Дом, который построил Джек (СИ)

Поэтому, когда Фергус нашел в дневниках запись о том, что в местном озере живут русалки, то он не счел эту запись кривоватым подчерком очередными бреднями седой старины.
Предки леди Элизабет испытывали какую-то маниакальную страсть к графомании. Они записывали все: значимые события в жизни, такие как свадьбы, рождения и похороны, визиты в город, походы по лавкам, сплетни с соседями, какой был урожай, сколько налогов ушло в казну. Женщины к тому же делились переживаниями, планами, перспективами выгодных браков и не менее выгодного вдовства. Одна леди даже зарисовывала членов своей семьи. Весьма талантливые миниатюры и хорошо сохранились. Надо бы рассмотреть их получше.
Ну русалки и что? Но кто ж знал, что они отзовутся на зов для шотландских шелки? И поймут. И сделают как он велел!
Правда, к сожалению им не удалось утопить этого мерзкого Блека.
А это плохо. Зов произнесен, но жертва не была принесена… Тут или самому дотопить удачливого и шустрого утопленника или не оказываться вблизи водоема, пока водные девы сами до него не доберутся.
Ванну тоже лучше не принимать. Им-то все равно кто будет жертвой.
Если повезет, то Фергус заманит его поближе к тому озеру и тогда… Только бы эти маги снова не оказались рядом. А то опять испортят весь план!
То задают неудобные вопросы, то лезут со всякими замечаниями… Да и за призыв русалок по головке не погладят. Могут вменить жестокое обращение с магическими существами, находящимися на грани исчезновения. А это штраф, а то и общественные работы. И на баронство не посмотрят, и на заслуги перед наукой.
Видит Небо, лучше бы маги так о людях пеклись, как о этих выкидышах магической энергии!
Матильда и Джошуа ускакали за собаками, а мистер Браун отстал.
Кто будет ждать тихого нелепого человечка на неказистой лошадке, который и в седле-то держится еле-еле.
Фергус оглянулся, убедился, что все уже исчезли за деревьями, а слуги заняты подготовкой к пикнику: расставляют легкие походные столики и стулья, достают корзинки со снедью, устанавливают плоские кристаллы, что согреть чай и глинтвейн. Им не до нелепого ученого.
Браун поправил на галстуке булавку с красным камнем. Матильде она не понравилась. Она высоко задрала нос и сообщила, что этот камень не подходит по цвету к его наряду, что это вульрно и полная безвкусица. Мелкая магичка с даром некромантии, кажется, поняла, что украшение не такое простенькое, хотела как обычно что-то брякнуть, невоспитанное дитя, но ее окликнул опекун и она промолчала. Оказывается, она не безнадежна. Просто пороть нужно регулярно.
Поняла ли наглая девчонка, что у него не безделушка заколота, а артефакт? Скорее всего да, но тут уж он никаких законов не нарушал. Артефакт семейный, передается от отца к сыну, заклинание там самое обычное, типовое. Легкий отвод глаз. А что его использовать можно по разному, но то доказать нужно.
Фергус потер головку булавки, и камень мигнул красным светом. Ученый дернул за поводья и поскакал за ненавистной парочкой. Тут же лес. Никого вокруг нет. Мало ли, что может сделать этот проходимец Блек с Матильдой. Она же нежный цветочек, жизни не знает и слишком доверчива.
Куда они поехали, ученый тоже знал — заранее озаботился повесить на шляпку девушки тонкую нитку со следящим заклинанием, слишком слабым, чтобы заинтересовать магов. Тем более, что в нестабильном магическом фоне легко терялись вот такие всплески бытовых чар.
Но он не успел.
Сначала он услышал голоса.
И у него отлегло от сердца.
Матильда смеялась. Джошуа говорил какие-то глупости о пасторали сельской жизни. Потом девушка спросила что-то о свадьбе.
— Куда нам спешить, дорогая, — засмеялся жених.
— Я так ревную тебя, — в голосе послышались капризные нотки. — Рядом с тобой всегда вертятся какие-то красавицы!
— Здесь? Это кто же? Твоя кузина?
— Да хоть мисс Эванс!
