Чудовище проклятого острова (СИ)

— Спасибо.
Кайден на мои слова только кивнул.
В кабинете горело несколько свечей, что бросали причудливые тени на деревянные стены. На столе были разбросаны писчие перья, письмо с еще невысохшими чернилами и свитки. Кайден явно провел здесь последние несколько часов, судя по комкам разбросанной исписанной бумаги, которые валялись где ни попадя.
— Вы где застряли? — спросил Кристиан. — Никак миловались, голубки?
Мы с Дан-яром на него мрачно взглянули, тот приподнял руки, мол, сдаюсь, но паскудную ухмылку с лица не стёр.
И что за человек такой мерзопакостный, спрашивается?
Склонив голову, он что-то прошептал Дорис на ушко. Та бросила на него хмурый взгляд и отошла.
— Располагайтесь, — отчеканил Кайден, проходя за стол.
Для Дорис Кристиан услужливо отодвинул стул, а вот мне с подлецом пришлось бороться за тот, что был ближе к ней. Мы буквально пытались спихнуть друг друга, толкаясь локтями.
— Я первый сел!
— Вообще-то девицам положено уступать!
— Это благопристойные дьяры уступают, — вернул мне мою шпильку, зараза!
Раздался тяжелый вздох Кайдена и протяжное: «О, Великие, дайте мне сил!».
— Прекратить! — гаркнул Дан-яр, стукнув кулаком по столу. — Ты! — указал пальцем на Кристиана, — уступи ирле место. Немедленно.
Толкнув напоследок недоумка, победно улыбнулась, но улыбка увяла, стоило только посмотреть в сторону будущего супруга.
— Г оспода, коль мы с вами оказались в таком весьма разношерстном составе на корабле, а с корабля, как известно, не сбежишь, — выдержал многозначительную паузу, словно подчеркивая, что сбежать можно только за борт. На корм рыбам, само собой. — Предлагаю установить правила.
Кристиан, — начал он с самого буйного, — после заката тебе запрещено приближаться к каютам девиц.
— Н-но, — заикнулся было сорванец, но был оборван.
— Нет. Все насущные вопросы решай до заката, остальные — на суше.
О каких вопросах говорил Кайден все прекрасно поняли без подробностей. О тех самых, что у Кристиана чесались в причинном месте.
— Ты, — указал на меня пальцем. Фи, какой моветон. Право слово! Ирлу Беатрис уже пришлось бы откачивать нюхательной солью. Слава Далии, что я девица не из впечатлительных. — Воздержись от своих трюков.
— Это каких еще трюков?
— Прекрати вынимать душу из моих воинов.
А ещё называют себя суровым народом. Тоже мне воины! Даже хрупкую ирлу не могут обуздать!
— Дорис, — перевёл взгляд на девицу. Та хлопнула большими зелёными глазами и дьяр смягчился, — после заката лучше оставайтесь у себя в каюте. Во избежание некоторых. досадных недоразумений.
Под «досадными недоразумениями» подразумевался недовольный Кристиан.
— А что же насчёт вас, милейший? — прищурилась я, поддаваясь вперёд.
— Меня?
— Разумеется! Как насчёт того, чтобы выполнить данное обещание? — припомнила я выдуманную традицию.
Кажется, у Кайдена дернулся глаз. Его губы подергивались, как если бы он сдерживал себя в крепких выражениях и проклятьях, которые хотел послать на голову очаровательной ирлы.
— Дьяры слов на ветер не бросают, — все же пришлось ему смириться с незавидной участью.
— Позвольте уточнить, Дан -яры тоже?
— Да!
— С нетерпением буду ждать, — оскалилась в волчьей улыбке, которую мне незамедлительно вернули.
Когда все правила были оговорены, мы скрепили договорённости рукопожатием, а затем дьяры провели нас в трапезную, которая оказывается здесь была!
Поздний ужин был вялым. Каждый витал в своих мыслях. Кроме Кристиана, конечно. Он только что и делал как отвешивал комплименты Дорис. Она же пропускала их мимо ушей. Страшно представить, сколько девиц повелись на уловки этого пройдохи. Поди, пол Хель -горда перепортил.
Разошлись мы ближе к полуночи. Большинство дьяров уже дрыхли без задних ног. Остальные лакали брагу, играли в кости и карты, в надежде не продуть последнее исподнее.
