Из Тьмы. Арка 2 (СИ)
Дожевав батончик и положив упаковку обратно в подсумок, я немного приободрилась. Нет, всё же раньше, когда мир легко делился на «черное» и «белое», жить было проще и веселей. Пусть частица личности прошлого воплощения и позволяет глядеть на мир гораздо шире, но как же бесят все эти сомнения и размышления на тему «чей «серый» темнее»!
Впрочем, имея наглядный пример в лице демонической твари, которая никогда не задумывалась о таких глупых вещах, — моральные терзания, привносимые мной-Виктором, уже не казались столь вредной вещью.
«Сомнения… они полезны, да… удерживают от падения.
…Но удовольствие от работы они всё равно портят!»
— Что мы будем делать дальше, Куроме? — спросил друг, после пары минут дороги по улицам и крышам.
— То же, что и вчера, Натал — попытаемся захватить мир! — усмехаюсь под маской, не желая грузить парня своими тараканами. Друг поймёт и поддержит, но у него и своих поводов для грусти хватает. Так что — больше энтузиазма в голос и вперёд!
Глава 11 Прощание
— Кори, мне страшно, — тихо произнесла Изабелла. И поёжилась, словно от ледяного ветра.
Естественно, никакого ветра не существовало: мы со спутницей сидели в одном из лучших ресторанов города, там, куда бушующая за окном непогода не могла попасть по определению. Заведение не выглядело помпезно, оно не предназначалось для демонстрации себе и окружающим собственного богатства или для шумных пирушек. Нет, это место — для созерцательных натур, не чуждых классического искусства (или считающих себя таковыми). Так расписывала этот ресторан Изабелла, когда мы первый раз его навестили.
Обстановка и в самом деле приятная: скульптуры, выглядывающие из декорированных живой лозой стен, красиво расписанный какими-то птичками и облачками потолок, музыканты, играющие приятную, ненавязчивую мелодию. Пожалуй, из всех заведений подобного толка, которые мы с Беллой посетили, это мне нравилось больше всего: тихо, уютно — и, что важнее, замечательная кухня с порциями, рассчитанными на людей, а не на худеньких лилипутов.
Однако, несмотря на все достоинства ресторана, мы с девушкой оказались единственными посетителями. Необычно. Хотя если вспомнить, как недавно выступила группа А, немёртвые и бандиты Эскобара, всё становилось на свои места. Хозяева жизни остро ощутили свою смертность и теперь сидели по норкам, словно почуявшие кота мыши.
— Да? — удивлённо наклоняю голову. — Я думала, ты специально не стала сидеть дома, а пригласила меня в ресторан, чтобы продемонстрировать своё презрение остальным паникёрам. Да и чего нам бояться? Славься Диего Агилар — новый губернатор! — улыбаюсь я, отсалютовав бокалом и пригубив неплохое, тёмно-алое, словно венозная кровь, вино.
Девушка тоже отпила из своего.
— Ты не понимаешь. Диего… это не он! — бросив вокруг настороженный взгляд, синеглазая аристократка продолжила:
— Брат сам напуган. Он делает вид, что всё под контролем, насмехается над моим страхом… Но меня не проведёшь — я его сестра, я чувствую! Странное и страшное творится… — новый глоток. Похоже, кое-кто решил бороться с эмоциями алкоголем. — Представляешь, — продолжила Изабелла, поставив бокал, — сегодня утром к братцу в дом явилась целая армия солдат! Они хотели взять его под арест.
— Утверждённого в должности и.о. губернатора? Ну-ну… — на губы наползла ироничная усмешка.
Этот довольно курьёзный случай уже до меня довели. «Армия солдат» на поверку оказалась двумя десятками ополченцев под предводительством деятельного и исполнительного, но, хм, туповатого полицейского офицера. Нет, серьёзно! Какой нормальный человек будет исполнять тайный приказ уже не первый день как мёртвого начальства?
Форест действительно устроил своим потенциальным убийцам несколько довольно неприятных подлянок, в том числе разослав верным людям несколько секретных пакетов, которые следовало вскрыть только в случае его смерти или ареста. Однако я и без подсказок перешедшего на нашу сторону начальника разведки предполагал что-то такое. Ну, а с подсказками превентивно уничтожить потенциально опасные элементы, вроде высшего офицерского состава, сформированного губернатором, и лично верного ему ополчения стало и вовсе несложно. Самые воинственные, неудобные и недоговороспособные офицеры отправились на тот свет, а остальные успешно склонялись на сторону действующей законной власти. Главшпион, несмотря на свою хитрозадость, а может, и благодаря ей, здесь сработал на совесть. Да и предоставленные Эскобаром исполнители тоже не сплоховали. Удивительно, но вопреки всем опасениям зачистка третьестепенных целей прошла достаточно гладко.
