Волчий пастырь. Том 3 (СИ)

– Господа, – негромко проговорил я, привлекая внимание остальных. Когда все посмотрели на меня, я жестом подозвал бойцов ближе.
– Марко, – глянул я на командира второй боевой группы – которая после гибели Андрея и Илии стала меньше ровно на половину состава; жестом я показал Марко на командирский планшет, в проекции которого отображалась полученная Никласом карта Мест силы и форпостов Стужи. Моментально поняв что от него требуется, Марко быстро синхронизировал артефакты, скопировав на свой командирский планшет все данные.
– Мы сейчас вместе спускаемся к мобилям, и ты на колесах возвращаешься в Аркону, – продолжил я говорить, обращаясь к Марко. – Там передаешь мой приказ: боевые группы Луки и Владимира должны отправиться на Восток, в обход группировок демонов, вот здесь и здесь, по линии Ратибор-Бранибор. Группа Луки уходит на Ратибор, группа Владимира на Бранибор.
По жесту взятого мною из держателя стилоса на карте появилась тонкая зеленая линия, идущая от Арконы на юго-восток. В сторону пока не захваченных Стужей городам-крепостям на берегах Изумрудного озера, один берег которого принадлежал Варгрийскому царству, второй – Новогородской республике. Перед озером зеленая линия раздваивалась – одна группа должна была попробовать пробиться к новогородцам, вторая – к варгрийцам.
Открыв было рот, чтобы продолжить говорить, я осекся – до нас наконец дошел звук далекого взрыва. Очень громкого и мощного взрыва – у меня невольно губы даже растянулись в недоброй улыбке.
Я помнил огненный гриб в Большом шраме разлома, когда я провернул нечто подобное с принудительным прерыванием направленного через Место силы потока энергии. Тогда же я в плен демонам и попал, вырвался из которого только после проведенной ночи с демонессой-суккубом. Сейчас, судя по тому, что звук взрыва донесся до нас только что, операторы Стужи пытались совладать со стеганувшим в обратную сторону потоком энергии; и это им не удалось, чему я был весьма и весьма рад. Уверенно полагаю, что сейчас у Стужи на северном участке прорыва возникнут большие проблемы.
Переждав гулкое и долгое эхо далекого взрыва, каждый раскат которого звучал музыкой, я продолжил говорить и приказывать.
– Теперь слушайте меня очень внимательно: информация, добытая Никласом, информация за которую мы заплатили жизнями Андрея, Зорана и Илии, чрезвычайна важна…
Говорил я, чуть растягивая слова. Параллельно лихорадочно размышляя – мне ведь сейчас нужен соответствующий настрой у бойцов. Мне нужно запретить им погибать до момента выполнения приказа, и мне нужно чтобы они этот свой настрой передали третьей и четвертой боевым группам. И сейчас я думал над тем, как именно это сделать. В древности, бывало, перед штурмом сержантов посвящали в рыцари – что давало невероятный заряд мотивации. Посвятить в рыцари внимательно смотревших на меня бойцов я не мог, да и рыцарские звания им совершенно безразличны. Именно поэтому я тянул, думая, как можно сделать нечто подобное. И когда придумал, заговорил быстрее и четче.
– Марко, в ваших руках сейчас будет судьба всего Востока. И как только доберешься до Арконы, разделишь эту свою ответственность, когда передашь Луке и Владимиру мой приказ: я категорически запрещаю кому-либо их боевых команд умирать до того момента, как карта обнаруженных Мест силы не будет передана в разведку Варгрии или Новогорода. Тебя это тоже касается – после того как передашь мой приказ, ты отправляешься в Священную рощу, просишь дриад спасти Никласа. Дальше, если дриады на месте и мастер Никлас будет дееспособен, действуешь согласно его указаниям. Если нет…
На карте появилась еще одна тонкая зеленая линия, ведущая на восток – туда, куда совсем недавно мы собирались эвакуироваться вместе с жителями Арконы. И от Священной рожи линия прошла дальше на юго-восток, в сторону города Камень-Поморский, второй столица Варгрии.
