Послушание и наказание (СИ)

Я коротко заскулила, показывая, что мне было больно, но по-прежнему получала удовольствие от животной хищности моего Хозяина.
– Кажется, мой котенок перепутал, когда можно играть, а когда следует беспрекословно подчиняться своему Хозяину, так? – интригующе спросил Декарт, угрожающе нависнув надо мной. – У тебя, мой маленький комочек уже есть одно наказание. За твое самое большое и непростительное непослушание. За то, что бездумно бросилась тогда на мою защиту. Я ценю твою преданность, но все же думать о своей безопасности – это первый долг моего комочка. Ничто не должно грозить твоей жизни. Ничто! Только в моих руках ты можешь забыть обо всем. Но тогда ты была не в моих руках. Так что…
Одним резким движением мужчина притянул меня к себе за ошейник и втянул носом запах моих волос.
– …сейчас я научу тебя подчиняться мне беспрекословно, – заключил Декарт. – Так как мне нравится.
Удовольствие наполнило всю мою сущность с ног до головы.
Как я скучала! Настолько, что я готова была получить разрядку от одного только предвкушения.
Тогда Декарт взял с кровати какое-то скопление ремешков, поднял мои руки вверх и надел на меня что-то типа сложно запутанной портупеи. Она опоясывала мне талию и плотно сжимала плечи. Полоска ремешка пролегла и через грудь, но на ней была застежка, а значит, в любой момент Декарт мог обнажить мои изнывающие от желания вершинки.
Также портупея имела свой ошейник, который Декарт тут же застегнул поверх моего, а уже от этого ошейника шла новая конструкция ремешков.
Возможно, эти ремешки должны крепиться к ногам?
Но нет. Декарт заковал в два из них мои запястья и теперь мои руки были вытянуты и прижаты друг к другу, последняя же часть этого «костюма» осталась неиспользованной. Пока неиспользованной.
– Гая, – Декарт заставил меня встать на четвереньки и наступил мне коленом на ту самую неиспользованную часть, чтобы я не могла сдвинуться с места. – Я больше не допущу, чтобы кто-нибудь хоть когда-нибудь посмел тебя обидеть. Ты – только мой котенок. Моя самочка. Ты принадлежишь мне вся. И сейчас поймешь, как это принадлежать мне целиком.
Декарт заставил сесть меня на колени, а затем закрепил тот самый последний ремешок у себя на левой руке и резко дернул на себя. Я конечно же упала в его руки, ни на грамм не сгруппировавшись и не подготовившись к падению.
Собраться без рук было практически невозможно, но мне это понравилось. С абсолютным обожанием я посмотрела в глаза моему Хозяину, готовая принять все его уроки, приказы и наказания…
  
Глава 82
 
Декарт вновь потянул меня за ошейник, приблизив мое лицо к его, и опалил мою кожу дыханием.
Мои интимные мышцы непроизвольно сжались от острого желания. Я так давно не играла с моим Хозяином, что уже разучилась терпеть и сдерживаться. Мне хотелось его прямо сейчас. Почувствовать его в себе. Отдать свое тело на растерзание. Стать с моим мужчиной одним целым.
Я потянулась к его губам, желая раствориться в поцелуе, но Декарт не дал мне этого сделать. Вместо поцелуя, он поднялся с кровати и потянул меня за собой на поводке, и при этом еще тянул меня за связанные руки.
Я мягко спрыгнула вниз, отметив небывалую для себя грацию и бесшумность. В прежние времена, я бы себе ступни отбила. Но все равно это произошло не так гладко, как мне хотелось. Я зацепилась ногой за покрывало, и при приземлении на пол, стянула его с кровати. Оно накрыло мне ноги выше щиколоток.
– Пойдем, моя непослушная самочка, – Декарт потянул за поводок.
Я пошла за ним, но покрывало никак не желало спадать с мои ног, и еще сильнее обмоталось вокруг щиколоток. И вполне ожидаемо, что через один шаг, я запуталась в нем окончательно, оступилась и завалилась на моего Хозяина.
Декарт усмехнулся, а я подняла на него виноватые глазки.
– Мне безумно нравится твоя неловкость, Гая, – усмехнулся Декарт. – Пожалуйста, не меняйся никогда. И посмотрим, в какую западню угодила моя самочка на этот раз.
Мужчина опустился на корточки, интригующе глядя мне в глаза, а затем вновь резко дернул меня за руки, и я резко присела вниз. Мою грудь нестерпимо закололо иголочками влечения. Сегодняшняя грубость моего Хозяина ужасно заводила меня, и я не могла оторваться взглядом от его глаз.
 