Разумеется, случались эксцессы. Так, несколько самоорганизовавшихся ячеек «бандитов-хиппи» решили выбрать «любовь», а не «войну». Расправившись с охраной, эти умники презрели приказ и начали увлечённо грабить и насиловать, толерантно не делая различий на слуг и господ. Вроде бы некоторые затейники и на пол с возрастом не смотрели. Отбросы, что сказать? В нескольких случаях «героев с большой дороги» обращали в бегство излишне зубастые охранники или вообще — вооружённые слуги. Тем не менее, практически всегда с проблемой разбиралась «гвардия» Эскобара, что выступала одновременно и в качестве усиления, и как военная полиция, и в роли заградотряда. Прапор и Кента отправились в бой всего несколько раз, а нам с Наталом и вовсе осталась роль наблюдателей.
Также в качестве посмертного подарка от почившего Фореста выступали различные компрометирующие документы и прочее подобное. Но это уже проблема Рамона. Откровенно говоря, всплывшие грязненькие или просто секретные материалы отчасти даже играли мне на руку. Ну, получил генерал Стоун данные о стукачах разведки среди своих офицеров — и что? Мой агент и его прикормленные «друзья» не сотрудничали с местной разведкой и потому остались чистенькими. Фактически губернатор, слив сеть Рамона, любезно расчистил место для живых марионеток своей убийцы.
Не всегда и не везде дела обстояли столь же приятно, но тех персонажей, которые, получив компромат, могли доставить серьёзные неприятности, как уже говорилось, загодя устранили или запугали до полного согласия к сотрудничеству. Таким образом, в отличие от взмыленного главы разведки, одна добрая волшебница могла позволить себе отдых и общение с красивой девушкой.
Интересно: Рамону понравилась подарочная инсталляция с головой его жеребца?
— Братец, конечно, послал наглеца ко всем чертям и пригрозил пристрелить, — продолжила Изабелла, оборвав мои мысли и заставив немного притормозить разум, разогнавшийся и свернувший в сторону от беседы, — он у меня никогда не был трусом, — гордо улыбнулась девушка. Впрочем, улыбка надолго на её устах не задержалась, вскоре губки оказались поджаты, а глаза гневно прищурились. — Но это же возмутительно! Какая-то солдатня под командованием худородного выскочки смеет вваливаться к лорду и предъявлять свои скудоумные требования! — Изабелла удивительным образом умудрялась говорить не очень громко, но с большой экспрессией в голосе.
Сапфировые глаза сверкали, а лицо раскраснелось от вина и эмоций, делая девушку ещё привлекательней. Такой она мне нравилась заметно больше своей напуганной версии.
— Вот это — правильный настрой! Пусть враги боятся! Выпьем за это! — не в пример спутнице, моё настроение пребывало на высоте.
Хотя меня вино практически не пьянило, но подходящее к удачному завершению непростое задание справлялось с этим не хуже спиртного. Конечно, генерал Стоун всё ещё жив и в нормальной ситуации, учитывая временно небоеспособного Кей Ли, мог стать проблемой похуже предыдущих. На работу или домой к нему не наведаться, активную светскую жизнь генерал не ведёт, а вместо любовницы предпочитает содержать парочку симпатичных служанок. Если Стоун куда и выезжал, то в окружении свиты из офицеров. Причём одарённых.
Неудобная цель.
Но, как сообщил мой агент, Каменная Стена любезно решил упростить нам задачу. А как ещё назвать прекрасную задумку — собраться вечерком в любимой (и слабо охраняемой) пивной, чтобы расслабиться за кружечкой пива и в неформальной обстановке обсудить с приближёнными складывающуюся ситуацию? Подарок, не иначе. Ведь эта схема устранения была не только одной из самых удобных, но и, сверх того, не требовала усилий для подготовки — Счетовод всё сделал заранее. Конечно, сама по себе необходимость устранять честного и полезного для страны служаку, которого, не кривя душой, можно назвать героем войны с южанами, не так, чтобы радовала… но я подумаю над этим после выполнения миссии.