Проклятие терний (ЛП)

Вылезаю из кровати, но краем глаза замечаю, как взгляд Кейлин задерживается на моей груди. Подавляю желание покрасоваться.
Нет, нет, нет. Наша тяга друг к другу ожидаемо сильна, но это всего лишь магия, пытающая свести нас вместе. Ну, по большей части.
‒ Пойдём, ‒ отвечаю я, мысленно напоминая себе, что я должен думать совсем о других вещах. ‒ Да. Но не в общем зале. Не сегодня.
Кейлин садится и потягивается. Её рубашка задирается, обнажая нежную кожу. Я быстро отвожу взгляд.
‒ Тогда в гостиной? ‒ предлагает она. ‒ Мы можем попросить, чтобы нам принесли всё на подносе. Думаю, ты проголодался.
Вздыхаю.
‒ Умираю с голоду.
Тьядин уже ждёт в гостиной, когда мы туда заходим. Он поднимает на нас глаза и улыбается, но затем прищуривается, будто заметил что-то подозрительное. Я сажусь на диван, опустив плечи, чувствуя себя не в своей тарелке. Мне есть от чего смутиться, помимо того факта, что сегодня ночью со мной делила постель дико сексуальная фейри теней.
Это ничего не значит, но Дин наверняка решит иначе.
‒ Всё хорошо? ‒ спрашивает он. Медленно киваю, избегая его взгляда.
‒ Нормально, ‒ отвечает Кейлин. ‒ А у тебя? Нужна помощь с уборкой?
Ох, точно. Я же вчера разнёс помещение в чужом дворце.
‒ Я могу возместить ущерб деньгами…
Тьядин отмахивается.
‒ Всё в порядке. Я уже обо всём позаботился.
Меня это не успокаивает, но тему пока откладываю. Потом обязательно компенсирую с лихвой. Если, конечно, я не сломал что-нибудь бесценное… Надеюсь, там не было никаких реликвий Обваливающегося двора.
‒ Тебе тут кое-что прислали, ‒ буднично обращается Дин к Кейлин, но его напряжённая поза вызывает у меня беспокойство.
Он передаёт Кейлин письмо с печатью Верховного двора. У меня дыхание застревает в горле.
Кейлин тоже? Мой взгляд прикован к конверту, который она держит в своих тонких пальцах. Она смотрит на него так, будто не может понять: то ли это нечто бесценное, то ли мини-бомба, что вот-вот взорвётся от любого неверного движения.
‒ Мы с Кей получили по одному, ‒ сообщает Дин и затем медленно добавляет: ‒ Но для тебя ничего не было.
Прикусываю губу и киваю.
‒ Да, я уже своё получил, ‒ лезу в карман, запихиваю поглубже люмикамень и достаю смятый пергамент.
Ворон прилетел вчера к Греховным Вратам. Птица долго кружила над моей головой, а потом бросила конверт прямо на седло Киллиана после моей второй неудачной попытки войти в Выжженные земли.
Ворон как будто бы хотел сначала посмотреть, получится ли у меня, прежде чем доставить послание. Чёртова птица. Письмо королевы, возможно, стало последней каплей, из-за чего я и сорвался.
Все внутренности скручиваются при мысли о том, что может быть там написано. Очевидно, королева знает, где я, и раз Кейлин тоже получила письмо, значит, за ней тоже следят.
И мне это совсем не нравится.
Неужели она хочет назначить Кейлин новым спасителем? Признать мой провал официально, во всеуслышание?
Я разворачиваю мятое, слегка надорванное письмо.
Мои глаза пробегают по каллиграфическому почерку на пергаменте с изящным узором по краям.
Принц Ревелн,
Верховная Королева Зентер-Лейша ожидает вас в эти выходные на Королевском Торжестве.
Под формальным строчками с датой и временем королева лично добавила несколько слов небрежным почерком: «Если в день Торжества ты не будешь в Выжженных землях, то я настаиваю на твоём присутствии на мероприятии».
Я бросаю приглашение на стол, глядя на него распахнутыми глазами. Жду реакцию союзников.
Они тоже поняли? Это завуалированная угроза.
Несколько секунд никто ничего не говорит.
‒ Зачем ей там вообще я? ‒ вскидываю руки. ‒ Ей не нужно моё присутствие. Она предупреждает, что мне лучше бы уже быть в Выжженных землях к моменту начала Торжества.
Иначе уже через несколько дней мне придётся показаться на глазах у сотен фейри во дворце Верховного двора, делая вид, что я не конченный лузер.
