт.
Нажимаю на кнопку вызова официанта, жду пару минут и вижу чудное виденье. Идёт, недовольная такая, но виду старается не подавать. Независимая кошка.
— Слушаю — цедит сквозь зубы.
— Это хорошо. Это просто отлично, что ты готова меня слушать! — провожу рукой по отросшей щетине и подаюсь вперёд.
— Вы готовы сделать заказ? — ух, серьёзная какая. Прям как я обычно, но сегодня у меня есть цель: разговорить эту Дикую Кошечку. Поэтому на церемонии времени нет.
— Да! — хитро улыбаюсь — Но только если ты присядешь со мной.
Судя по выражению лица девушки, она в бешенстве и готова разнести пол ресторана. Но вовремя соображает, где находится, поэтому просто обнимает себя руками.
Забавная такая, когда злится. И почему я раньше в её действиях видел какой-то злой умысел?
— Нет! — отрезала и к соседнему столу переметнулась. Так значит? Ладно.
Выжидаю, когда закончит с гостями, и опять жму на кнопку.
Ух, на меня надвигается не кошка, а самая настоящая фурия. Глаза сверкают, а из причёски прядь выбилась, на лоб падает. Как всегда.
— Я. Вас. Слушаю! — да у этой девочки феноменальный запас терпения. Надеюсь.
— Тебе не надоело? — произношу устало. Кстати, надо бы всё-таки поесть.
— А тебе? — резко на "ты" перешла. Шустрая.
— Ну чего ты упёрлась?
Плечами передёрнула и опять восвояси утопала. Ну что же, дубль номер четыре.
Звонок. Минута. Катя.
Уже ни кошка и ни фурия: цунами. Всё сметает на своём пути. Может, меня не заденет ударной волной?
Ничего не говорит, просто смотрит то ли с осуждением, то ли с презрением. Губы поджала, дышит часто, аж кружева на её белой блузке, пришитые в области груди, колышутся.
Смотрю на неё с минуту, рассматривая бессовестно и жадно. Чувствую, что если не поговорю с ней сегодня, сойду с ума. Уже сошёл, раз так легко оборвал все условности и личные правила.
— Ну признай, что сама не против встретиться — бросаю дерзко. Знаю, что сейчас не место выяснять отношения, но эта дикарка не оставила мне выбора. Упёртая.
— Среди вещей, которые меня действительно интересуют в жизни, твоя персона находится где-то между проблемами миграции ушастой совы, и особенностями налогообложения в Конго.
Зависаю. Что это сейчас было? Кажется, кошечка кусается, придётся приручить.
— Получается, ты мне целый месяц глазки строила по причине собственной легкомысленности? — задеваю за живое. Принципиальная и правильная Катя не потерпит такого выпада, но есть шанс вывести её на эмоции. А там может, и договоримся о чём. Наивный.