Эксперименты в академии, или Мой подопытный некромант (СИ)

Вдруг Винс остановился. Я сбилась с шага и в недоумении посмотрела на него. Мгновение мужчина молчал, словно собираясь с мыслями.
— Ульяна, ты вернешься? — спросил он.
Меня будто ударили под дых. Я осознала, с какой тревогой он ждет ответа на свой вопрос.
— Я не вправе просить об этом, но ты должна знать, как много для меня значишь. Я бы отдал все за возможность быть рядом с тобой, — произнес некромант, вглядываясь в мое лицо.
В мозгу непрошенно возникла мысль о том, что Риткина болтовня не пропала даром. Что за глупости! Нет, конечно, нет… Ее прямолинейность не могла подтолкнуть Винса к подобным признаниям. Просто он понимает, что до моего возвращения домой остались считанные часы. А между тем ему нужна определенность. Так же как и мне.
Я уже потянулась к Винсу, чтобы ответить поцелуем на его вопрос, когда со стороны академии раздалось:
— Профессор Ристон, кхм… добрый день. Вас ректор искал.
Снова он! Ну почему этот Огаст всегда появляется так не вовремя?! Я смущенно потупилась, избегая взгляда старшекурсника.
— Благодарю, Огаст. Мы с адепткой как раз собирались навестить ректора.
Парень посчитал свою миссию выполненной и удалился так же бесшумно, как появился.
— Идем. Пора рассказать главе академии правду об Адель Шеридан, — улыбнулся Винс.
— Уверен? В смысле… я не хочу, чтобы это повредило тебе, — смутилась я.
— Наверное, если я лишусь работы, твоя подруга перестанет считать меня подходящим женихом для тебя.
— Ой, да иди ты… На крайний случай Ритка сосватает мне какого-нибудь демона с красивыми рожками, — смеясь, я стукнула его кулаком в плечо.
Путь до кабинета ректора мы проделали, переговариваясь в том же духе. Однако я всерьез опасалась реакции Артинора Буфара на новость о том, что в академии целый семестр обреталась самозванка. Заметив мою тревогу, Винс заявил, что у него припрятан важный козырь в рукаве.
— Чудесно. Мы идем шантажировать ректора, — буркнула я, прежде чем переступить порог приемной.
Место секретаря пустовало, но за дверью, ведущей в кабинет ректора, отчетливо слышался голос леди Илисы. Она кого-то отчитывала, и, судя по тону, ее экспрессия только набирала обороты. Винс решительно постучал, лишая нас последней возможности малодушно испариться из приемной до лучших времен.
Некромант втолкнул меня в кабинет, дождавшись раздраженного «Войдите!»
— А, это вы, Ристон. Ну наконец-то! Мое терпение, знаете ли, не резиновое, — раздраженно произнес ректор. Мужчина барабанил пальцами по столу и в нетерпении переводил взгляд с одной из присутствующих в кабинете дам на другую. Мое появление он проигнорировал.
— Думаю, этот неприятный разговор можно отложить, — поспешил добавить глава магической академии. Однако в его голосе было больше наивной надежды, чем уверенности.
— Ну уж нет, Арти! — тоном не терпящим возражений заявила его мама. Леди Илиса стояла в центре кабинета, сложив руки на груди. Серебристо-серое платье делало маму-секретаря похожей на айсберг. Только красные пятна, проступившие на щеках сквозь толстый слой пудры, выдавали бушующие в ней эмоции.
Вторая присутствующая в кабинете дама — Рина Тезарро — с совершенно невозмутимым видом сидела в кресле напротив ректора. Леди Илиса время от времени бросала на молодую женщину неодобрительные взгляды, но обращалась исключительно к сыну.
— Эта нахалка посмела заявить, что я потеряла экзаменационные билеты по ее предмету. Потеряла! Она именно так и сказала, — в негодовании воскликнула леди Илиса.
— Мама, ты могла забыть, куда их положила, — проворчал ректор. Кажется, это нелестное для своего секретаря предположение он озвучивал уже не в первый раз.
— Арти, как ты смеешь говорить мне подобное? — не скрывая своей досады, проговорила леди Илиса. — Это все она! Думаешь, я не вижу, как она пытается тебя захомутать?!
Для меня такой поворот событий оказался полной неожиданностью. Но никто из присутствующих, включая Винса, не выразил ни малейшего удивления. Рина фыркнула, но даже тени возмущения на ее лице не отразилось. А вот ректору слова матери совсем не понравились.
