Deadушка (СИ)

— Вы не одни так лихо справились, — спокойно произнес снабженец, сложив руки за спиной и кивая в сторону висящего на стене плана города. — На южном рубеже, Киргизская диаспора с умеренными потерями тоже отбила колонну, но там двигалось шестнадцать единиц техники. Они кстати так же привезли трофейный танк и «Урал» с зениткой. Правда буквально за полчаса до вас, так что чудо, что вы успели не попасть под обстрел. Они сразу свалили, сказав, что у них укрытия понадежнее, чем подвалы театра.
— Вполне может быть, — согласился я. — Так что, Престняков, ты спросил, я ответил. В остатки армии не пойду, свою посильную помощь ополченцам оказал. А теперь забудьте нахрен про мобилизацию меня родимого. Считайте что был сильно ранен в бою и не смогу продолжать принимать участие в боевых действиях. Командование оставляю Федьке, командиру расчета СПГ. Сейчас я просто старый слесарь ЖЭКа, Сергей Ефимыч.
— Раз так… — капитан печально вздохнул. — Прошу, Сергей, сдайте винтовку и разгрузку с магазинами. Вместо нее получите парадную кобуру к своему пистолету Ярыгина. Будем считать это дембельским подарком. За проявленную храбрость и грамотно организованную оборону. Я бы с удовольстаием вручил вам медаль, вот только и «Мужество» и «Отвага» у вас наверняка уже есть, про «Боевое отличие» вообще молчу. Поэтому презентую вам более полезную награду…
Мужчина прошел к ящикам стоящим вдоль стены и извлек из одного винтовку Мосина образца 1891/30 года в снайперском варианте с установленным прицелом ПУ, на который был надет штатный брезентовый чехол. Из интересного: на ложе винтовки имелась гравировка Зайцева.
Я с интересом принялся рассматривать вверенное мне оружие, оставив СВД-С на столе перед собой. Естественное, что все подсумки кроме тех, что предназначались под магазины, были пусты. Последние тоже разряжать не стал. Нечего мелочиться, особенно с военными. Они такое скупердяйство точно не оценят.
— Что ж, я так понимаю бой был тяжелый? В ходе боя вы понесли материальные потери, пара раций, бинокль, компас, вещмешок со всем имуществом, израсходовали все гранаты и видимо оставили на позиции полтора цинка патронов. — наигранно печально произнес Престняков и хитро улыбнулся. — Сергей Ефимыч, винтовка наградная и по-хорошему бы ей висеть на стене. К тому же, я не имею права выдавать вам патроны к наградному оружию, мало ли вы захотите им воспользоваться как боевым?
— Ну что вы, — усмехнулся я, закидывая винтовку на ремне за спину. — Красиво повешу на стеночку в своем подвале…
— Вот и правильно, — согласно кивнул он. — А теперь, не смею вас задерживать, вам наверняка хочется отдохнуть.
Мне только и оставалось, что кивнуть в ответ, и поскорее свалить из штаба.
Что характерно, никаких полковников здесь не было. Из всего руководства лишь Престняков и парочка его помощников… А вот гражданских здесь много. Видимо перед артобстрелом в подвалы театра постарались собрать всех кого можно. Здесь даже организовали какую-никакую подвальную кухню. Парочка молодых пацанов варили кашу в большом котле. Судя по запаху, перловую. Ну а что, тоже неплохо…
Ребята из моего взвода уже обустроились вокруг небольшой металлической бочки из-под топлива, аккуратно срезанной под треть, в которую закидали обломки деревянных кресел. Мужики попивали чай и подъедали сухпайки, что выдавались в комплекте имущества с вещмешком.
Мое появление встретили весьма тепло и даже уступили козырное место на кожаном кресле. Сапог уже рассказывал паре залетных зевак из ополченцев, как же нам было тяжело и как лично он, подносил выстрелы к гранатомету.
Кто-то сунул мне в руки алюминиевую кружку, я немного отхлебнул и приятно удивился. Хорошо разбавленная водка с лимонадом. По пищеводу разлилось приятное тепло.
— Да все херня! — возмутился один из слушателей. — Вот раньше в рукопашную мужики херачились! Да я сам бы этих свиней на нож… У меня даже это, кинжал есть!
Он продемонстрировал в свете костра какой-то сувенирный боуи. Что вызвало у меня приступ смеха.
 
