Аннигилятор (ЛП)

Стук был настойчивым, толчком, и ее глаза метнулись к двери.
Кто-то действительно стучал в ее дверь. Какого черта?
— Эй, Лайла, у тебя есть консилер? Тот чувак оставил синяки по всему моему телу.
Это была одна из других девушек которые тоже тут жили. Лайла просто неподвижно лежала, решив проигнорировать ее. Она все равно не могла встать, даже если бы попыталась. Ей было приятно просто лежать, когда ее тело рушилось само по себе.
Удары стихли, и в ушах стоял лишь шум, возможно, ее собственной крови. Веки стали тяжелеть, и она закрыла их, чувствуя, что земля под ней дрожит.
Нет, это она дрожит.
Она дрожала. Что-то трясло ее.
— Посмотри на меня!
Громкий, резкий приказ заставил ее веки приоткрыться, и она тут же встретилась взглядом с дьяволом.
Смерть пришла забрать ее, в конце концов.
Она улыбнулась.
— Забери меня нежно, смерть. Я ждала тебя, — прошептала она, ее голова закружилась и она снова закрыла глаза.
— Открой глаза, flamma.
Низкое, гортанное требование, а затем прикосновение к щеке заставило ее снова открыть глаза. Он посмотрел ей в глаза, проверяя осталось ли там еще хоть что-то живое, а потом положил руку ей на шею и прорычал:
— Черт!
Она почувствовала, как что-то ущипнуло ее в области шеи, но решила не придавать этому значение. Она думала о нем, и в последние минуты жизни воображение решила сделать ей такой подарок. Это было спасением. Ее бред сжалился над ней, а ей это нравилось.
— Ты, — ее голос был едва слышен, ее тело обмякло, когда он подхватил ее на руки. — Скажи мне… скажи мне, где он…
— Живи для меня, и я скажу тебе, — как всегда, уговаривал он, прижимая ее тело к своему торсу. Он одновременно был и холодным, и горячим, а ещё таким твердым.
Как бы она хотела, вот так прижиматься к нему во все эти ужасные ночи.
Слезы катились по ее лицу, и она уткнулась носом в его шею, вдыхая его особый запах.
— Пожалуйста. Это мое последнее желание, — тихо произнесла она и почувствовала, как его руки сжались вокруг нее.
Иллюзия — он тоже был хорошим, почти заставил ее поверить, что он заботиться о ней.
— У тебя еще будет много желаний, flamma, и я положу все до единого к твоим ногам. Просто продолжай, блядь, дышать, поняла?
Темные, гортанные нотки его голоса обрушились на нее одновременно с новой волной жара. Она заскулила и прижалась к нему еще ближе, благодарная своему разуму за то, что он явился ей, чтобы она не чувствовала себя одинокой в свои последние минуты.
Они двигались в быстром темпе. Звуки и виды расплывались, и она чувствовала, что ее конечности становятся все тяжелее и тяжелее, а сердце внезапно замедлилось, заставляя ее голову кружиться.
— Ты был… с кем-то еще? — Спросила она с заминкой, озвучивая свой худший страх, ее пальцы сжались на его куртке, когда он укладывал ее куда-то, пристегивая ремнями. Что делал ее разум? Почему оно заставляло его пристегивать ее где-то?
Он закончил затягивать ремни, чтобы она не могла двигаться, и схватил ее за лицо, заставив ее на секунду сфокусироваться на его мерзких не одинаковых глазах.
— Ты была, есть и всегда будешь моим единственным наваждением, Луна Кейн.
Она вскрикнула от того, что он назвал имя другой девушки, острая боль пронзила ее сердце, прежде чем все вокруг стало черным.
Глава 10
Человек-Тень
Слишком близко.
Он чуть не потерял ее, и впервые в его жизни, что-то мертвенно бледное дышало в его грудь. Эмоции — это не то, что он обычно испытывает, но сегодня он прочувствовал весь их спектр. В основном, все они были направлены на него самого, за то, что не нашел ее раньше, за то, что так долго тянул и искал. А также на нее, за то, что она думала, что он просто так оставит ее, за то, что он не сможет, вернуть ее из пасти самой смерти. Смерть не сможет заполучить ее, ничто не могло получить ее, пока он не выдвинет свои требования.
