Доверяю тебе (СИ)

— Теперь я буду смотреть на него и вспоминать о тебе.
— Ага, я дал ему указание, пока меня нет охранять тебя, а если что случиться, он сразу же доложит мне обстановку, и я мигом приеду. — целует в висок и нетерпеливо добавляет, — Где там твой кулинарный шедевр? Я так голоден, что готов и слона съесть. Домой переодеться только заехал и сразу к тебе.
— Идем, все уже готово и ждет тебя, — оторвавшись от него беру его руку и тяну за собой на кухню. — Шедевром это сложно назвать, ну если ты доешь порцию, не сморщившись и ничего не выплюнув, буду счастлива.
За ужином мы обсудили его командировку, он поделился своими неприятностями с документацией, а также похвалил мое блюдо и попросил добавку.
— Это действительно самая шикарная паста, которую я ел в своей жизни. Дашь рецепт нашему повару? Мы обязательно должны включить это блюдо в меню ресторана. — С набитым ртом, серьезно так говорит, что мне становится смешно от его предложения, но все равно приятно.
— Ладно тебе, достаточно и того, что ты попросил добавку, а вкуснее блюд Сергея Петровича я еще не ела. Мне далеко до него, да и не люблю я готовку. Вчера весь день тренировалась, ничего не испортила, но это можно кушать хотя бы. Да и вообще, это первое блюдо, которое я приготовила для кого-то.
— Серьезно? Так я счастливчик? Потому как получилось и правда вкусно, — расправившись со второй порцией пасты, он сложил вилку в пустую тарелку и вытер рот салфеткой.
— Серьезно, — хихикнув, встаю из-за стола и убираю посуду в раковину.
— Чем еще займемся? — пытается говорить будничным тоном, а взгляд хитрый.
— Даже не знаю, о развлекательной программе я не подумала совсем. Можем фильм посмотреть? — Повернувшись к нему, пожимаю плечами и направляюсь в комнату. Влад идет следом.
— Могу предложить кое-что поинтереснее, — подходит ближе и разворачивает за плечи к себе.
— И что же это? — несмело заглядываю в его лицо, а он опускает голову и обрушивается с поцелуем.
Сжимаю его плечи и приоткрываю рот. Одной рукой он скользнул по спине к пояснице и прижимает теснее, второй зарылся в волосы и слегла сжал. А его губы и язык жарче, смелее и требовательнее ласкают. Едва поспеваю подстроиться его напору, но не отпускаю попытки расслабить тело. Сердце заходится в бешенном ритме, когда понимаю, что он ведет нас вперед к дивану, что стоит позади. Оторвавшись от губ, смотрит обжигающим взглядом, в котором столько тепла и желания, что на мгновение это придает мне уверенности. А затем его горячие губы снова касаются моих, и мы опускаемся на диван.
Спокойно, Саш, это же Влад, с ним не о чем беспокоиться. Но сердце не слушается, как сумасшедшее гонит кровь по венам и в ушах стоит гул. Чувствую, как его рука скользит по лицу, опускается к шее, а затем к груди мягко сжимает ее. Закрыв глаза стараюсь отвечать на поцелуй, но не могу сосредоточится. Паника всполохами наполняет каждую мышцу, отчего по телу струится нервная дрожь. Сейчас я не здесь с любимым человеком, а в ужасном прошлом. Мягкие прикосновения губ прошлись по линии подбородка и опустились к шее.
Не надо. Хватит. Прошу.
Зажмуриваю глаза и сжимаю зубы до боли, стараюсь вдыхать воздух через нос, но это чертовски сложно. Все тело напряглось струной и ждало атаки. Воздуха катастрофически не хватало. Сжимаю кулаки, а липкий страх окутал и обездвижил тело.
— Саша! Что с тобой?! — доносится до меня голос Влада, и я распахиваю глаза. Подскакиваю и усаживаюсь в углу дивана. Подальше от него.
— Малыш, ты чего? Извини если напугал тебя. — обреченно и испуганно шепчет, и протягивает руку ко мне.
Съежившись, двигаюсь глубже в угол, стараясь слиться с диваном. Подтягиваю ноги к себе и обхватив колени руками, гляжу на него в ужасе. Понимаю, что перед ним картина не из приятных, но не могу оправится от шока. Он понял, что не желаю его прикосновений, поэтому убрав руку, встал с пола и отошел. Минута, другая, смотрю в одну точку и чувствую влагу на щеках. Краем глаза замечаю, как ходит из угла в угол и расстроено бормочет, зарывшись руками в волосы:
 