— Говно твой нож, сопляк, — я выудил из сапога свой 6х9-1. — Вот это, реальное оружие.
— Да че ты, дед, им сделаешь? — рассмеялся парниша.
Я шумно выдохнул, и поднялся с кресла, вытащил из чхла пластиковые ножны, надевая их на нож.
— Вставай в стойку, сопля, сейчас посмотрим как бы ты «свиней» на нож сажал, — прорычал я, скидывая с себя ватник и лишнюю одежду.
Вокруг нас сразу собирались любители поглазеть. Толпа довольно загудела, а мои пацаны уставились с интересом. Все же они видели как я стреляю, как я руковожу в бою, теперь всем было интересно каков я в ножевом бою. Ну что, пожалуй мне есть чем удивить зелень.
— Дед, да ну, ты ж развалишься, — усмехнулся парниша, надевая ножны на свой боуи и крутанув его в руке.
Мы встали друг напротив друга. Он в классическую ножевую стрйку, левой рукой прикрывая бок и челюсть, а правую с ножом удерживая у груди. Я же встал как полагается армейцу, в стойку из упражнения на восемь счетов, разве что нож перехватил обратным хватом в правую руку.
Кто-то крикнул «Начали!», кажется даже, это был Труба.
Мой оппонент сразу шагнул вперед, пытаясь рубануть наотмашь, но я вместо шага назад, ступил навстречу, отбивая его удар встречным махом левой руки так, чтобы моя кисть легла ему в район предплечья. Короткий замах правой и вот уже шея парня в моем захвате, сзади давлю ножнами, спереди предплечьем. Дергаю рукой его голову на себя и тут же впечатываю колено ему в живот. Сопляк еле успевает подставить руку и отодвинуться, но я уже оттянул ногу назад, попутно заведя ее за его правое колено. Подсечка, одновремено отпускаю его шею и парень летит на пол.
Мда, насмотрятся фильмов, а потом считают себя непобедимыми воинами. Я не действую технично или спортивно. Мои движения грязные и не показушные, именно так и убивают. Убийство в принципе штука нихрена не элегантная.
— Э-э-э бля, — простонал парень поднимаясь и зло скалясь. — Ну ты, старый…
— Будь я лет на двадцать помоложе, ты бы лежал уже со своей ковырялкой по рукоять в заднице, — усмехнулся я. — Тренируйся боец, а то все нам, старикам, приходится делать…
— Слышь, Старый, — возмутился Федька, подходя к нам и протягивая мне и моему оппоненту по кружке. — Ща мы тебя быстро омолодим. Ну, до дна, мужики, за точто все живы!
Я лишь хмыкнул и сходу влил в себя содержимое. Из глаз брызнули слезы, а горло обожгло. Этот обмудок налил мне чистый спирт. Благо хоть немного.
В этот момент меня уже не волновал бушующий на улице артобстрел. Мне хотелось лишь одного, отпинать Федю с его приколами. Хотя судя по вмиг покрасневшему лицу любителя ножей. Это хотел исполнить не я один.
  
Интерлюдия. Рынок
 
Пока наиболее трусливые прятались по подвалам, Замир спокойно попивал чай, сидя в заведении своей внучки. Артобстрел только начался, так что ему нечего было бояться, прилеты звучали еще далеко, а военные это не те люди, что бьют случайно.
— Ну и задачку ты мне придумал, — тяжело вздохнул грузный мужчина лет шестидесяти, в дорогом костюме. — Это ж пришлось ради этого, таких людей напрягать, а им и без того не сладко.
— Понимаю, удалось что найти? — спокойно поинтересовался старик, наблюдая за тем, как его собеседник достает из черного дипломата белую папку личного дела.
— Нашел. Ефимович твой, конечно, тот еще кадр. Отморозок каких поискать… закончил авиаинститут, по профессии инженер-технолог, попал в вертолетную эскадрилью и уже через несколько лет попал в первый замес. Украина, в составе БТГр, и ты не поверишь — снайпером, потому как в университете занимался в секции стрельбы и был стрелком-разрядником, — мужчина хитро усмехнклся и покачал головой. — Вышло там интересно. Не знаю почему авиаинженера поставили командиром снайперского взвода, но поработали они славно. Ещё через несколько лет, конфликт в Карабахе, Ефимович ушел из ВКС, перейдя в спецуру. Остался командиром взвода, командировка не примечательная, разве что доблесть первой степени получил, но тут без пояснений. У него вообще личное дело странное, словно половину листов вытащили. По той же секретке указана лишь вторая форма допуска и ничего более…