Тем временем Декарт отбросил покрывало, вновь резко встал и дернул меня за собой. Весь путь до цели, Декарт дергал меня то за поводок, то за связанные руки, тем самым поторапливая меня, сбивая с шага, вынуждая оступаться и постоянно сталкиваться с ним.
Сегодня он был не просто моим Хозяином. Он был Хозяином положения, времени и пространства. Даже собственные шаги я делала так, как он того хотел!
Мужчина довел меня до кошачьей станции, где ярусами возвышались небольшие лежанки, покрытые розовой меховой тканью. Одна из них доходила мне до талии, и Декарт все так же рвано подтолкнул меня к ней. Затем подставил на нее свою руку и, вцепившись мне в волосы, уложил грудью на руку.
– А почему моя самочка не надела выбранной хвостик? – зашипел Декарт у меня над ухом. – Снова собралась держать его в своих непослушных лапках?
– Я… хотела, чтобы это сделал мой Хозяин, – ответила я, тяжело дыша от возбуждения.
– А почему ты больше не мурлычешь? – Декарт одной рукой открыл тюбик с гелем и принялся безжалостно и настойчиво готовить меня к проникновению. – Мне это не нравится.
Я раскрыла губы, хватая ртом воздух, чтобы хоть немного унять свое возбуждение. Но Декарт сегодня был совсем другим. Таким властным, сильным и очень уверенным.
– Мрррррр, – сладко мурлыкнула я, и тут же сдавлено застонала, когда Хозяин ввел в меня основание хвостика. Оно мне показалось очень широким.
Я заскулила, и вся сжалась, боясь, что не смогу осилить этот аксессуар.
– Ну чего ты мне тут плачешь? – усмехнулся Декарт и погладил мне животик. – Я знаю возможности моего котенка, поэтому просто расслабься и прими все, что я собираюсь с тобой сделать. Больно не будет.
Я повела плечами, стряхнув мурашки, и встрепенулась. А затем зажмурилась и постаралась расслабиться. Мне хотелось быть способной на все, что Хозяин хочет делать со мной. Абсолютно на все. Поэтому, сжав пальцами предплечье мужчины, я выдохнула и наконец открылась для дальнейших действий.
Неторопливо и плавно, Декарт ввел в меня все основание целиком, а затем одобрительно погладил меня под хвостиком.
– Вот видишь, какая ты у меня умника, – довольно проговорил он. – Немного растерялась после долгого перерыва, но смогла собраться.
– Мрррр, – томно протянула я, согретая похвалой Хозяина.
В завершении образа, Декарт надел на меня ободок с ушками под цвет меха хвоста, обошел меня и с упоением принялся любоваться моим внешним видом.
– Знаешь, что такое кошачья мята? – внезапно спросил он, а я кивнула в ответ. – Сегодня ты прочувствуешь на себе тот дурман, что испытывают кошки от запах этого растения. Вдохни поглубже, мой котенок и прими свое наказание…
  
Глава 83
 
Я подчинилась Хозяину и закрыла глаза от предвкушения.
Декарт чуть сместился в бок, а затем запустил метроном, что стоял где-то совсем близко. Щелчки метронома сразу же вызвали у меня ассоциацию с прежним опытом, и я подумала, что сегодня мне тоже предстоит удовлетворить моего Хозяина именно таким способом. Но я была совсем не против. Это было такое упоение наблюдать тогда за удовольствием моего мужчины, что я всегда готова буду повторить это вновь.
Но мерные щелчки раздавались один за другим, а Декарт не спешил меня разворачивать или ставить на колени. Вместо этого он с нажимом провел большим пальцем по моему позвоночнику от поясницы до шеи. Очень медленно, проваливаясь пальцем после каждого позвонка, мужчина прошел весь путь и зарылся мне в волосы, а затем также медленно принялся спускаться вниз, но теперь нажимал еще сильнее.
Очень приятно. Мне даже не хотелось обозначать эти чувства словами – просто чувствовать.