– Марко, если Никлас не приходит в себя, отправляетесь дальше, в Поморскую землю. Здесь наблюдается свободный от Стужи анклав, и я надеюсь, что город выстоял. Там должно быть имперское посольство, информацию о продвижении Стужи в первую очередь передашь им, чтобы варгрийцы вдруг не зажали ее у себя, мало ли. Если в городе остались тамплиеры, то и им тоже – хотя, судя по тому, как они организованно вместе с хранителями отступили из Арконы, тамплиеров там не будет. Дальше действуй по ситуации – либо пробуй вернуться сюда, в Аркону, либо пробиться в Фегервар, но неоправданного риска старайся избегать.
 
Сделав короткую паузу, я посмотрел в глаза Марко, подсвеченные зеленым сиянием. Мой приказ он понял, никаких возражений или вопросов не было. Кроме одного, невысказанного.
– Юрай, Симон, Стефан. Я принимаю командование боевой группой, – решение о том, кто именно пойдет со мной в Мессену, я уже принял. – Мы с вами отправимся…
На магической проекции появилась еще одна зеленая стрелка, ведущая через парк Высогорье к горному озеру Рендина, к южной его оконечности, где и замерла.
Говорил я сейчас, глядя не только на трех бойцов команды погибшего Зорана, но посматривая и на Марко с бойцом-фельдшером из второй группы, имени которого не помню. Мне нужно было, чтобы они запомнили мои слова и передали информацию остальным. Просто для того, чтобы если мы не вернемся, люди хотя бы узнали куда мы направлялись и где погибли.
– Марко, сообщишь остальным, что я планирую по берегу выйти к городку Рива-дель-Рендина, найти там мобиль и проехав по Северному тракту добраться вот сюда…
Зеленая стрелка, дрогнув, прошла дальше, в самый что ни на есть центр вторжения Стужи, к цитадели Мессена. Никто из бойцов-варгов мои слова не прокомментировал, и тем более не пытался возразить. Хотя все понимали, что это верная гибель. Но никто – ни Юрай, ни Симон со Стефаном, ни слова не сказали. Как ни слова не сказали и встающие недавно в начертанный Никласом конструкт Андрея, Зоран и Илия – они просто приняли происходящее и свою роль в нем.
Мне нужна была эта троица варгов, нужна была для того, чтобы они, если возникнет необходимость, своими жизнями купили мне немного времени. Времени для того, чтобы оказавшись в Мессене я смог подобраться к одному из Мест силы и нанести удар. Дальше этого момента я, кстати, в планах не загадывал. Главное сломать там все, а дальше уже как пойдет.
Деактивировав магическую карту я, поднимаясь, убрал планшет в поясной подсумок разгрузочной системы.
– Руки. Мне нужны ваши руки.
Сначала бойцы не поняли, что я от них хочу. Только когда я полоснул себе поперек ладони и протянул кровоточившую руку перед собой, увидел в расширяющихся глазах тень понимания.
Первым отреагировал Юрай – все же он в составе палубной команды колол со мной лед. Достав кинжал, Юрай полоснул себе по руке и положил ладонь на мою. Моментально наши ладони оказались в центре яркого зеленого Сияния – Морриган видела и свидетельствовала смешение крови.
Симон, Марко, Стефан и пятый боец-фельдшер, имени которого я так и не вспомнил и даже не посмотрел в командирском меню (позор-то какой), возложили свои взрезанные ладони, мешая со всеми кровь. Резкий взмах обнявших всю группу черных, темнее ночи крыльев и зеленое Сияние вокруг окровавленных рук, как и кровь в моментально заживающих порезах, исчезли вместе с короткой яркой вспышкой – Морриган засвидетельствовала новосозданное боевое братство.
Старая и давняя традиция Врангарда, вся история которого – почти непрерывная череда войн. В крайне тяжелых ситуациях группы бойцов часто мешали кровь, братаясь, беря таким образом – те, кто выживут, обязательства заботиться о родных погибших как о своих. Вот только случаев, когда с рядовыми бойцами мешали кровь индигеты фамилии Рейнар, было крайне мало, и каждый такой случай был довольно широко известен в нашей истории. Сейчас и сегодня, если что, был седьмой подобный прецедент за все восемь сотен лет истории Дома Рейнар.
Теперь, кроме прочего, я буду знать, живы ли Марко и пятый безымянный для меня боец – мой ныне кровный родственник, которого я до сих пор не знаю как зовут. Буду знать, что они живы, что они добрались до Арконы и до Священной рощи. Ну и они конечно будут знать, живы мы или нет – когда мешаешь кровь под взглядом Морриган, возникает незримая связь, и смерть связанного с тобой кровью по воле богини человека всегда чувствуешь.