— Прости, маленькая, я такой идиот! Мне не стоило спешить.
У меня совершенно нет сил, чтобы успокоить его. Чудовищная действительность обрушивается на меня, и я осознаю, как все это мерзко выглядит. Рыдания вырываются из груди вместе с болью и отчаянием.
— Скажи хоть что-нибудь? Саш, ты меня пугаешь, и я не знаю, что делать. Мне так жаль, я не хотел обидеть тебя, — его голос дрожит безысходностью, пропитан раскаянием и болью.
Он напуган моей реакцией даже больше меня самой. Я чувствую себя грязной, никчемной и не хочу ничего обсуждать. Хочу остаться одна.
Мужчина опустился на кресло и потер лицо ладонями.
— Кто это с тобой сделал?
В ответ стыдливо закрываю лицо ладонями и рыдания с новой силой накрывают. Теперь он видит какая я на самом деле. Догадывается и это ранит еще больше. Я не хочу этим делиться, надеялась, что справлюсь со своими страхами и Влад ничего не узнает. Но нет, как же ошибалась.
— Скажи, что мне сделать? Все, что угодно, Саш. Только не плачь! Хочешь уйду?
Конечно же ты хочешь сбежать от меня, видя, с чем пришлось иметь дело. Я не виню тебя. Едва заметно качаю головой утвердительно, все еще не поднимая лица с ладоней.
— Хорошо, я уйду, только не плачь, — твердо заявил, и комната наполнилась тишиной. Я думала ушел и подняв голову, замечаю, что стоит возле меня, сжав кулаки. Он зол на меня.
— Прости, Саш, — сквозь зубы прохрипел и развернувшись ушел.
В прихожей послышался шорох, а еще через секунду и дверь хлопнула.
Кажется, вместе с закрытой дверью и мое сердце разбилось. Хочу броситься за ним следом и остановить. Рассказать всю правду, только бы не винил себя и оставался рядом.
Но не могу.
На смену страху пришла другая боль. Оттого, что сделала больно близкому человеку и ничего не могу изменить. Я никогда не смогу опустить прошлое и довериться Владу. Видит Бог, я пыталась! А он не сможет избавить меня ото всей боли, что прочно засела в голове, в сердце, в каждой части тела.
  
Глава 11
 
Еще не успела открыть глаза, а чувствую покой. Нет страха и паники. Потому как я дома, а не в съемной квартире, что находится в восьми часах езды отсюда. В дали от работы, учебы и самое главное — Владислава.
Перевернувшись на бок, вдыхаю знакомый и такой родной запах своей комнаты. Он не изменился за время моего отсутствия. Открыв глаза, замечаю, что и внешне в комнате ничего не изменилось. Тот же шкаф и стол, старенький компьютер, у окна мягкая кровать, на которой еле умещаюсь, на стенах персиковые обои. Как же я скучала по этому месту. Сейчас не хочется думать, что послужило причиной моего местонахождения здесь. Почему я сбежала, как последняя трусиха. Что успела натворить и во что ввязаться.
Потянувшись, перевернулась на живот и обняла подушку крепче. Так хочется спать! Приехала я рано утром с рассветом, по дороге не спала, и сейчас, идея проспать всю оставшуюся жизнь и никуда не выходить, кажется заманчивой. Хочется забыться и не думать ни о чем.
Не думать о Нем.
Не думать о том, что Нас больше нет.
— Сашуля, вставай девочка, я испекла пирог с брусникой! — послышалось за дверью.
Повернувшись в направлении двери, за которой находилась бабушка, улыбаюсь. Этот голос дороже и роднее всех на свете. Бабушка знает, как вытащить меня из кровати. От ее выпечки не смогу устоять, к тому же этот пирог мой самый любимый. Неохотно откинув одеяло в сторону, выбираюсь из постели, и отыскав шорты и футболку, натягиваю их. Хотелось еще поспать, но желание увидеть бабушку и отведать ее пирога — перебороло все же. Пока иду на кухню, по дороге наслаждаюсь аппетитным ароматов выпечки. Бабушка не заметила моего появления, пока нарезала пирог. Поэтому тихо я подкралась к ней сзади и обняла за плечи, сонно пробормотала:
— Ба, спасибо за пирог.