 
— Хватит! Я и так слишком долго щадил твои чувства, мама. Мне не хотелось тебе говорить, но в последнее время ты стала очень рассеянной. Думаю, тебе пора оставить работу и удалиться на покой.
Леди Илиса уставилась на сына округлившимися глазами. Рина вздрогнула от неожиданности. Винс сохранил невозмутимость. Насладившись произведенным эффектом и нервно подергав себя за бородку, Артинор Буфар произнес:
— А теперь я жду от вас, Ристон, отчета по кражам. Будьте добры, назовите имя вора. Я был терпелив и предоставил вам достаточно времени на расследование.
— Вы действительно хотите, чтобы я это сделал? — притворно изумился Винс. Только сейчас он перестал скрывать, что происходящее его забавляет.
Ректор на секунду замер в нерешительности. Мне показалось это странным, но никаких выводов о его поведении я сделать не успела.
— Леди Илиса, прошу прощения за нескромный вопрос, но не ощущали ли вы в последнее время головокружения и внезапных приступов тошноты?
— Откуда вы… — потрясенно начала мама-секретарь.
— При чем здесь состояние здоровья моей матери, Ристон? В ближайшие дни она покинет свой пост и отправится к морю, — поспешно произнес ректор. Поймав неодобрительный взгляд леди Илисы, он гораздо мягче продолжил: — Да, мама, это все для твоего блага. С моей стороны было кощунством взваливать на тебя столько обязанностей.
Не сомневаюсь, леди Илисе было что возразить сыну по поводу обременительности ее обязанностей. Однако Винс ее опередил:
— Кощунством было регулярно добавлять в ее тонизирующий напиток зелье на основе экстракта черной сорбусы и порошков-менталитиков.
— Мама, он лжет! Не слушай его, — взвизгнул ректор, снова хватаясь за бороду.
— Если это ложь, то почему ты так реагируешь, Арти? — в голосе леди Илисы смешались растерянность и удивление.
— Вы не рискнули похитить сразу все необходимые ингредиенты. Наивно полагали, что если брать по чуть-чуть, то профессор Оливи ничего не заметит. Однако она заметила. Некоторое время вам удавалось игнорировать обращения встревоженной Оливи. Но она дружна с леди Илисой. Однажды профессор решилась рассказать подруге о том, что в академии завелся вор. Тогда под давлением матери вам пришлось инициировать расследование. Разумеется, мое вмешательство осложнило вашу деятельность, но вы вовсе не собирались ее сворачивать.
— Ристон, вы бредите! Наверное, от частого посещения кладбища у вас помутился рассудок, — издал нервный смешок ректор.
— Вовсе нет. Хотя, признаю, вам долго удавалось водить меня за нос. Когда вы поручили мне расследовать кражи, я не усомнился в ваших намерениях и сразу же поставил охранное заклинание с дюжиной сигналок на кабинет профессора Оливи. Я был уверен, что если вор осмелится на очередную кражу, то непременно попадется. Вот только я не учел, что вор, под предлогом контроля за установкой защиты, все это время находился рядом со мной. Вы стояли рядом и видели плетение моего заклятия. Отдаю должное вашей памяти и мастерству — вы умудрились снять защиту так, что охранные чары не сработали.
— Вранье! Я понятия не имею, о чем вы говорите. Вы просто выгораживаете свою бедовую сестру. Признайтесь: за кражами стоит она, а вы сочинили эту сказочку…
— Не смейте, приплетать Роканцию, — ледяным тоном отчеканил Винс. — Впервые услышав о кражах, я действительно подумал, что она может быть причастна. Но моя сестра, при всех своих неоспоримых талантах, не смогла бы снять защиту. Для этого нужны знания, доступ к которым она получит только ближе к концу обучения…
— Если не вылитит раньше, — ядовито прошипел ректор. Но Винс не обратил на эту угрозу внимания.
— А вот вы обладаете всеми необходимыми умениями, — сказал он, не сводя пристального взгляда ректора. — Кроме того, мне стало известно, что вы одолжили у присутствующей здесь госпожи Тезарро довольно редкий фолиант, посвященный приготовлению зелий. К Оливи вы с такой просьбой обратиться не осмелились. Она могла начать расспрашивать вас, предложить свою помощь или, что еще нежелательнее для вас, рассказать вашей матушке о том, что вы внезапно заинтересовались ее предметом.