Тут Фергус выехал на небольшую прогалинку и увидел их. Чуть в стороне, около зарослей орешника. Лошади переступали с ноги на ногу. Животными не нравились ни вынужденная остановка, ни бессмысленный разговор.
 
— Она тоже помолвлена, — скривился Джошуа. Его тонконогий конь сделал несколько шагов, готовясь пуститься вскачь. — Не бери в голову. Лучше протруби в рожок, нужно знать, где сейчас собаки и дичь.
— Я и так знаю. Там! — леди как-то зло махнула рукой. Ее жених светло-коричневую вспышку и не увидел, а вот его конь споткнулся и молча начал заваливаться на бок.
На лице Джошуа промелькнула тень удивления, но спрыгнуть или хоть что-то сделать он не успел. И упал он очень неудачно: его придавила туша лошади, и вдобавок под затылком некстати оказался старый валун, покрытый мохом.
Не только Фергус Браун умел пользоваться артефактами. И не только у него были некоторые семейные реликвии.
Честно говоря, Криста думала, что Шарлотта отодвинет в сторону какой-нибудь гобелен и откроет потайной ход. Из спальни или из коридора. Но девушка начала собираться со всей обстоятельностью юной леди. Попросила помочь и не капризничала.
А Кристабель никогда раньше не замечала, как много времени занимает одевание всех этих юбок, рубашек, турнюра и корсета.
Но Лотте и корсет туго не затянуть, совсем исхудала девчонка.
От несчастной любви.
Или регулярного кровопускания.
В углу комнаты жужжала муха. Криста боролась с двумя желаниями: насекомое — прибить или же больную леди вытащить в коридор вот прямо в том, что есть!
На платье Шарлотта расправила бантики, посетовала, что кружева нужно отбелить. Долго расчесывала волосы, а потом заплетала косу и укладывала ее в обманчиво несложную прическу.
Хотела послать служанку за свежими цветами в сад, но тут Криста не выдержала, прекратила нервно стучать ножкой о пол и сказала, что Лотта и так прелестно выглядит.
— Правда? — та придирчиво осмотрела себя в отражении окна. — Не слишком ли я румяна? Может, пудры?
— Не стоит, — Кристабель бросила взгляд на часы. Именно сейчас минуты шли невероятно медленно. Конечно, охотники не вернуться раньше позднего вечера, но терять время девушка не собиралась.
Некоторое время девушки шли по коридорам и анфиладам комнат молча.
— Как вам Лидс-менор? — вежливо спросила Лотта.
— Весьма … любопытный дом. — Вот Криста бы и дальше молчала. Только бы шагу прибавила. Но куда уж больше! Только бежать!
— О! — губки, которые уже начали возвращать свой естественный цвет, сложились в красивый кружок. — Так вы тоже заметили, что этот дом со странностями?
Обычно в нормальных домах точное количество комнат и башен, коридоры не закручиваются в немыслимые узлы, а гостиные не меняются местами, как карты в колоде.
— Можно и так сказать…
— Адам говорил, — понимающе улыбнулась Шарлотта. — Что так он ведет себя не со всеми. А лишь с теми, кто связан с древней, первоначальной магией. Вы, случайно, не из древних родов? Или, может, получали какое-нибудь особое благословение от сидов? Как в сказках?
Да нет у нее никакой связи ни с какой такой первородной магией. Она только благодаря ей может ходить без боли. И надеется, что это продлиться как можно дольше…
— Нет, — Криста пожала плечами. А где большая ложь, там и маленькой место найдется — Я, конечно, потеряла свой дар земли.
— О! Сочувствую… Точно? Вы ни разу не видели ни фейри, ни брауни?
— Нет. Я и вампиров-то ни разу не встречала, — и вот почти не соврала. — Они ведь все… сказки детские, понимаете?
— Да, — Шарлотта тяжело вздохнула. — Адам говорил, что они не любят общаться с людьми.
Ага, вот он точно не любил. Так не любил, что предпочел найти себе личную кормушку.
— Но почему-то он вас выделил…
Криста ноток ревности в голосе девушки не заметила. Ей как можно скорее хотелось попасть в подвал.
Но Лотта вдруг утащила ее в дверку для слуг, за которой находился простой пыльный коридорчик, по которому горничные могли ходить по дому, не появляясь на глаза господам лишний раз.