Если прошлое и научило их чему-то, так это тому, что время в их отношениях ничего не значит. Он мог годами ждать подходящего момента, но тот факт, что у нее не хватило терпения, сказало ему две очень важные вещи: она была сломана сильнее, чем он предполагал, и ему нужно было сделать все возможное, чтобы она снова стала живой. Если она больше не будет чувствовать — мир перестанет существовать.
 
Ее жизнь не была ее жизнью.
Он посмотрел на то место, где посадил ее в вертолет, пролетая над городом и полями на востоке, доставляя ее туда, где она всегда должна была быть.
Она застонала от боли, звук отчетливо прозвучал в его наушнике через ее, и вибрация от этого звука прокатилась по его предплечьям, сладкое послевкусие заполнило его рот.
Ему этого не хватало. Он скучал по ней. И почти потерял ее. Это было нехорошо. В этом нет нечего близкого к нормальному.
Пролетая над темными полями внизу, он осознал, что сегодня вечером был на волоске от смерти. Тристан Кейн был там, слишком близко, с остальными своими людьми, а он еще не был готов к тому, что она уйдет. Он знал, что случится, если она уйдет слишком рано. Она найдет свою семью, найдет людей, которые будут бесконечно любить ее, найдет мужчину, который исцелит ее любовью, возможно, того пса Данте, который шел по ее следу несколько месяцев, а может, и кого-то другого. И, возможно, это на время утихомирят ее демонов. Но демоны вернутся. Никто из них не мог понять этого, понять ее, ее ад, потому что никто из них даже не видел этого, а тем более не переживал этого. Ей нужно было чувствовать себя в безопасности, и никто не даст ей этого, кроме него. Потому что у них была совесть, мораль, этика, а у него? У него была она.
Она никогда не сможет принадлежать кому-то другому. На нее претендовал сам дьявол в тени еще задолго до того, как кто-то смог вывести ее на свет.
И даже если ее окружат любовью, она все равно будет чувствовать себя изолированной, одинокой и задаваться вопросом, не слишком ли она сломлена, чтобы быть в порядке. А его это не устраивало. Он уже давно знал, что она склонна к самоповреждениям, в основном в своих мыслях.
Насколько он знал, до сегодняшнего вечера она не предпринимала никаких действий. Это была одна из причин, по которой он всегда висел перед ней в качестве стимула для жизни, и это срабатывало какое-то время. Он должен был снова дать ей что-то, ради чего стоит жить.
Она еще не была готова к встрече со своим прошлым, ее разум, вероятно, не сможет справиться со всем этим сразу, но однажды она будет готова. И в тот день он положит правду к ее ногам.
Легко управляя вертолетом с многолетним опытом, он повернул направо к горам, выстроившимся вдоль берега перед открытым морем, направляясь к дому, который он построил для них за эти годы. Полеты были одним из единственных развлечений, помимо игры с огнем и слежкой за ней.
— Я умерла? — Пробормотал объект его одержимости, и он оглянулся на нее, чтобы увидеть, как она моргнула, а потом снова потеряла сознание, ее короткие волосы торчали вокруг ее прекрасного лица.
Он знал, почему она отрезала их, так же как знал, почему она уничтожила его розы. В ее сознании какая-то часть ненавидела его. Но ее сердце было мягким, оно жаждало его, и он сделал бы все, чтобы она снова почувствовала к нему любовь.
После того, что она пережила от рук Синдиката, после того, что они сделали, чтобы выманить его, он не винил ее за ненависть. Но он не смог бы выйти из тени, даже если бы нашел ее. Это разрушило бы годы тщательного планирования и расстановки нужных частей в нужные места. Один его импульсивный шаг мог бы все разрушить и привести к гибели всех, включая семью, о которой она даже не знает.
Нет, ему пришлось выбирать, и он не выбрал ее в краткосрочной перспективе, но она всегда была его самой важной целью. Все, что он делал последние шесть лет, было сделано ради нее, чтобы она могла прожить хотя бы один день, постоянно не оглядываясь назад.