***
Утро началось с неожиданных сюрпризов. Едва я успела одеться и привести себя в порядок, как в дверь постучали. Дождавшись разрешения войти, дверь открылась и в проходе показалась голова Генри. Он опасливо оглянулся и, наткнувшись на меня глазами, замер.
 
Платье подаренное варваром я все-таки надела на себя. В груди оно было мне несколько маловато, однако выглядела я вполне прилично. Ворот-то по самую шею! И чего уставился, как пьянчуга на бутылку?
— Кхм, — откашлявшись, пришёл в себя воин. Потер шею и протянул мне свёрток. — От Дан-яра, — поспешил объясниться.
— Благодарю, — чинно кивнула головой, потянула на себя подарок, однако Г енри не отпустил. Тогда я сильнее потянула на себя. Очнувшись, он снова откашлялся, бегло пробежался по мне глазами, буркнул: «бесстыдный народ» и поспешил ретироваться. Поразительная наглость! Пялиться на чужую суженую он, а бесстыдный народ мне равно ирлы!
Что с них взять? Варвары — одним словом!
Покрутив в руках сверток, пришла к выводу, что Дан-яр расщедрился на нечто тяжёлое. Это точно была не картина, явно не танцы или поэма.
Алчно развязав свёрток, уставилась на деревянную круглую шкатулку с витиеватой резьбой. Присмотревшись, определила узор, как цветок. Весьма странный. Из семи лепестков с шипами. На всей Аскольдии таких чудаковатых не найти, точно вам говорю! Повертев ее в руках и так и сяк, решила все-таки заглянуть внутрь. И каково же было мое удивление, когда, отодвинув крючок и открыв, моему взору предстала сидящая на метле девица поразительно похожая на меня. Судя по гримасе, она злобно хохотала.
Ну, я ему за это народное дьяровское творчество...
Меня?! Да ведьмой изобразить?!
Вылетев из каюты, стрелой взлетела по лестнице, зыркнула по сторонам и, заметив этого умельца возле штурвала, устремилась к нему.
Скот. В смысле, суженный тоже меня увидел. Точнее, мчащуюся к нему фурию, а
потому, отдав подзорную трубу Бо, начал отступать.
Ну, уже нет!
— Стоять! — гаркнула, да так громко, что один из матросов остановился прямо передо мной. — Брысь!
Дьяр заметно выдохнул, мигом отскочив.
Кайдена я нагнала на лестнице, ведущую в кабинет. Клещом вцепилась в плащ, который вчера пришлось отдать, и дернула на себя.
— Суженая, — нервно начал он, — как спалось?
— Прекрасно!
— Ты завтракала? Знаешь, кок приготовил удивительные блинчики. Предлагаю отведать прямо сейчас. Пока горячее.
— Да что ты?
— Угуммм...
— Это что? — помахала перед его носом шкатулкой.
Дьяр отпрянул, как если бы я этой шкатулкой хотела заехать ему в нос. А впрочем...
— Шкатулка.
— А в ней?
Всего лишь проявление моего творчества, — нервно улыбнулся.
— Почему ведьма похожа на меня?
— Разве? — приторно ахнул негодяй.
Открыв шкатулку, показала эту пакость.
Нагнувшись, он присмотрелся. Затем аккуратно вытащил из моих рук и добавил:
— Видимо, вдохновился. Знаешь, какая суженая такое и вдохновение.
Надо сказать, что шкатулку он забрал очень вовремя, потому как после этих слов был риск что на одного дьяра в Хель -горде станет меньше, а на одну ирлу в темнице больше. Если у них вообще есть темницы. Про Хель -горд я не знала ровным счетом ничего, кроме того, что там был лютый мороз.
Подавив в себе желание спустить с лестницы подлеца, скрипнула зубами, развернулась и начала спускаться.
— А шкатулка? — крикнул в спину дьяр. — В Хель-Г орде не принято отказываться от даров суженного.
Чтоб ему пусто было!
Вернувшись, вырвала из его рук шкатулку и, развернувшись, пошла будить Дорис, чтобы успеть отведать ещё пока тёплых блинчиков.
***
Будни на корабле протекали довольно спокойно. Бесконечные воды не бушевали, небо оставалось чистым, без единого облака. Правда, ветер уже морозил, а не просто колол кожу. Чем ближе к Хель-горду, тем становилось холоднее — это был всем известный факт. Когда они войдут в пересеченные моря ярящегося Шель-гарда и бушующего Вель-гарда пойдет снег. Оставалось надеяться, что боги будут милостивы и они не попадут в снежную бурю.