 
Смотрю на аналогичное приглашение в руке Кейлин. У Тьядина такое же.
Каждый из нас был приглашён на внезапно организованный бал Верховного двора.
‒ Это проверка? Она хочет лишить меня звания чемпиона? Если я покажусь на балу, она объявит Кейлин новым спасителем.
А зачем ещё ей приглашать Кейлин? Фейри Верховного двора её не особо жалуют… Да что там, многие бы с удовольствием назначили цену за её голову. Но она заняла второе место на Испытаниях.
‒ Нет, ‒ Кейлин улыбается, но глаза остаются серьёзными. ‒ Она просто хочет сделать вид, что всё под контролем.
Её голос звучит мягко, взгляд задерживается на мне дольше обычного. Она внимательно следит за моей реакцией. Переживает за меня.
Понимаю. Я тоже не доверяю своей выдержке.
Если жители нашего мира узнают, что я не могу попасть в Выжженные земли…
‒ Чума перестала распространяться, и все чувствуют облегчение, твоё присутствие может обрадовать гостей, ‒ задумчиво произносит Тьядин.
‒ Чума и раньше затихала на время, ‒ возражаю я. ‒ И, как известно, после этого начинает распространяться с новой силой. Ещё много детей погибнет, прежде чем это окончательно закончится. Моё появление на Торжестве ничем хорошим не закончится, ‒ я прижимаю ладони к глазам.
‒ Почему бы тебе просто не довериться королеве?
Улыбка Кейлин выходит совсем неубедительной.
Я мотаю головой, сердце сжимается. Всё кончено, я проиграл.
‒ Она хочет моего позора, ‒ неживым голосом отвечаю я.
Кейлин кладёт ладонь на моё предплечье. Я моргаю, ощутив нежное прикосновение её пальцев.
‒ Значит, мы не сдадимся без борьбы. Я не успокоюсь, пока мы не найдём решение.
Стискиваю зубы.
‒ Мы или ты? ‒ слова вырываются прежде, чем я успеваю хорошо подумать.
Она сводит брови.
‒ Что?
Вдруг Кейлин надеется, что у меня ничего не выйдет? Ведь тогда она сможет занять моё место и стать спасителем мира.
Моё дыхание становится быстрым и поверхностным. Я поднимаю на неё глаза и встречаю потемневший взгляд. Её беспокойство настолько чертовски очевидно, что кажется полным безумием подозревать корыстные мотивы.
Ну, даже если она не преследует свои личные цели, то должна бы.
‒ Может, туда нужно пойти тебе, ‒ предполагаю я. Пускай она не жалеет о своём решении отдать победу мне, но вдруг именно ей суждено войти в Выжженные земли и найти лекарство.
‒ Нет, ‒ резко отвечает она, отдёргивает ладонь и скрещивает руки на груди, сжимая зубы.
‒ Ты же можешь хотя бы попытаться, ‒ спокойно продолжаю я, тогда как внутри чувство безнадёжности разъедает кости. ‒ Тогда, по крайней мере, несколько наших теорий получат развитие.
‒ И если одна из них окажется правдой, то я окажусь в Выжженных землях. Пути назад не будет.
Я кусаю губу.
‒ Тогда ты станешь героем. Пусть так.
‒ Нет, ‒ отрезает она. ‒ Я не отниму у тебя эту возможность. Разве что если у нас не останется иного выбора. Я знаю, как много это значит для тебя.
‒ А что это значит для тебя? ‒ выплёвываю я. ‒ Для нас обоих не может быть счастливого конца, Кей. Я был готов забрать всё себе, даже не подумав, насколько это эгоистично…
Даже не подумав, как сильно бы выиграла от этого Кейлин. Она бы смогла остаться в нашем мире…
‒ Стоп, ‒ она прожигает меня злым взглядом. ‒ То, как сложилась моя жизнь, ‒ результат моих действий. Я заслуживаю наказания. А ты нет.
Кейлин опускается на колени передо мной и кладёт ладонь на моё бедро. Она смотрит на меня снизу вверх с решимостью в глазах.
‒ Посмотри на меня, ‒ требует она. Когда я отказываюсь подчиняться, она хватает пальцами мой подбородок и заставляет опустить глаза на неё. ‒ Ты заслуживаешь победы, ‒ говорит она. ‒ То, что мы сделали, мы сделали вместе. Ты спас моё сердце. Я бы не пережила смерть Рейвен. Никогда. Это бы разрушило меня так, как Дрейку и Бриэлль не суждено понять. Ты заслуживаешь этой победы не меньше меня, а то и больше.